Чтение онлайн

— Немедленно прекратите противоправные действия, госпожа Истомина! — заявил типок, похожий на помесь хорька и жабы одновременно. — Я прямо сейчас передаю жалобу в прокуратуру.

— Да хоть наместнику. — Истомина упаковала Правого и принялась за Левого. — Отказ представить документы к осмотру. Неподчинение приказу офицера полиции, оказание сопротивления после предупредительного выстрела. Как минимум пятнадцать суток ареста. И это, если я не найду у них при обыске наркотические вещества, или незарегистрированное оружие.

— Какие смешные фантазии. Вы же прекрасно понимаете, что никаких пятнадцати суток не будет. А будет дело о превышении служебных полномочий. — Попытался надавить этот упырь.

— С каких это пор, Даниил Арамович, вы стали знатоком уголовного права? — Спросил я. — Сколько себя помню, вы специализировались исключительно на лизании задниц старших Орловых. За что и получили свой статус поверенного в делах. А вовсе не за великие познания в сфере юриспруденции.

— Вам ли не знать, Алексей Григорьевич, что в нашем деле решают не какие-то там законы. А связи.

— Да вы хоть реально своим имплантом воспользуйтесь, господин Янкелевич. Зря, что ли, такие деньги за него отвалили? Прикажите ему найти информацию, об Истоминых, хотя бы, прежде чем лепетать о связях! Что за колхоз! Мне даже немного стыдно за некомпетентность людей Орловых. Но это фантомные боли, я думаю. Не балуй! — Последние слова я высказал Арсению, который начал подозрительно вошкаться и греть воздух, вокруг себя. Для убедительности я больно ткнул его стволом револьвера в затылок.

— Госпожа следователь. Этот огневик, — наябедничал я. — Для фиксации нужны спецсредства.

— Подержите его немного, ваше благородие. Сейчас возьму блокираторы из машины.

Вдалеке раздался вой сирены.

— А вот и спецгруппа. — Сказала душка Истомина, открывая багажник и извлекая оттуда кейс с блокираторами.

Она мне даже почти нравится уже начала. Отвага и Слабоумие. Гремучая смесь. Люблю таких. И рыженькая, опять же. Надо к ней успеть подкатить, а то она с таким отношением к обитателям башен долго не проживет.

— Весьма неразумно с вашей стороны портить отношение с родом Орловых, госпожа следователь. — Вторя моим мыслям, заблеял Янкелевич.

— Весьма неразумно не подчинятся требованиям сотрудника управления особо тяжких преступлений. Или хамить ему. Особенно если люди, которые это делают, — обычное бойцовское быдло. Даже не члены рода или семей. — отрезала Мария.

— Тем не менее, вы вмешались в дела рода. — Заявил поверенный. — Гвардейцы может быть и перегнули палку, в вашем отношении, но они правы в одном. Происходящее вас не касается!

— Я веду два дела о покушении на убийство Алексея Григорьевича. Сейчас я ехала именно к нему, в связи с производством по уголовному делу. Здесь я застаю компанию громил, которые угрожают потерпевшему. У вас все еще остались иллюзии, гражданин Янкелевич, насчет того, что произошедшее меня не касается? Алексей Григорьевич, будете заявление писать на граждан Борового, Горохина и Надеждина? — Переключилась на меня Истомина.

— Не нравится мне словечко потерпевший, между прочим! Это нападавшие на меня потерпевшие! Я-то в полном порядке. — Увидев ее яростный взгляд, продолжил серьезнее. — Нет, ваше благородие. Они начали с разговоров и угроз. Собирались перейти к похищению, но не успели. Аки ястреб с ясного неба на поле боя пали вы, Мария Юрьевна, и расточили вражьи рати. Буквально повергли их в прах. Застали злодеев на стадии приготовления к преступлению.

— То есть, я спасла вас от похищения?

