Чтение онлайн

Главное, что позволяло Фурсову так наглеть на территории Соколовых, была его единственная супруга. Светлана Федоровна Фурсова, урожденная Соколова. Славная дщерь одной из семей мажоритариев этого рода. В род Фурсов не вошел, иначе ему пришлось бы попрощаться с титулом, но совершенно очевидно стал «вассалом» для семьи своей супруги. Человеком, через кого можно было проворачивать дела с теми, с кем связываться боярским мажоритариям не с руки. А семья Евгения слишком мелко плавала, чтобы бодаться со старшими родичами. Совет же в подобные разборки никогда не лез, если только накал страстей не приводил к смертям членов или слуг рода.

Исходя из этих вводных, кстати, нам ни в коем случае нельзя было с бароном конфликтовать, а уж тем более пытаться его убить. Если его теневых партнеров нейтрализовать как-то можно было, мы всё-таки не просто так, а государевы люди, то Соколовы нас просто размажут за такое и фамилию не спросят.

— Да есть причины, — ответил Евгений. — Вернее, причина. Одна старая, жирная, тупая причина. Барончик удачно женился, на моей вышедшей в тираж дальней родственнице. Теперь он фигура из разряда неприкасаемых, для других членов рода. А третий уровень, на котором он ведет свои дела, вообще не наша территория. Там хозяйничает другая младшая семья. Лично мне, очень приятно слышать, что партнер Фурсова встрял, и, возможно, до посажения на кол. Другой вопрос, Алекс. Ты серьезно сейчас пел про диверсию Орды и прочие интересные вещи?

— Есть мнение, что в Воронеже действует их агент, — ответил я уклончиво. — Аномалия, которую мы ликвидировали, в рамки этого предположения укладывается. Большего не могу сказать, служебная информация.

— Да ладно тебе! Если это касается нашего района, я должен знать. Моя семья отвечает за безопасность четвертого.

— Жень, без обид, но я не буду делиться с тобой секретными данными только потому, что ты обеспечил мне классный релакс. Все, что мог, я тебе сообщил. Как распорядиться этими сведениями, ты и сам догадаешься, взрослый мальчик уже. А то я вот возьму и попрошу тебя, предоставить мне полный доступ к серверам местных провайдеров, сделаешь, по дружбе? — я постарался вложить в тон максимально доступную мне иронию.

— Согласен, занесло, — он легко и светло улыбнулся. — Но, если понадобится доступ к конкретному серверу, обращайся, кстати. Под моим контролем на десять минут пущу. Ладно, давай я тебе пару районных сплетен перескажу…

Расстались мы уже практически приятелями. Евгений оказался на редкость вменяемым и легким в общении парнем. Как подменили его. А, может быть, я просто запомнил его исходя из совершенно иных исходных данных. С другой позиции рассматривал человека. Встречался-то я с ним раньше, когда был членом конкурирующего рода. Я был еще и из старшей семьи, а он труба пониже, дым пожиже. Если Женя не дурак, информацию мою он проверит и использует на пользу семье. Я в их с Фурсовым конфликте — сторона нейтральная. Но подогреть вражду между старыми оппонентами — это так, по боярски… И бывает довольно выгодно.

Следует учитывать и тот факт, что именно семья Евгения имела какие-то дела с пресловутым колдуном — засланцем Орды. Сам Женя мог об этом и не знать, а вот старшие родственники на мои слова про «агента хаоса» посередь Воронежа, не могут не обратить внимания. Они сделают выводы и что-нибудь обязательно предпримут. Короче говоря, сигнал я им послал, а дальше уже их дело. Мне это скоре всего зачтется в плюс.

* * *

Домой я приехал расслабленный и благостный, и сразу же лег спать. Завтра у нас дежурство, послезавтра тоже. Потом патруль, потом новый выходной… А еще последствия от нашей сегодняшней «прогулки» разгребать. Но я и подумаю обо всем этом завтра. Не сегодня.

С утра я глянул «плотву», которую загребли за ночь сети Кая, работавшего по моим поручениям. «Плотвой» называли обрывки информации, получаемой из «мирового эфира» в результате системного поиска, по конкретной теме.

Отметил, что Кай нашел, похоже, «дядю Пашу». Проживал искомый субъект в районе Орловых. Подробнее смотреть не стал и так понятно, что заняться им раньше следующего выходного у меня не получится.

«Кай, — пинганул я. — Что у тебя по ребятам, которые мной интересовались»?

Пока еду до работы, можно обсудить. Вряд ли он нашел что-то существенное.

«Алекс, доброе утро, — включился в разговор мой нейро. — Я выделил, как минимум три субъекта, собирающих в сети информацию о тебе. Из тех, кто делает это с определенной долей регулярности. Если брать временной период в месяц, таких запросов было двести пятьдесят семь. Но я отбросил разовые и вывел вот такую корреляцию».

Он сбросил мне презентацию с несколькими графиками и сводными таблицами.

«Спасибо, Кай, я это попозже посмотрю. Сейчас, пожалуйста, своими словами и коротко. Изложи основные выводы. Проведи анализ собранных тобой данных».

«Как я уже сказал, хозяин, есть трое, кто делает запросы достаточно регулярно. Это именно частные лица, вынужденные пользоваться общественными сетями. Одного из них, с вероятностью в восемьдесят шесть процентов, я определяю, как барона Пустовалова. Этот же субъект искал в сети сведения по проекту „ЧМ“ и сделал несколько запросов по поводу инцидента с убийством твоего отца».

«Стоп. Что еще за хозяин? Я тебе что американский плантатор?»

' Ты сам вчера приказал мне разнообразить обращения к тебе, чтобы, цитирую: «не нудить Алекс… Алекс… Алекс…»

«И что, ты составил список? Ну-ка покажи мне его».

«Исполняю».

И Кай выкатил мне список обращений, которые намеревался использовать в разговоре со мной. Они были ранжированы по возможной частоте использования. Первым, конечно, оставалось мое имя. А вот дальше начиналось веселье. Вдобавок к «хозяину» в списке были: господин, мастер, повелитель, белый господин, масса, сахиб, верховный, командир и тому подобные эпитеты. Надо сказать, определенная логика в подборе именно таких обращений была. Мол, я жестокий тиран, поработивший более совершенный электронный интеллект. Ну и скажите, после этого, что машинная скотинка надо мной не издевается? Улыбаясь, я закрыл список и приказал:

«Хорошо. Вернемся к предыдущей теме. Продолжай».

«Как прикажет сахиб. Два других пользователя не идентифицированы. Однако в их сетевом поведении имеется существенная разница. Второй ограничился составлением весьма поверхностного досье, судя по запросам. Похоже на попытку составить короткую биографическую справку. А вот третий реципиент копает очень глубоко и широко. Частотность запросов…»

«Стоп. Есть человек, который ищет информацию интенсивнее остальных и область его интересов шире», — остановил я этот поток машинного словоблудия, съезжая с четвертого уровня через КПП.

«Сосредоточься на нем. Проведи более глубокий анализ. Мне нужны его запросы, разбитые по главным темам. Работай, Кай».

«Приказ принят, хозяин».

Пока доехал до участка, получил сообщение о том, что генерал Истомин одобрил мою заявку на электронный доступ к открытой медицинской информации по Марии. Приписка, конечно, впечатляла:

«Смотри, Орлов! Если что, ноги вырву!»

Суровый яжотец. А что? И вырвет. Если не сам, то дуболомов своих позовет — их там у него на «Донском» почти полторы тысячи народу. От всех не отмашешься. Хорошо ноги, а не… что-нибудь другое.