ЖАНРЫ

Изгнанная жена дракона. Хозяйка лавки «Сладкие булочки»
Шрифт:

В голосе и словах столько яда, столько скрытого подтекста, что аж ярость берет. По себе, что ли, судит?

– Нира Летиция платежеспособный наниматель: ее хлеб вполне покрывает стоимость моего труда. А вот вы, наверное, без мужа тоже ищете разные способы оплаты? Да только все у вас деньгами берут, – едко замечает стоящий позади меня Рейкен.

Сусанна краснеет, сжимает зубы и, резко развернувшись, стучит каблуками в сторону своей лавки. А у плотника не только язык острый, он и укусить больно может.

– Идемте, там чай уже заварился, – этой фразой я закрываю поднятую тему, поскольку я совершенно не хочу продолжать разговаривать о моем “муже”.

Перед тем как за нами закрывается дверь, я затылком чувствую на себе чей-то взгляд. Обернувшись, замечаю, как за домом скрывается уголок серого плаща.

Глава 37

Застываю, будто меня в ледяную воду опустили. Либо у меня паранойя, либо проблемы. И почему-то я больше склоняюсь ко второму варианту, потому как с момента моего появления в этом мире проблемы – это мое второе имя.

– Что-то не так? – раздается над ухом приятный обволакивающий голос.

– А? Что? – я резко оборачиваюсь, оказываясь слишком близко к Рейнеку, чуть в плечо носом не упираюсь.

Рейкен пахнет свежей одеждой, простым мылом и… смесью выделанной кожи и смолистого дерева. Как будто что-то очень знакомое, но подсознательно вызывает смесь ощущения опасности и в то же время спокойствия. Как такое может быть? И опасаться. и доверять одновременно?

– У вас было такое выражение, будто вы демона увидели, – говорит он, серьезно всматриваясь в мое лицо.

– Да нет, – я делаю шаг назад и оглядываюсь еще раз на угол, где видела плащ. – Просто показалось. Не выспалась, наверное…

По взгляду Рейкена заметно, что он не особо мне верит. Но не спорит и не лезет.

– Идите мойте руки и давайте за стол. Я тоже не против сделать чайный перерыв, особенно пока Дэйр не проснулся, – говорю я, выставляя чашки.

Рейкен не спорит и быстро оказывается за столом:

– Я вот смотрю на вас, нира, и думаю, – он отпивает ароматный мятный чай с шиповником. – Драконам надо не из аристократок жен выбирать, а из обычных, скромных девушек. Тогда и браки крепче, и пироги… заказывать не надо.

Я с усмешкой смотрю на него:

– А вы думаете, драконам это важно? Или, может, считаете, что это девушек особо сильно осчастливит? – фыркаю я, пробуя свою сегодняшнюю выпечку.

Он удивленно поднимает на меня голову:

– Разве это не мечта – выйти замуж за богатого, статусного мужчину, с которым никогда не будешь знать проблем? – выдает он самое очевидное “преимущество” такого замужества.

– Когда не знаешь проблем, от мужа не сбегают, – возражаю я, и тут же об этом жалею.

Взгляд Рейкена становится напряженным, внимательным:

– Вы о чем, нира?

Вот и кто меня за язык тянул? Впрочем, если слуги в доме герцога шепчутся, до меня же могли дойти слухи, так?

– Слышала, что от герцога Этерлайна жена сбежала, – как можно равнодушнее замечаю я. – От хорошей жизни не бегут.

Или слишком долго обманываются, что она действительно хорошая, как это было у меня в прошлом. Розовые очки – зло, присущее женщинам всех миров.

– И вы уверены, что дело в драконе, а не в жене? – взгляд Рейкена темнеет, словно этот вопрос касается лично его.

Логично: мужик мужика всегда будет оправдывать, что бы тот ни сделал! А бабы всегда крайние и виноватые.

– Если бы проблема была в жене, то герцог искал бы ее и пытался вернуть. Ну или как минимум сына бы нашел, – раз уж сказала “а”, можно говорить и “б”, хуже не будет. – А так притащил с собой новую пассию и доволен.

– Кого притащил? – брови Рейкена взлетают вверх, и он чуть не расплескивает чай.

– Так до вас еще не дошли слухи? – ехидно улыбаюсь я. – У герцога новая красотка, так что ему теперь только убедиться, что жены больше нет, можно и по второму разу пробовать. А то что, с первой идеального брака-то не вышло! Хоть бы сына искал.

Я старательно сохраняю внешнюю невозмутимость, но внутри все клокочет. Как будто Ксаррен по-настоящему мой муж, и я второй раз переживаю предательство.

– Вы делаете из него чудовище, – хмуро возражает Рейкен. – И если вам интересно, дракон никогда не откажется от своего ребенка. Пожалуй, я пойду работать.

Он поднимается, отодвигая от себя тарелку с булочкой, которую я ему положила.

– Вы слишком хорошего мнения о драконах! – кидаю ему вслед я.

– А вы… Вы как будто о них ничего не знаете совсем.

Последняя его фраза, сказанная в сердцах, западает мне в душу. Не знаю я драконов. Как минимум потому, что большинство воспоминаний Алтеи, связанные с ее замужеством и драконами, благополучно стерты из памяти.

Следующие четыре дня проходят как один день сурка. До рассвета встать, испечь, отдать в герцогский дом, открыться, сделать вторую выпечку, продавать… Параллельно заботиться о Дэйре, когда Райта не успевает забежать, и следить за хозяйством.

Посетителей день ото дня все больше, и к концу четвертого дня я понимаю, что меня одной уже не хватает. Или хватит еще немного, а потом я просто свалюсь, и тогда заниматься всеми этими делами будет уже некому.

Я принимаю волевое решение найти способ связаться с Гилбертом Франком, чтобы попросить у него еще продуктов: хотя мне тогда и привезли много муки, она уже кончается, к тому же я хочу попробовать расширить ассортимент. К тому же он обещал узнать, что с документами по моим налогам, но так и не пришел.

А еще мне нужно найти себе помощницу. Райта посоветовала мне пару девушек, по ее словам, очень обязательных и мастериц на все руки. И с ними мне надо договариваться отдельно.

Рейкен продолжает заходить ежедневно, но в основном только с утра. Ссылается на то, что после обеда у него дела в других местах. Так что у меня уже появились новые стеллажи в подвале, да и вообще там стало чище и даже немного светлее. А вот дверь снова не появлялась.

Как и серый плащ, которого я каждый день активно высматриваю, но не нахожу. Или он, может, меняет свою одежду и выслеживает иначе? Даже думать не хочу. Но думаю.

Мурик регулярно приносит мне сплетни со всего города, радуя тем, что моя лавка становится все популярнее, а покупателей становится все больше.

Город преображается к празднованию Пробуждения вместе с природой. День ото дня все звонче стучит капель, солнышко светит ярче и теплее, а улыбки на лицах горожан шире. Даже наше небольшая улочка преображается: на окнах появляются разноцветные ленты, рамы и входные двери красят, а стекла – моют.

Поделиться с друзьями: