Чтение онлайн

— Оправдания мне твои не нужны! Что делать предполагаешь, Алексей Леонидович?

— Я ничего, — аналитик пожал плечами. — Вы же слышали его позицию. Вполне боярскую. Эта его речь — послание. Послание всем, кто прослушает запись. И послание следующее: «Я знаю себе цену. И могу выбирать покупателя». Свою цену для нас он тоже озвучил. Мы его немного недооценили. Он не так честолюбив и не страдает по жизни в башне, как докладывало местное наблюдение или как считали аналитики Соколовых. А решение по цене, которую озвучил молодой человек, принимать не мне. И, при всём уважении, не вам, ваша светлость. Это уровень князя и только князя. Если вам нужно моё мнение, — это слово он выделил интонацией, — то оно таково: эта сделка будет роду невыгодна. Два сильнейших мага Воронежа находятся в нашем роду. У нас много компетентных и способных стихийников. Для Орлова у нас просто нет места, по крайней мере на той позиции, которую он хочет.

Всеволод Аскольдович задумчиво начал передвигать предметы на своём столе, выравнивая их и приводя в идеальный порядок, как всегда делал, когда думал. Закончив, он взглянул на подчинённого и приказал:

— Всё, что сейчас сказал, в виде доклада должно быть у меня через полчаса. Ты прав в одном: надо либо бросать затею вербовки, либо идти к князю. Пока что я склоняюсь к мысли, что проще бросить. Но доклад, на всякий случай, мне подготовь. Так, чтобы князю было не стыдно показать.

Глава 7

Фазовый скачок

Следующее утро не принесло ничего нового — я по-прежнему пользовался дедулиным благодеянием в виде медитации у источника Воронцовых. Утром был молодец-огурец, после медитации — совсем другой фрукт, если точнее — выжатый лимон. Мне оставалось ещё три медитации, однако после сегодняшней процедуры рекомендовалось сделать перерыв в несколько дней. Сердце должно было принять новую форму и стабилизироваться. Затем — ещё три медитации, перерыв и инициация. Теоретически инициация могла случиться на любом из этапов, и на этом дармовое развитие от Воронцовых заканчивалось. Но я уже чувствовал себя уверенно и полагал, что смогу полностью контролировать процесс и взять от княжеской щедрости максимум возможного результата. То есть я собирался использовать все семь дней и три «попытки». Все три — в седьмой день. Зачем мне три попытки? Попытка — та же медитация, просто с максимальным напором печати, который используется для «пробивания» каналов.

Сегодня я находился у источника ровно три с половиной часа, как и обещал Бабак. Потом печать снова отключили. С каждым днём стихийное сердце росло, выбрасывая отростки в разные стороны, формируя систему, чем-то отдалённо напоминающую кровеносную в моём гармониуме. Выйдя из помещения и завершив обязательный ритуал общения со всеми, желающими поговорить и свести знакомство, я сел на лавочку у «Княжеского озера», за охранным периметром. По стеклу плыли огненные сполохи, внутри возникали картинки чудовищ и сказочных персонажей. По «озеру» танцевал завораживающий калейдоскоп образов, перетекающих из одного в другой, на который можно было смотреть бесконечно. Заключённая в стекло магия практически не повторялась, рисуя огненными росчерками причудливые фигуры, что смотрелось особенно гармонично посреди зимнего пейзажа. Стекло подогревалось, и поэтому снег на нём не задерживался.

Из состояния внутреннего спокойствия меня вырвал вызов, который Кай прокомментировал:

«Евгений Соколов. Приоритет средний».

«Соединяй», — ответил я.

Рядом со мной на лавке появился Евгений. В домашней одежде, со взъерошенными волосами он смотрелся довольно забавно посреди зимнего парка. Я невольно улыбнулся. А ведь где-то там кто-то просчитал и этот контраст, и мою реакцию. Но думать о таком было лень. Если постоянно держать в уме, что всё делается с каким-то расчётом, недолго и психическое заболевание «паранойя» подхватить. Так что всё равно. Пока мы просто мило общаемся, я буду думать, что тоже ему просто симпатичен. Если подумать, одно, то есть просчёт ситуации, никак не отменяет второе, то есть симпатию.

