Изгой 6
Шрифт:
За моей спиной глухо чавкнула грязь, прогрохотал деревянный настил. Обернувшись, я увидел застывшие в нескольких шагах от меня две массивные черные фигуры с черными плащами за спинами. Фигуры одним своим видом внушающие страх и трепет. Узкие смотровые щели бесстрастно смотрят на меня – точно такого же как они, закованного в безликий доспех воина. Вся разница в трепещущих щупальцах и мрачно горящих глазах нежити. Я и оба ниргала были готовы убивать.
– Что ж – прогудел я, осматривая двор сквозь смотровые щели шлема – Теперь можно воевать! Интересно… что несет нам день грядущий?
Отступление *
Завязшее колесо рывком провернулось и дернулось вперед.
Под веселый заливистый смех не успевший отпрянуть гоблин оказался придавлен широким ободом к земле, а еще через миг его грудная клетка затрещала и проломилась, не выдержав неимоверной тяжести древнего имперского метателя. По грязи расползлось кровавое пятно быстро растворившееся среди ошметков сырого снега и воды. Перевалившись через распластанное тело метатель медленно пополз дальше, глубоко проваливаясь в разъезжающуюся почву.
– Проклятая распутица! – не переставая смеяться, выдохнул Риз Мертвящий, утирая заслезившиеся от веселья глаза.
Восставший из мертвых полководец коротал время сидя на станине метателя, буднично свесив ноги вниз и укутав плечи скверно выделанной медвежьей шкурой. Его не смущала тряска, но начинали злить постоянные задержки вызванные внезапным потеплением. Если бы не оттепель, они бы давно оказались у высившейся далеко впереди угрюмой и высокой гранитной скалы. Сейчас же отряд шурдов под предводительством Риза только-только вошел в пределы холмистой местности широким кольцом окружающей далекую скалу.
Где-то здесь.
Именно где-то здесь случилась та сшибка нежити с закованным в мощный доспех воином с яростно горящими глазами. Так сказал повелитель Тарис, а он не ошибается. А раз так, в самом скором времени он найдет что ищет. Это неизбежно.
– Интересно, угостят ли нас сдобным хлебом? – осведомился Риз у разваливающегося на части мертвяка, налегающего на обод колеса метателя у самых ног полководца. Потемневшие от разложения ноги мертвяка безразлично попрали останки раздавленного гоблина и неловко шагнули дальше. Мертвяк ничего не ответил Ризу, да и не сумел бы – из его широко раззявленного рта был вырван язык. Да и одного глаза не хватало – на его месте красовалась почерневшая дыра.
Заглянув внутрь рта восставшего трупа, Риз покосился на его пустую глазницу, сокрушенно вздохнул и покачав головой, укутался в шкуру поплотнее:
– Эти шурды такие лакомки… Ускорить движение, никчемные твари! Шире шаг, любители гнилых языков!
Риз не знал, что довольно давно, примерно в этой же области, точно так же обод колеса древнего метателя безжалостно раздавил мертвяка и бесстрастно покатился дальше. Тот метатель и тот отряд так же направлялись к Подкове, угрюмой скале посреди холмогорья Диких Земель. Назад отряд шурдов и нежити так и не вернулся,… но восставший из мертвых полководец не мог этого знать. Сейчас его больше занимало другое – рыжий откровенно скучал, с огорчением поглядывая по сторонам и пытаясь найти хоть какое-то, пусть даже совсем плохонькое развлечение.
