Изгои российского бизнеса: Подробности большой игры на вылет
Шрифт:
Адвокат Владимир Жеребенков заявил: «Решение Басманного суда было для меня неожиданным. Но я намерен опротестовать его во всех возможных инстанциях, считая его незаконным и поспешным». Следствие, по мнению защитника, использовало в деле против бизнесмена порочную практику «толковать закон непредсказуемо и с пользой только для себя». Сам Чичваркин передал через адвоката: «Виновным себя не считаю, но доказать невиновность легче в Лондоне, чем в российской тюрьме, где человек теряет свое время и пространство».
Евгений Чичваркин: «Жалею только о том, что мне не хватило силы воли уехать раньше»
– Почему вы уехали из России?
– Меня вынудили, отъезд был спешным. В противном случае сначала была бы подписка о невыезде, а потом и вызов на допрос, например, 31 декабря… Но я жалею только о том, что мне не хватило силы воли уехать раньше. Здесь (в Лондоне. – Примеч. ред.) ни одна скотина не залезет мне в карман или не обшмонает машину, якобы проверяя документы, не подкинет хреноты в квартиру или офис. Никто не будет четыре часа курить в лицо что-то жесткое без фильтра, убеждая меня, что я – м…ак. Желания возвращаться нет, понимание этого пришло сразу. Свое будущее я связал с этой страной и уже стал ее налоговым резидентом.
– Сам факт предъявления вам заочного обвинения в причастности к похищению человека стал для вас неожиданным?
– Я не хочу оправдываться. Ни перед кем. Когда меня спросит независимый суд о том, виноват я или нет, отвечу. Но, по сути, мне не предъявляли обвинение заочно, меня арестовали за глаза, даже не известив моего адвоката <…>
В марте 2009 года Евгений Чичваркин был объявлен в международный розыск – соответствующее поручение в национальное центральное бюро (НЦБ) Интерпола. Генпрокуратура РФ, «изучив материалы уголовного дела в отношении экс-владельца компании «Евросеть» Евгения Чичваркина», направила в НЦБ «Интерпола» поручение об объявлении бизнесмена в международный розыск.
Адвокат Чичваркина Юрий Гервис заявил, что не понимает, зачем была поднята шумиха вокруг объявления бизнесмена в международный розыск, и назвал сообщение об этом Генпрокуратуры «не более чем пиаровским ходом». По мнению защитника, само по себе объявление в международный розыск – «это ожидаемая, техническая процедура, которая не влияет на ход расследования». «Доказательств вины моего подзащитного я в деле не обнаружил, по-прежнему считаю его невиновным, – отметил адвокат, – и объявление Евгения Чичваркина в международный розыск помочь следствию в сборе доказательств никак не может». Хотя Чичваркин был не намерен просить где-либо за границей политического убежища, Юрий Гервис скептически расценивал возможность выдачи его подзащитного. «Я разговаривал недавно с Евгением, он находится в Великобритании, – отметил адвокат, – а там очень скрупулезно рассматривают документы об экстрадиции, которые приходят из нашей Генпрокуратуры». По мнению адвоката, «в отсутствие железных доказательств вины господина Чичваркина у российских властей практически нет шансов на удовлетворение своего запроса».
В июле 2009 года в уголовном деле появились новые фигуранты – двое бывших сотрудников УВД Южного округа Москвы, которые, по версии следствия, способствовали похищению Власкина. Следственный комитет при прокуратуре РФ возбудил уголовное дело по статье 126 УК РФ («Похищение человека») и статье 286 УК РФ («Превышение должностных полномочий») в отношении бывшего оперуполномоченного 4-й оперативно-розыскной части (ОРЧ) уголовного розыска УВД Южного округа Москвы Александра Курты и бывшего замначальника этой же ОРЧ Елены Волчковой (в то время Болкуновой). По версии следствия, Курта с ведома и одобрения своего начальника Болкуновой непосредственно участвовал в необоснованном задержании в 2003 году Власкина и его передаче сотрудникам службы безопасности компании. Кроме того, Левину и его экс-подчиненным была добавлена часть 2 статьи 306 УК РФ («Заведомо ложный донос о преступлении, сопряженный с другим преступлением»).
В августе 2009 года следственный комитет при прокуратуре РФ завершил основные следственные действия по делу. Левин и его предполагаемые сообщники начали знакомиться с материалами дела.
В начале сентября 2009 года, в годовщину первого обыска в «Евросети», Чичваркин дал несколько интервью российским журналистам. Отвечая на вопросы радиостанции «Бизнес FM», он сказал: «Российский менталитет вообще любит годовщины. Любят же год отмечать – ребенку год, со дня смерти год, с момента конфликта в Южной Осетии год. Мне тоже захотелось как-то отметить год. Смотрите, у нас как принято: все коммерсанты, все бизнесмены априори уголовники, виноватые люди, об которых надо вытирать ноги и мазать г… А они должны тихо сидеть под лавкой и обсыхать, будучи благодарными, что они живы. Потому что коммерсант и любой предприниматель-бизнесмен – это вор, бандит, и скорее всего вообще страшный бандит. Если он маленький, то он еще маленький злодей, а когда вырастет, то страшный злодей. Многим показалось, что у меня какое-то огромное чувство страха. Нет у меня чувства страха больше». Чувство страха, по словам Чичваркина, исчезло, когда он встретил в аэропорту Лондона свою семью.
Евгений Чичваркин: «Это официальные большие люди»
– <…> Те же люди, которые ограбили весь рынок в 2005 году под видом борьбы с контрабандой – то есть изъяли у семи компаний товаров на $50 млн в пользу государства, потом по подложным документам похитили у государства эти телефоны, продали их на рынке за наличку и выручили $25 млн или $30 млн, – попытались, уже когда мы были в белом поле, опять весь рынок засунуть под плинтус, чтобы все были в черном поле, чтобы можно было дальше всех грабить.
В первый раз у них это не получилось. Первый раз, наверное, в истории нам вернули телефоны, которые были изъяты по поддельным документам (по-моему, этот следователь до сих пор находится в розыске). А люди, которых тогда посадили, вышли. Милиционерам хотелось отомстить. Кому-то хотелось видеть другой стоимость компании либо забрать ее бесплатно. И когда эти интересы совпали в прошлом году, компания попала под давление. В общем, одни и те же люди в течение четырех лет компанию и весь рынок преследовали.
– Вы можете назвать какие-то фамилии?
– Это не секрет, это официальные большие люди. Это 38-е управление «К» – бюро специальных технических мероприятий. Они почему-то считали, что весь этот рынок их, и, в общем, весь этот рынок стригли и, наверное, и сейчас стригут, я уже не знаю.
– Иными словами, вы настаиваете, что история все-таки берет начало с того конфликта с «Моторолами».
– Есть люди, которые занимались изъятием телефонов в пользу государства, а потом и хищением у государства по подложным документам… Например, тот человек, который изымал телефоны, он же допрашивал, например, Ермилова по делу о похищении курьера Власкина. Там есть личный мотив, видимо.
– В прессе высказывалось мнение, что Власкин не такой уж простой экспедитор, что он был вашим партнером по ввозу нелегальных телефонов, и вы там с ним что-то не поделили, и он забрал эту партию телефонов якобы в счет своего долга. Что бы вы могли ответить на эти предположения?
– Еще писали, что я приехал на Давосский форум и приставал к чиновникам с просьбами меня спасти, а также во время саммита «двадцатки» обращался к чиновникам с просьбой меня спасти. А еще было, что у меня жена беременная, и я буду ведущим программы… В общем, в прессе было столько всякой х…, что комментировать домыслы и вымыслы не вижу никакого смысла. А по существу вопроса могу сказать, что у меня нет партнеров из числа водителей «Газелей».
Вскоре стало известно, что один из основных фигурантов дела заключил так называемую сделку с правосудием, полностью подтвердив версию обвинения, а еще два обвиняемых подали ходатайства о заключении аналогичных сделок.
Первой официально оформленной следственным комитетом при прокуратуре РФ сделкой с правосудием (соответствующий закон «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» был принят Госдумой РФ) стало соглашение, заключенное с Сергеем Каторгиным. В соответствии с ней в обмен на содействие следствию в раскрытии и расследовании преступления и розыске имущества, добытого в результате преступления, обвиняемый получал право на рассмотрение его дела в суде в особом порядке (без проведения судебного следствия) и вынесение наказания, не превышающего 2/3 от предусмотренного законом. Каторгин признал свою вину и дал показания против всех остальных основных фигурантов дела.
