Чтение онлайн

Глава 31

Весь день Тристан переваривал полученную информацию. Он часто вспоминал о старом друге детства, пытался найти его и поговорить, но даже помыслить не мог, что Рой появится в его жизни при таких обстоятельствах. Тристану хотелось узнать, что за культ он собрал вокруг себя, какие цели преследует и как вербует людей, превращая их в безвольных марионеток. Неужели старина Аккерли все же сумел воплотить в жизнь безумную идею – создать орден вершителей справедливости, карающий погрязших в преступлениях аристократов и власть имущих?

Чтобы не тратить время попусту, Тристан приказал начать сборы для поездки в Иверас, который находился в неделе пути от Харията. Сам же наведался в чайные дома и торговые лавки, чтобы укрепить полезные связи, которые успел обрести за проведенное в городе время, а вечером отправился в покои Адалины. Он даже не стал стучаться – желал вновь услышать ее ворчания по поводу его ужасных манер, хотя она тоже редко их соблюдала.

Дверь в комнату открылась бесшумно, и Адалина не сразу заметила незваного гостя. Она сидела за письменным столом к нему спиной и что-то усердно писала, но, увидев мелькнувший в ее руке карандаш, Тристан понял, что она рисует.

– Надеюсь, ты пишешь мой портрет? – спросил он, лениво растягивая слова и любуясь, как блестят ее карамельные локоны в свете масляных ламп.

Адалина вздрогнула, а потом выпрямилась, сложила лист, на котором рисовала, и убрала в шкатулку, заперев ту на ключ.

Тристан узнавал у Флоренс, было ли в той шкатулке что-то важное, помимо письма Танната. Она тогда странно на него посмотрела, но ответила, что там только памятные вещицы. Тристан знал, что Флоренс не соврала, но не мог забыть тот взгляд и отделаться от мысли, что он должен увидеть все содержимое.

– Ты избегала меня весь день, – сказал он.

Приблизившись, он присел на край письменного стола. Адалина уже переоделась в шелковую сорочку на узких бретельках и с высоким разрезом на подоле, сквозь который почти целиком виднелась умопомрачительно длинная и стройная нога. Тристан без зазрения совести любовался этим восхитительным зрелищем. Благодаря крови Вейланд, он обладал довольно высоким ростом, и девушки обычно едва доставали ему до подбородка. Адалина же была ниже всего на пару дюймов, и ему это дико нравилось.

– С чего ты взял?

– Слуги передали, что ты обедала и ужинала в своих покоях. Ты просидела здесь весь день?

– Нет. Вечером мы с Кристин ездили посмотреть на знаменитые висячие сады Харията, а потом посетили ее любимый чайный дом.

– Но утром ты сбежала еще до моего пробуждения.

Адалина вздохнула так, будто Тристан был несмышленым мальчишкой, которому приходилось объяснять очевидные вещи.

– Я просто дала понять, что не строю каких-то ожиданий после прошедшей ночи.

Тристан наклонился к ней, но она даже не шелохнулась.

– А что, если я строю какие-то ожидания?

Он играл с ней, провоцировал. Ему приносило несравненное удовольствие то, как охотно она принимала его вызов. Но в этот раз его надежды разбились вдребезги ее неожиданным вопросом.

– Ты узнал, кто заказывал яды у Фарада?

Вся игривость сошла на нет. Тристан отстранился и вцепился обеими руками в край столешницы.

– Узнал. Помнишь, я рассказывал про старого друга, Роя Аккерли? Это он пытался отравить меня. Точнее, его люди.

– И каково тебе было узнать это?

Тристан слабо улыбнулся. Он знал, что эта новость потрясла и Изекиля с Кристин, ведь они тоже были близки с ним. Но Тристан не мог откровенничать с ними. Не в тех вопросах, которые касались его чувств, а не гильдии. Он должен был проявлять хладнокровие и непоколебимость, как глава «Черной розы». А с Адалиной ему хотелось быть честным. Возможно, все дело в том, что он вытащил наружу все ее секреты, заставил обнажить перед ним свои страхи и переживания, а теперь еще и привязал к себе через интимную близость. Сколько бы Адалина ни пыталась строить из себя ледяную деву, он был слишком зрелым и опытным, чтобы понять, какое сильное влияние оказывал на нее и как ловко мог ею манипулировать.

– Странно, – после некоторого молчания ответил Тристан. – С одной стороны, я рад, что этот идиот жив и здоров, но с другой – меня угнетает, что он, по всей видимости, не отказался от своих безумных идей.

– Ты будешь искать его?

– Да. В нашей истории давно пора ставить точку.

Тристан устало потер шею. Заметив это, Адалина встала со стула и протянула ему руку.

– Пойдем.

Он не знал, что она задумала, но с любопытством подчинился. Она усадила его на кровать, заправленную бордовым покрывалом из плотного атласа, от которого исходила приятная прохлада.

– Снимай рубашку, – приказала Адалина, а сама направилась к трельяжу и взяла со столика стеклянный флакончик с зеленоватой жидкостью.

– Что это? – спросил Тристан, отбрасывая рубашку на спинку стоявшего рядом кресла.

– Эфирное масло жасмина, оно снимает усталость. – Адалина села на кровать позади него. – По крайней мере, так сказала Надин, служанка, которая мне прислуживает.

Адалина коснулась теплыми ладонями его оголенных плеч и начала растирать ароматное масло по коже. Он блаженно прикрыл глаза, наслаждаясь тем, как она массирует его мышцы тонкими, но сильными пальцами. Ее непослушные длинные пряди приятно щекотали его спину, пока она нависла над ним. К аромату жасмина прибавились сладость яблок и пряность корицы, и Тристан против воли улыбнулся. Как же он любил этот запах!

– У тебя волшебные руки, – промурлыкал он, пока Адалина очерчивала его позвонки, пуская по коже легионы мурашек.

Она ничего не ответила. Скользнула руками вверх по позвоночнику к шее, а потом опустилась к груди. Дыхание Тристана участилось, и он усилием воли перехватил ее запястья и отстранил от себя.

– На самом деле я пришел сказать, что мы скоро отправляемся в Иверас.

Адалина, казалось, даже перестала дышать. Тристан обернулся на нее и заметил на лице страх и смятение.

– Эй? Ты чего? – Он легко коснулся пальцами ее скулы, и она встряхнула головой, словно сбрасывая оцепенение.

– Ничего. Я скажу Надин, чтобы подготовила мои вещи. Там будет так же жарко, как и здесь? Я могу одолжить у Кристин пару миреасских нарядов?

Она нервно растирала остатки эфирного масла по его предплечьям, упорно не встречаясь с ним взглядом.

– Что гложет тебя, Адалина? – мягко спросил он. – Я открылся тебе, теперь твоя очередь. Откровенность за откровенность.

Адалина тяжело сглотнула, и Тристан проследил за тем, как дрогнуло ее горло.