Чтение онлайн

— Двадцать миллионов, — четко проговорил Джеймс Маккормик.

— У тебя двадцать миллионов и ты ходишь вот такой грязный и питаешься объедками?

— Да! Я хожу оборванный, грязный и небритый и питаюсь объедками, ты правильно говоришь, парень. Но не потому, что я скупой, потому, что я никак не могу получить свои деньги.

— Что, тебе кто-то должен и не отдает? Что-то я никогда не слыхал о таких долгах — двадцать миллионов… А ты? — матрос обратился к своему напарнику.

— Двадцать миллионов — это больше, чем наш корабль, это больше, чем все, что есть на этом дрянном острове.

— Да. Сумма не маленькая, и она вся моя.

— Рассказывай-рассказывай… Так мы тебе и поверили!

— А это уж ваше дело, верить мне или не верить. Но я знаю, что скоро вы услышите о Джеймсе Маккормике-миллионере!

— А-а… — догадался один из матросов, — ты, наверное хочешь поднять затонувшие пиратские сокровища. Здесь, у этих берегов, только все и делают, что рассказывают о каких-то кладах. Но я ни разу, сколько плаваю здесь, а я плаваю уже тридцать лет, не видел ни одного человека, который нашел бы хоть одну золотую монету.

— Не видел? — сказал Джеймс Маккормик.

— Да. Не видел.

— Так вот, может быть тебе повезет, и ты увидишь такого человека.

— Ну-ну… Клады — это здорово. И ты что ж, вот так, прямо в своей белой оборванной шляпе, будешь нырять и доставать сокровища?

От этих слов Джеймс Маккормик побледнел, весь напрягся, а потом сильно ударил кулаком по столу.

— Молчать, мерзавцы! Какие сокровища?! Никаких сокровищ нет, нет нигде поблизости, никаких кладов, никаких пиратов… Ничего нет на этих дрянных островах, ничего. Даже доллара здесь нигде не найдешь!

— Вот это ты говоришь правду, вот теперь мы с тобой согласны… Давай еще по кружечке пивка? А, ирландец?

Джеймс посмотрел помутневшим взглядом на моряков.

— Я не ирландец. Я шотландец.

— Какая, к черту, разница — ирландец, шотландец… Ты оборванец портовый.

Джеймс не обиделся на эти слова. Он выпил бокал пива и, не попрощавшись, вышел.

— Настоящий псих, — сказал моряк, который был помоложе.

— Псих-то псих, да говорил уж очень как-то убежденно. И у меня даже на какое-то мгновение появилась мысль, что этот придурок действительно знает, где лежит затонувший корабль.

— Да ну, брось ты, неужели ты веришь еще в эти клады?

— Ты знаешь, не верю, но верить как-то очень хочется.

Джеймс Маккормик постоял у автобусной остановки, посмотрел на клубящуюся белую пыль, лениво развернулся и двинулся в сторону базара. На берегу шла обычная торговля. Торговали фруктами. Он потолкался среди туземцев, присматриваясь, где можно было бы чем-нибудь поживиться. Наконец, он увидел старика, который несколько минут назад упал у автобуса, а теперь что-то раскладывал, доставая из своего тюка.

Джеймс подошел, присел у его прилавка, быстро схватил початок сырой кукурузы — и бросился убегать. Старик даже не обратил внимания. Он уже давно плохо слышал и плохо видел.

Джеймс выбежал на причал, уселся на горячий камень парапета и начал грызть сырой початок. От этой кукурузы во рту сделалось приторно, и Джеймс время от времени сплевывал в воду.

Когда первый голод прошел, он понял, что отчаянно хочет закурить. Но он даже не стал ощупывать карманы. Он знал, что у него уже давным давно нет сигарет.

Чтобы как-то занять время, он принялся рассматривать людей, снующих у причала.

— О! Эти чертовы туземцы! Ходят под разноцветными зонтиками, как будто боятся этого солнца… А ведь они выросли на этом солнце… Они такие, как будто их жарили на сковородках! По-моему, они просто выдуриваются с этими своими пестрыми зонтиками, — бормотал он не зло, а чтобы что-то говорить.

Вдруг он увидел, как у пирса остановился обшарпанный грузовик. Двое туземцев и двое белых принялись стаскивать с кузова и опускать на землю всевозможные ящики, тюки, скрутки, коробки…

Джеймс с интересом наблюдал за происходящим… Не удастся ли ему чего-нибудь стащить?!

Но туземцы следили внимательно за всей поклажей. А двое крепких белых мужчин командовали разгрузкой.

Когда, наконец, туземцы перетащили всю поклажу на шхуну, покачивающуюся у причала, белые рассчитались с ними и, прихватив два бочонка с водой, двинулись по мосткам к шхуне.

Джеймс Маккормик крикнул:

— Эй! Приятель! У тебя не будет закурить?

Рядом с ним проходил Деннис. Он скептично посмотрел на оборванца, и немного поморщился.

— Знаешь, парень, у меня нет. Спроси вот у того. И громко крикнул:

— Роберт! Дай закурить вот этому парню!

Роберт остановился напротив Маккормика. Он крепко сжимал тяжелый бочонок.

— Слушай, парень, возьми вот здесь, вот в этом кармане.

Джеймс несколько секунд раздумывал, потом протянул руку и вытащил почти полную пачку сигарет.

— Что? Все взять?

Роберт осмотрел парня с ног до головы.

— Нет, по-моему для тебя достаточно будет пару штук.

— Хорошо!

Джеймс вытащил две сигареты, а пачку сунул в нагрудный карман Роберта.

— А огня? — он вспомнил, что расплатился своей зажигалкой с водителем.

— Огня? У тебя даже спичек нет?

— Знаете, я где-то забыл свои спички…

— Ладно, возьми в другом кармане.

Джеймс вытащил из другого кармана зажигалку, щелкнул, закурил и жадно затянулся.

Белые двинулись по гулким мосткам к своей шхуне. Оттуда послышался веселый женский смех.

— Хорошо людям… Живут, развлекаются, а я прозябаю на этом берегу… Совершенно не у дел. Только лишь мечтаю о своих сокровищах.

Он присел на горячий камень и стал смотреть, как мужчины ловко управляются с такелажем на шхуне.

Деннис залез на мачту и подвязывал паруса. Роберт подтягивал якорную цепь. На палубу выбежала Сильвия. На ней было видно только две тонкие полоски купальника.

Джеймс помимо своей воли залюбовался стройным женским телом.

— Деннис! — крикнула Сильвия.