— Нет, госпожа следователь. Вы спасли эту троицу от избиения, унижения, переломов или потерь конечностей. Они вам теперь коллективное благодарственное письмо с кичи должны прислать. А не вот это вот все.

К моему удивлению ехидной фразы: «А ты бы вывез»? — не последовало. Истомина окинула взглядом правонарушителей и спросила:

— Стихийника тоже? — Причем утвердительно спросила. Ноток сомнения в ее голосе не было. Ну почти. Впрочем что это я, она же предыдущую кампанию в госпиталь отправляла.

— Его в первую очередь. — Также серьезно ответил я. — Да он же не кровный. Так. Инициацию провели, а техник с гулькин нос выдали. Слабак.

— Два покушения? — отмер поверенный. — Убийство? Я ничего об этом не знал. В таком случае прошу прощения. Ваше вмешательство обосновано.

— Да вы вообще плохо подготовились, Даниил Арамович. Я, например, государев человек, с недавнего времени. Имею законное право применять огнестрельное оружие в случае угрозы жизни или свободе. Ваши псы сильно рисковали, решив что могут меня нахрапом взять.

— Поступили на службу? В силовые структуры? Позвольте, ваше благородие, полюбопытствовать, куда?

— Имплант! включите уже его. Почему я должен за вас вашу работу делать?

Я этого поганца знал довольно хорошо. Он был гражданским поверенным рода. И этот субъект всегда вызывал у меня инстинктивное чувство гадливости и омерзения. Знаете, есть такие люди, ты им даже руки не подаешь, а при общении как будто тебя потные ладошки облапали. Он всегда держал себя с членами рода, как лакей, а не как специалист. Поэтому церемониться с ним я нужным не считал.

— Полагаю, вам все же следует проехать со мной, Алексей Григорьевич. А этот маленький инцидент мы предадим забвению. Возможно, род даже предложит вам компенсацию, за доставленные неудобства. Завтра выборы главы рода, и у совета могут появиться к вам вопросы.

— Если у рода возникнут ко мне вопросы, схему взаимодействия я уже описал вон тому субъекту. — Я кивнул на Арсения, которого бравые спецназовцы в масках как раз затаскивали в упавший с неба автозак. — Кто-то из членов рода связывается со мной. Я назначаю время и место встречи.

— Вы же понимаете, что не в том положении, чтобы диктовать условия. — он аж ладошками замахал от возмущения.

— Это вы, кажется, не понимаете, Даниил Арамович. — Терпеливо, как ребенку, выговорил я. — Это роду Орловых что-то надо от меня. Или его представителям. А мне, от рода Орловых не надо ни-че-го. И на проблемы, хотелки, угрозы или истерики членов этого самого рода я плевать хотел с высоты птичьего полета. Поэтому если встреча состоится, то только на моих условиях. А теперь избавьте меня от своего присутствия, будьте любезны. С мелкой сошкой, вроде вас, мне вообще говорить не о чем.

И я отошел к Истоминой, которая закончила руководством погрузкой делинквентов в автозак и сейчас кому-то названивала. Увидев меня, она приложила палец к уху — мол, говорю.

— Добрый вечер, Георгий Яковлевич. — защебетала она певчей птичкой в трубку. Ничего себе, как она, оказывается, умеет. — Я прошу прощения, что беспокою в неурочное время. — Она похлопала по борту автозака, тот отозвался глухим звуком и взлетел. — Благодарю вас, ваша честь. Да. К моему величайшему сожалению. У меня трое проходят по административному делу. Клевреты рода Орловых. Неподчинение, невыполнение законных распоряжений… Да. Шесть тринадцать Кодекса, часть два. Да. Я бы хотела узнать, когда вы сможете назначить рассмотрение, не хотелось бы затягивать… Да. Да. Завтра в девять? Благодарю, ваша честь. Да что вы, Георгий Яковлевич. Да. Через час пришлю ссылку на материалы дела. Буду на рассмотрении лично. Конечно. И вам всех благ.