Известие о том, что один из основных фигурантов дела решил подтвердить версию следствия, произвело на Левина и Ермилова сильное впечатление. Но если Ермилов тут же поинтересовался у прокурора, какие права дает обвиняемому подобная сделка, то Левин вскоре после заседания в связи с обострением хронических заболеваний оказался в больнице СИЗО «Матросская тишина». В деле же появился еще один фигурант – бывший начальник отдела службы безопасности компании Юрий Рогов.
После заключения сделки следствие заново предъявило всем фигурантам дела, за исключением Чичваркина, обвинение в окончательной редакции (в итоговые тексты были внесены само сообщение о заключении сделки и некоторые новые доказательства по делу). Чичваркину по-прежнему вменялось соучастие в похищении человека и вымогательстве, совершенных организованной группой (ст. 126 и 163 УК РФ), а Левину – похищение человека (ст. 126 УК РФ), истязания (ст. 117), незаконное лишение свободы (ст. 127), грабеж (ст. 161), вымогательство (ст. 163) и заведомо ложный донос (ст. 306). Остальным фигурантам инкриминируется соучастие в тех или иных из этих преступлений.
По итоговой версии следствия, в 2003 году Левин и его подчиненные – сотрудники службы безопасности компании Андрей Ермилов, Сергей Каторгин и Виталий Цверкунов, а также сотрудники ЧОП «АБ «Евросеть» Юрий Рогов, Алексей Олесик, Владимир Ильин и Роман Чичков, – заподозрив экспедитора «Евросети» Андрея Власкина в краже крупной партии мобильных телефонов, действуя с ведома и в интересах Чичваркина, организовали розыск подозреваемого с помощью сотрудников УВД Южного округа Москвы. По данным следствия, Левин и его подчиненные, избивая другого экспедитора компании – Дмитрия Смургина, заставили его написать заявление в милицию на Власкина. В окружном УВД возбудили уголовное дело и объявили экспедитора Власкина в розыск (кстати, один из розыскных документов подписал будущий начальник ОВД «Царицыно» Денис Евсюков, но он по этому делу к уголовной ответственности не привлекался). Власкина милиционеры нашли в Тамбове, и тогдашний оперуполномоченный уголовного розыска УВД Александр Курта передал его сотрудникам службы безопасности «Евросети». Последние, говорится в деле, удерживая потерпевшего на нескольких съемных квартирах, избивали пленника, вымогая у него 20 млн руб. У обоих экспедиторов, по данным следствия, были отобраны деньги и другое личное имущество, что и было квалифицировано как грабеж. Прокуратура Южного округа Москвы отменила постановление о возбуждении в отношении Власкина дела о хищении «за отсутствием события преступления», после чего Левину и Ермилову было добавлено обвинение в ложном доносе.
Между тем после продажи Евгением Чичваркиным «Евросети» эпоха революционеров в компании закончилась, началась эпоха администраторов. Нынешние менеджеры «Евросети» – уже не расшалившиеся школьники, а тихо сопящие греко-римские борцы. Глядя на новых менеджеров компании, и впрямь не подумаешь, что эти люди способны на выходку в стиле Чичваркина.
Сначала обязанности президента компании исполнял ставленник Чичваркина Дмитрий Денисов, когда-то начинавший с продавца-консультанта. В ноябре 2008 года президентом стал Сергей Ющенко, бывший глава сети «Лента». «Ему все было по фигу: «Вымпелком», не «Вымпелком»… – вспоминает один из сотрудников «Евросети». – В переговорах с партнерами он говорил, что ему дана полная свобода и его цель – сделать компанию эффективной». Заслугой Ющенко стал мир с Nokia, с которой в свое время вдрызг рассорился Чичваркин.
В марте 2009 года Ющенко неожиданно сменил выходец из «Вымпелкома» Владимир Шишко. Он стал исполняющим обязанности президента, но продержался на этом посту недолго. На смену ему в апреле 2009 года пришел Александр Малис, директор по развитию широкополосного доступа в Интернет «Вымпелкома». В топ-менеджерах из команды Чичваркина остался лишь Дмитрий Денисов – в должности исполнительного вице-президента. Вице-президент по маркетингу Дмитрий Патрацкий ушел из компании, как и вице-президент по работе с людьми Александр Сивогривов.