Чтение онлайн

кому это выгодно.

– Ответ вам уже известен. Неправда ли?

– Отчасти, – согласился Алекс, – но чтобы убедиться и расставить все точки над «i»

мне нужна ваша помощь, а вам – моя. Уверен, вы хотите не меньше моего разобраться в

деле, в котором нас используют как марионеток.

– Вам не откажешь в логике. Я надеюсь, в дальнейшем вы будете с нами откровеннее,

нежели сейчас. Ведь не только взаимоуважение, но и взаимопонимание является

слагающими успеха, а без доверия между нами не будет взаимопонимания.

– К чему вы клоните?

Не сводя пристального взгляда с собеседника, Либерман объяснил:

– Мне известно о вашей встрече с агентом МИ-6, – его глаза будто сканировали

Алекса, отмечая каждое движение, фиксируя мимику и жесты, – хотелось бы уточнить

детали, чтобы в процессе нашего сотрудничества не возникло неожиданных поворотов.

Скрывать Алексу было нечего.

– Все о нашей встрече? Едва ли здесь есть что-то интересное для вас. Они хотели

заполучить меня, но на горизонте появился Соботка.

– Он встал между вами, – предположил Либерман, – не оставив МИ-6 выхода.

Хэмптону пришлось устранить помеху.

– Вы действительно в это верите?

Хозяин дома молча взирал на Алекса. В вопросе звучала ирония, отвечать было

бессмысленно. Все и так очевидно.

– Меня настораживает наличие в игре еще одного активного участника, которого мы с

вами не видим, Алекс. Это очень похоже на происки спецслужб вашей страны, это их

тактика. Я не уверен в вашей искренности, или же этот кто-то использует вас вслепую. И

меня не покидает ощущение, что вас специально толкают в объятия МОССАД. Вы

раскрутите меня, а потом – цап! И вся агентура нашей разведки в Советском Союзе

окажется под колпаком.

Тяжело вздохнув, Алекс встал и подошел к краю террасы. Два темных силуэта

рванулись было из тени, но хозяин остановил их. Несмотря на преподнесенный урок, они

продолжали блюсти свои обязанности.

– Что мне сделать, чтобы вы мне поверили, господин Либерман? – Алекс понимал,

что предположения агента МОССАД выглядят обоснованными. – Снимите показания у

своих людей, обеспечивших мою встречу, они видели, как погибла ваш связник. Видели,

что пуля предназначалась мне, а не ей. Она прикрыла меня, и именно этой женщине я

обязан жизнью.

– Да, я знаю об этом.

– Так что же вам еще надо?! Или вы поверите мне, когда пуля, наконец, достигнет

цели? Боюсь, что тогда будет поздно договариваться о сотрудничестве.

– Вы уже выставили нас однажды в невеселом свете, – холодно заметил Либерман, не

сводя глаз с собеседника. – Или вы думали, что мы не в курсе? И у меня нет ровным

счетом никаких гарантий, что подобное не повториться снова.

Алекс замялся. Выходит, они изначально знали, что с помощью разведки СССР

сливал Израилю дезу, и все равно согласились встретиться. То есть не он один

заинтересован в совместной работе.

– Я могу дать слово.

– Этого достаточно, – согласился Либерман, – слово загнанного в угол зверя меня

вполне устроит. Но нам нужно еще кое-что в залог вашего согласия.

– Что именно?

– Ваши люди на Ближнем Востоке! Это поможет нам сбалансировать силы МОССАД

и ЦРУ, и победа США над Союзом в холодной войне не будет полной. Вам, русским, такой

расклад только на руку.

Предложение прозвучало предельно ясно. Он интересен всем только в качестве

предателя. Прав оказался Милош Соботка: жизнь Алекса никого не интересует, важной

является информация.

– Я не смогу этого сделать. У меня нет доступа к этим данным. Ведь я – беглец…

– Это единственная причина? – уточнил Либерман.

Алекс кивнул.

– Да.

– И ваши недавние принципы, верность Отчизне и присяге не станут препятствием в

нашем сотрудничестве?

– Я сам просил о встрече. Сам пришел к вам. Для моих коллег я – уже предатель. У

меня нет пути назад.

Продолжая буравить его взглядом, Либерман кивнул. Он начинал верить этому

русскому, отвергнутому своими хозяевами.

– Интересующая нас информация в полном объеме есть у вашего шефа.

Алекс резко подался вперед.

– Шефа? – спросил он удивленно, боясь даже думать, о ком говорит Либерман. – Но у

меня нет шефа, только…

– Я говорю про «Отца». Так, кажется, вы его зовете, – Либерман видел, что попал

точно в цель, а значит, их информатору в КГБ цены нет. – Мы не можем завербовать его. А

вы – доброволец. Что же касается присяги, то престиж вашей Родины не пострадает, и при

этом будет нанесен существенный удар по злейшему врагу СССР. Вашу агентуру давно

раскололи американцы. Что вы теряете?

Пути назад уже не было, но по инерции Алекс еще пытался сопротивляться

неизбежному.

– Я не могу наведаться к Отцу. Меня там наверняка ждут.

На лице Либермана расцвела улыбка. Он видел всю борьбу чувств, происходящую в

голове собеседника, и получал огромное наслаждение от созерцания этого

противостояния.

– Ирония в том, что ваши коллеги думают также. Вы одного поля ягоды. Засада на его

квартире чисто символическая. Вас ждут где угодно, только не там.

Либерман видел ситуацию, как на ладони. Старого лиса не переиграешь.