Изгои Интермундуса
Шрифт:
Достаю тетрадку, чтобы было чем себя занять. И вдруг из нее выпадает тонкий черный блокнот. Первая страница жутко исчеркана, но внизу написано пару строк почерком Теона:
«Говорят, чтобы не сойти с ума и избавиться от гнетущих мыслей, их нужно записывать на бумагу. Думаю, попробовать стоит, а то иначе я свихнусь от ее равнодушия...»
Это что? Сочинение? Мрачновато как-то... больше похоже на... Неужели... Это дневник Теона? Пролистав пару страниц и раз десять наткнувшись на местоимение «я» и другие его формы, окончательно в этом убеждаюсь. Читать чужие письма, записки, почту, дневники, стихи и прочее – нехорошо, но кто бы мог устоять. Как бы то ни было, больше всего на свете человек боится и жаждет узнать, что думают другие люди. Мысль другого человека внушает страх, ведь именно она – предшественница любого действия, поступка – неважно, доброго или плохого. Я хочу узнать... Нет, я должна узнать, о чем он думает, чтобы понять, что мне делать дальше.
«Помню, как сотни раз говорил Дее, что всегда буду рядом, чтобы не случилось. Сотни раз... но никогда бы не подумал, что не смогу покинуть ее, даже если захочу... Какая же это мука...»
Останавливаюсь, пытаясь вспомнить хоть один из тех сотни раз, когда он говорил мне, что будет рядом. Не спорю, сейчас он терпимей относится ко мне и даже проявляет заботу, но так ведь было не всегда. Может, его «я буду с тобой» вклинивалось между привычными фразами «дура» и «как же бесит» и поэтому смысл от меня ускользал? Да уж, чтение его мыслей повлекло только больше вопросов, но...
«Обещание, обещание... Отец всегда говорил, что пустословам Исток не дарует счастливой судьбы...»
Хм... не думала, что эта фраза – пословица или фразеологизм. Мне казалось, так говорил только отец Леофа.
«Столько раз я разбивал нос Глинду и ругался с Сандром, и все из-за нее. Я был маленьким мальчиком, но желание защитить ее, быть рядом, зажглось во мне так неожиданно и надолго. Друзья не понимали, зачем мне нужна эта маленькая, сопливая девчонка, но я...»
Теон знал Сандра и Глиндра? Тогда почему я его никогда с ними не видела. Могу поклясться, что была свидетелем всех разбитых носов Глинда, но не помню, чтоб кто-нибудь другой, кроме Лео, затевал с ним драку. Ведь Глинд был из многоуважаемой Четвертой Семьи – Куартус Акватикус, его дед предотвратил наводнение в Лунной Столице.
Я перелистываю еще страницу.
«Без сомнения, клятвы придумали, чтобы нарушать их. Ведь только стоит в чем-то поклясться, сразу возникает желание нарушить данное слово. Так и у меня. Три слова способны вернуть Дею, три слова на пути к счастью. Но я не могу их сказать. Я обещал, что не скажу...»
–«Я обещал, что не скажу их, пока мы не свяжемся...»– читаю вслух строку из потрепанной тетради.
Это обещание я взяла с Лео, когда...
В этот момент мою голову словно сдавливают тиски, я роняю тетрадку, сжав пульсирующие виски. Не в силах больше сдерживать рвущийся крик, я зову его:
– Теон!
И проваливаюсь в пустоту...
Глава 23. Иллюзия сбывшейся мечты
Услышав крик, молниеносно вскакиваю со своего места и, не спрашивая разрешения, выбегаю из класса. Дею я нахожу лежащей на полу, прямо возле кабинета русского языка и литературы, рядом с ней валяется смятая тетрадь в черной обложке – и эта не та тетрадь, что я просил принести.
– Дея! – опускаюсь рядом, чтобы коснутся ее лба и проверить, есть ли у нее жар.
На вид она совершенно в порядке, и я не чувствую никаких серьезных изменений. Дея выглядит так, будто просто уснула. И что же все-таки произошло? И как связан ее обморок с этой тетрадью? Подняв ее с пола, открываю первую страницу, и понимаю: это же мои личные записи! Я обычно их сжигаю, но тут столько навалилось, что... Но что в них так могло напугать ее? Может, это просто из-за того, что ее воспоминания об этом очень туманны? Тем не менее я должен привести ее в чувства.
Взяв девушку на руки, несу ее в сторону учительской – единственной комнаты с диваном. Она оказывается открытой, и мне не приходится пользоваться магией. Аккуратно положив Дею на диван, опускаюсь в соседнее кресло. Она и вправду спит: я слышу ее мерное дыхание. В школе стоит гробовая тишина, а второй этаж почти пуст. Сегодня суббота, и кроме старшеклассников, посещающих дополнительные занятия, здесь больше никого нет.
Тишина и мирно спящая Дея успокаивают лучше любого снотворного, опрокинув голову на спинку кресла, закрываю глаза.
Я ждал уже более получаса, если бы не волны, ежеминутно разбивающиеся о скалы, утопающие в лучах закатного солнца, я бы решил, что время остановилась. Сколько же времени нужно Глиндру, чтобы добраться из Города Мудреца сюда – к заливу Марты, который местные венефикусы называют просто – «тетушка Марта».
– Братик Теон, смотри! – малыш Эмрис подбежал ко мне, сжимая что-то в руке. – Лиловая ракушка!
– Отличный подарок для мамы, – заметил я, потрепав лохматую голову.
– Да, – улыбнулся Эмрис в ответ на мою улыбку и вернулся к поиску клада в куче песка у кромки воды.
– Здравствуй, Теон, – услышал я низкий голос позади себя.
– Глиндр, – кивнул наконец-то пришедшему другу.
– Ты пришел меня поздравить, или что? – поинтересовался он, скользнув взглядом по моему двоюродному брату.
– Просто поговорить, – ответил я.
– И о чем же? – ухмыльнулся Глинд. – Я думал, для этого у тебя есть Дея... Ой, нет. Ходят слухи, что вы теперь больше, чем просто друзья.
– Тоже не одобряешь, да? – спросил я, не сводя с Глинда изучающего взгляда, ища хоть какие-нибудь изменения. По мне, как был заносчивым принцем, так и остался.
– Никто не одобрят, – признался он. – Ты знаешь, никто не завязывает отношения, все ждут образования Septimus Sensu – это многовековая традиция. А если кто и нарушает ее, то не заявляет об этом каждому встречному, такие отношения лучше держать втайне от других. К тому же, ты – сын Советника Ифора, наследник одной из Семи Семей. Проблем бы не было, если бы ты выбрал объектом любви менее знатную девушку или даже простолюдинку, но нет! Ты обратил свой взор на королевскую дочь!
– Если бы мне были нужны нравоучения, я бы пошел прямиком к собственному отцу, – хмуро заметил я, начиная сожалеть о том, что вообще пришел. – И, кстати, я не вижу Азэр. Где она? Я думал, Связанные не могут друг без друга...
– Не глупи, – снисходительно улыбнулся Глинд, его спокойствие немного пугало. – А как, по-твоему, главы Семей съезжаются на все сезонные собрания или ходят в военные походы? Конечно, то чувство, когда находишься на расстоянии от своей половины, не из приятных, но не смертельно. Хотя, дед говорит: все зависит от силы Связи или что-то в этом духе. И к тому же, сделать талисман, облегчающий это состояние, легче легкого.