В последний раз настолько скучно ему было в церковной лечебнице для сумасшедших, ныне разрушенной и погребенной под толщей воды мертвого озера. Именно там, в лечебнице, он впервые увидел принца Тариса, только-только назначенного наместником Западных Провинций и осматривающего свою новую столицу. Не иначе сама судьба занесла молодого наместника в похожую на тюрьму лечебницу и указала на нужную дверь. После столь памятной беседы в крохотной комнатушке с замурованным окном, он обрел свободу и надолго забыл слово «скука»…
Подгоняемое волей Риза войско шурдов упорно тащилось вперед по чавкающей грязи. Казалось что рыжему мужчине закутанному в медвежью шкуру абсолютно безразличны страдания темных гоблинов, но это было не так – Риз великолепно видел состояние вымотавшихся воинов, но при этом точно знал, что они способны преодолеть еще несколько лиг. Еще несколько часов пути, после чего можно будет разбить стоянку на каком-нибудь более-менее сухом возвышении. Эта грязь начинала утомлять.
Первая разгоняющую скуку новость прибыла через несколько часов после того как шурды вошли в холмистую равнину. Несколько юрких пауков покрытых толстым слоем бурой грязи проскочили по склонам холмов, вернувшись с разведки. Костяные пауки добрались до шурда с гребнем поводыря на затылке и застыли в неподвижности, сверля его своими злобно полыхающими глазницами. «Выслушав» нежить, поводырь подбежал к Ризу настолько проворно, насколько позволяла его негнущаяся с рождения левая нога и, согнувшись в поклоне, сообщил:
– Вождь, мертвые братья вернулись с донесением – насколько поводырю не повезло с ногами, настолько хорошо ему удавалось разговаривать без ужасного пришептывания и присвистывания свойственного его сородичам.
– Мертвые братья? Хм… так поведай же мне вести – поощряюще улыбнулся Риз Мертвящий.
– Мертвые братья ушли далеко и много увидели, вождь. Сначала им встретились места, где совсем недавно убили много крупных зверей, остались следы силы и крови. Там же было много людских следов, среди которых выделялись очень глубокие следы человека и от них несло… от них несло…
– Чем несло? – не выдержал и по-змеиному прошипел Риз, хватая захрипевшего шурда за глотку – Что учуяли твои мертвые братья, шурд? Чем несло от следов? Кто-то наступил в кучу замерзшего навоза? Или что?!
– У… - выдавил темный гоблин – Ужасом! Ужасом! Великим ужасом!
Отбросив гоблина, Риз вытер ладонь о мех медвежьей шкуры и вновь радостно заулыбался:
– Ужасом?
– Самые глубокие следы источали ужас – держась за горло, пробубнил шурд – Так передали мертвые братья и, передавая эту весть, они дрожали от страха, вождь. Еще там были огромные когтистые следы белых сгархов.
– Люди, сгархи и кто-то столь страшный, что даже его следы источают ужас до жути испугавший костяных пауков – задумчиво повторил рыжий полководец – Похоже, именно их мы и ищем, да, кривоногий? Что-нибудь еще?
– Мертвые братья прошли по оставленным следам и добрались до той скалы – корявый палец поводыря указал на темнеющую впереди высокую скалу доминирующую над местностью – Следы привели к входу в узкое ущелье от которого разит людским духом. Так пахнет неподалеку от человеческих поселений. У входа братья развернулись и вернулись назад, спеша сообщить новости, о вождь. Если мы поспешим, то уже к ночи углубимся в ущелье и доберемся до людского поселения! Мы будем беспощадны! Ыгх! – от удара ногой в лицо тщедушный гоблин отлетел назад и рухнул в жидкую грязь.
В тот же миг костяные пауки зашлись диким визгом и, бросившись вперед, окружили стонущего поводыря плотным кольцом, уставившись на Риза злобно пылающими глазницами.
– О-о-о – ухмыляясь, протянул Риз – Солдаты подняли мятеж? Пошли прочь!
Повинуясь взмаху руки Риза, и беззвучному приказу оклемавшегося поводыря, костяные пауки медленно направились к оставленным позициям, вновь встав на охрану лагеря.
– За что, вождь? – гнусаво произнес шурд поводырь, зажимая ладонью разбитый нос. Его глаза на мгновение полыхнули злобой, но почти сразу погасли и темный гоблин низко опустил лицо, скрывая его выражение.