— Привет, Жень, звонишь вербовать и склонять? — лениво поинтересовался я.

— Да упаси меня духи предков. Поздравить хотел с победой на поединке. Я смотрел нарезку, потрясающе. Вы оба были хороши, но ты прямо эпически хорош. Надо нам с тобой поспаринговаться обязательно.

— А это мысль. Я последний год, сам понимаешь, не очень большой выбор квалифицированных партнёров имел. Но только учитывай, что мне в башню нельзя, — распространяться о «чудесном» освобождении от печати я, естественно, не планировал.

— Да я помню, конечно. Неплохие залы на четвёртом есть. Арендую. У тебя же перерыв должен организоваться в медитациях, я не ошибаюсь?

Вот разница между боярской старшей семьёй и младшей, к слову. Для Вики четвёртый уровень любого района не иначе как «клоповник» или даже «бомжатник». Для Соколова — место, где можно найти «неплохие залы» и «неплохие рестораны».

— Не ошибаешься. Можем позвенеть железом, ты прав, — я подышал на пальцы, что-то начал подмерзать на скамеечке. Пора двигаться.

— Отлично просто. Продолжая тему поединка. Героям, победителям чудовищ, положена награда. Твоё отношение к награде в виде женской ласки я понял ещё в прошлый раз. Ты у нас суровый мужик-однолюб. Но зато есть другая, от которой ты точно не откажешься.

Вот здесь, честно говоря, я напрягся. Евгений сейчас рисковал разрушить те хрупкие отношения, которые начали между нами выстраиваться, просто в хлам. С другой стороны, он показал себя довольно неглупым парнем, так что дам ему шанс.

— Мне очень не нравится слово «награда», Жень. Как-то ты не тот человек, от которого я жду награждения, — чуть холоднее, чем до этого, произнёс я, отправляясь к ожидавшему меня аэро-такси.

— Да тьфу на тебя, Орлов. Не придирайся к словам. В общем, к нам в Воронеж на день прибывает «Форталеза». Я вырвал с мясом два билета из семейной квоты. Цени, вообще, родовая молодёжь меня прикончить готова, уже было несколько покушений! — он расхохотался.

У меня аж от сердца отлегло. Концерт! Да ещё моей любимой группы! Это не награда, это натуральная взятка! От избытка чувств я аж пропел:

— «Sangre nueva, la experiencia no es en vano» (новая кровь, опыт не пропадёт)! Ты сам-то «Форталезу» слушаешь? Или так просто мне приятное сделать решил?

— Не фанат, но пропустить такое событие никак не мог. И я видел их символику у тебя на футболке. Я так понял, вопрос, идёшь ли ты, могу не задавать?

— Ты умнее, чем кажешься! — мы оба рассмеялись. — Сейчас сестре позвоню, ты же не против компании?

— Нет, конечно! Я фотки видел, она у тебя красотка.

— Все боярские девушки красотки, но моя сестра вдобавок умна и сильна характером. А ещё она глава старшей семьи, так что тебе ничего не светит.

— Любовь не знает сословных различий, — задумчиво проговорил Соколов.

— Трепло. Ладно, я Вике звонить, скинь мне билеты, чтобы сестра сориентировалась, где наши места.

— Уже на почте. Адьес, амиго!

Не теряя времени, я уселся в такси и тут же попросил Кая набрать Викторию. Раз уж нам с благоволения главы рода разрешили общаться, грех этим не воспользоваться.

Вика не взяла трубку. Понятно, занята. Совещания, производство, дела рода и семьи. Подожду. Перезвонила она минут через сорок, когда я уже зашёл в арендованный на сегодня зал.