Чтение онлайн

Хмыкнув, я некоторое время смотрел в темнеющее ущелье и наконец произнес:

–  У нас вино осталось?

–  Есть немного, как не быть, — закивал Древин. — А у коротышек можно настойку ихнюю забрать. Не обеднеют, чай.

–  Забрать не получится, — сварливо буркнул появившийся словно ниоткуда Койн. — А вот поделиться можем.

–  Вот и хорошо, — через силу рассмеялся я и, оглядев настороженные лица гнома и мастера-каменщика, вздохнул: — Сегодня вечерком сядем втроем в моем закутке и поговорим по душам.

–  Так чего ж до вечера-то тянуть? — поспешил с ответом взбодрившийся Древин. — Можно и сейчас… заодно и погибших помянем.

–  Вечером, — отрезал я и подставил ладонь под падающие хлопья снега. — Раз уж я не уехал, то займемся делами.

–  Какими делами, друг Корис? — полюбопытствовал коротышка, разочарованно убирая руку от пояса, где висела знакомая фляга с настойкой. За короткое время знакомства с подгорным народом я убедился, что выпить они готовы в любое время дня и ночи, по поводу и без. Вот ведь выпивохи бородатые. Или это только род Чернобородых такой?

–  Неотложными делами, Койн. Самыми неотложными. Очень хорошо, что ты так вовремя появился. Вот скажи мне — вы сможете перековать доспехи ниргалов? На инструменты?

–  Перековать — дело нехитрое, но без… как его?.. А! Уголь! Без угля перековать не получится, — развел ручищами гном. — Наковальню и печь кузнечную сложить сумеем, а вот без угля работа не пойдет.

–  М-мда, — раздосадованно буркнул я. — Столько железа впустую валяется, только место занимает. Ладно, тогда поговорим о нашей обороноспособности.

–  Так говорят, что в гномьих печах огонь сам собой горит, да не простой, а что ни на есть колдовской! — встрял Древин. — Синем пламенем, мол, бездымным пылает, а печь как есть пустая — ни угля, ни дров подкидывать не надо! И послал этот негасимый огонь гномам сам Темный, за что они ему души свои продали на веки вечные!

–  Тьфу на тебя! — фыркнул Койн, приглаживая бороду. — Выдумал тоже! Какой еще Темный?

–  Древин, в самом деле, чего выдумываешь? Почему сразу колдовской и от Темного?

–  Люди врать не станут! — уперся на своем мастер-каменщик, воинственно выставляя вперед бороду.

–  Ну и что? Синее пламя говоришь? Ну, значит, к печам газ подземный подвели через трубы, — машинально ответил я, думая о своем. — Газ сам по себе горит, потому и печь пустой кажется. Пара форсунок дозирующих, чтобы взрыва не случилось, и всего делов-то! Вот только сомневаюсь, что газ может сильный жар дать. Уголь все получше будет.

Ответом мне была тишина. С недоумением вскинув голову, я увидел, как Койн с вытаращенными глазами беззвучно хватает ртом воздух и опускается на бревно.

–  Койн, что с тобой?!

–  Кажись, удар его хватил! — глубокомысленно заметил Древин и, подхватив с камня пригоршню грязного снега, принялся натирать гному побелевшее лицо.

От такого бесцеремонного обращения Койн живо пришел в себя и разразился ругательствами:

–  Тьфу! Ты чего делаешь? Чтоб тебе никогда в жизни к молоту кузнечному не притронуться! Чтоб ты всю жизнь одни подковы ковал!

–  Что?! Да я тебя в чувство приводил! Сомлел ты!

–  Я сомлел?! Мы, гномы, никогда не млеем! Тьфу! То есть никогда в обморок не падаем! Мы стойкий народ!

–  А чего ж ты тогда на зад брякнулся и посинел весь? — Я поспешил влезть в разгорающуюся ссору между плюющимся гномом и рассерженным Древином.

–  Да! Чего ты на зад брякнулся? — поддакнул Древин, отряхивая ладони от снега.

–  Я не брякнулся, а присел! — возразил Койн, с кряхтением поднимаясь на ноги. — Как Корис очередную тайну подгорного народа вслух произносит, так я сразу и присаживаюсь. Потому что ноги подкашиваются!

–  Какую еще тайну?

–  Как какую?! Вот скажи, ну откуда тебе знать, что у нас в печах рудничный газ горит? Откуда?! А?! Друг Корис, признайся как на духу. Кто тебе проговорился?

–  Да никто, — от души рассмеялся я. — Ведь это же с первого взгляда понятно — синее пламя, горит без дыма. Что это еще может быть кроме газа?

–  М-м-м… — выдавил Койн, вцепившись обеими руками в свою многострадальную бороду и так зыркая по сторонам, словно мы стояли на оживленной городской площади. — И правда, друг Корис, что кроме газа-то? Ну, поговорили о печах, да и ладно будет. А доспехи ниргалов перековать возможности нету. Как только уголь сыщем, так сразу сделаем. А пока никак.

–  Да понял уже, — с сожалением вздохнул я. — Делать нечего, придется подождать. Тогда вот что — до сумерек пока еще далеко, давайте-ка делом займемся. Древин, на крышу пристройки вы заплату наложили, так пока и ладно будет. Всех мужчин с завтрашнего утра я хочу видеть на рубке деревьев. Все, что может гореть и давать тепло, надо перетащить внутрь поселения. Ясно?

–  Ясно, господин! Вот только крышу мы на скорую руку залатали. Одна видимость, а не работа.

–  Тоже мне удивил, — фыркнул оклемавшийся после нервного потрясения Койн. — Да вся пристройка — это одна большая видимость, а не работа! Я поначалу, как сюда попал, подумал, что вы там свиней держите.

–  Что?! — взвился Древин. — Ты чего щас пробормотал, недомерок бородатый?

Уперев кулаки в бока и выпятив бороду, Койн открыл было рот, чтобы достойно ответить, но тут уже не выдержал я и злобно рявкнул:

–  Так! А ну хватит! Словно дети малые, честное слово! Вы бы еще достоинством своим мужским померялись — у кого больше!

–  Простите, господин, — опомнился Древин, рассерженно поблескивая глазами. — Как тут не осерчать-то? Бормочет невесть что!

Койн промолчал и лишь развел руками — не удержался, мол.

Вздохнув, я зябко поежился и, отряхнув с плеч налипший снег, продолжил:

–  Вот и я говорю — наша постройка для жилья хоть куда, но обороняться в ней не с руки. Мы еще в провал спуститься не успели, а сгарх уже внутри был. Не дело это!

–  Конечно, не дело! — буркнул Койн. — Когда эта зверюка через крышу вниз рухнула, я чуть было от страха не окочурился. А все почему? Вот спросите у глупого гнома, почему так получилось?

–  Скажи нам, глупый гном, почему так получилось? — с готовностью переспросил Древин, особый упор делая на слове «глупый».