Чтение онлайн

— Сразу к делу. Ну что ж, мне делать заказ не нужно, а вы посмотрите меню. Отпустим Фёдора Ивановича и поговорим.

— Вас здесь хорошо знают.

— Это моё заведение. Для приватных встреч и разговоров. Доход небольшой, цены высокие. Но конфиденциальность многие уже оценили. Ну и кормят здесь отменно. Не хвастаясь скажу: у меня лучшая кухня на четвёртом уровне.

— Пахнет соблазнительно, — согласился я, после чего озвучил лично обслуживающему нас Фёдору Ивановичу свой выбор.

Тот выслушал внимательно, после чего исчез за дверью — я даже заметить не успел как. Отвернулся на секунду, а его уже нет. И никакой магии, только профессионализм.

— Ну, к делу так к делу, Алексей Григорьевич. Услышал здесь две новости о вас. Первая — вы скоро получите титул? Быстро растёте. Далеко пойдёте. С таким человеком, как вы, полезно иметь знакомство. Вот я и суечусь, уж простите за прямоту. Но понимаю, что я фигура неоднозначная, поэтому стараюсь не подставлять вас прямыми контактами.

Я не стал ничего говорить ему насчёт титула. Пусть думает что хочет. Мы не друзья и даже не деловые партнёры, чтобы я стал с ним делиться своими планами или проблемами.

— Вторая новость говорит о том, что вы увольняетесь и собираете свою команду, — он замолчал, давая мне возможность проникнуться его информированностью или вставить реплику. Я снова промолчал, только кивнул в подтверждение. — Работать будете, очевидно, в Синице поначалу. Другие богатые заражённые зоны далековато, — он вопросительно взглянул на меня.

Я снова кивнул, показывая, что да, так и планирую.

— В этом случае есть мой прямой интерес. О том, что моего, гм, партнёра арестовали, вы слышали наверняка, — опять кивок. — Есть довольно серьёзное опасение, что его не выпустят. Его даже на химию не отправят. Либо на смертельное шоу, либо просто казнь. А учитывая, сколько он знает, скорее просто в камере удавят. Но это вам уже не интересно, — ещё один кивок, на этот раз более интенсивный. — Ну, я и прибрал себе наиболее интересные и чистые его бизнесы. Лучше так, чем его подручные по кускам растащат. Так что Синица и посёлок Счастье теперь полностью подо мной. Скупка трофеев, оценка, продажа оборудования и оружия. Вы человек перспективный, Алексей Григорьевич. Да и везёт вам. Бойня с «пятёркой», за которую вам багровую звезду вручили, тому подтверждение. Значит, вы будете приносить хорошие трофеи. У владельцев заражённых гнёздами территорий всегда есть команды, которые на особом счету. Скидки. Доступ к информации. Льготные цены при скупке. Я предлагаю вам, Алексей Григорьевич, чтобы ваша команда сразу начала работать на Синице в привилегированном статусе.

— А вам с этого какая выгода, Максим Андреевич? — решил я вставить реплику. — Моя понятна.

— Так связи! Я ж вам первым делом сказал. В друзья-товарищи не набиваюсь, но связи с молодым перспективным воронежским дворянином хочу сделать устойчивыми. И взаимовыгодными. Связи с Соколовыми дали мне тот максимум, какой могли. И накрепко привязали к этому району. А я смотрю в перспективу. Жизнь долгая. Ну и чутьё у меня есть, если хотите. На полезные знакомства. Вот вы — такое полезное знакомство. Не прямо сейчас. Но в перспективе.

Я снова кивнул, принимая ответ. Как раз внесли еду, и пока по столу расставляли фарфоровые тарелки, супницы и хрустальные кувшины с напитками, мы обменялись несколькими дежурными фразами. Когда обслуживающий персонал покинул комнату, я произнёс:

— Конечно, от «привилегированного статуса» я не откажусь. Резоны ваши достаточно прозрачны. Но! Очень вас прошу, Максим Андреевич. Не пытайтесь играть меня в тёмную или использовать, как это принято у ваших «деловых партнёров», — я показал кавычки пальцами. — Я этого очень не люблю. Ещё один инцидент вроде того, что произошёл с горцами Ревзана, и вы перейдёте в разряд «враги», — он вскинулся, но я всё же закончил, переводя разговор в иную тональность. — Я вижу, что вы человек, которому сиюминутная выгода взор не застит. С таким приятно иметь дело. И ещё одно. Я не собираюсь связываться с незаконными делами. Если мы будем сотрудничать, откровенно говорю, мою команду нельзя будет использовать как боевую бригаду для разборок с конкурентами или в подобном ключе.

Фурсов чуть ухой из судака не подавился. Торопливо сглотнув и вытерев пальцы салфеткой, он заявил:

— И в мыслях не было! — даже рукой махнул справа налево.

— Охотно верю. Надеюсь, вы не обиделись? — дежурно спросил я.

— Нет, конечно. Я, знаете ли, тоже ценю прозрачность в отношениях. И установление определённых границ для партнёра — важный этап. Могу я поинтересоваться, когда вы собираетесь начинать работу на Синице?

— Примерно через две недели. Точнее, сами понимаете, ваша милость, сказать не могу.

Интерлюдия. Телефонный разговор

Мария взяла трубку зазвонившего смартфона. На экране высветился контакт: «Генерал Истомин». Пока была в госпитале, она приняла звонок от него один раз. Ну и они в очередной раз вдрызг разругались, наговорив друг другу лишнего. А сейчас он звонит по поводу вчерашнего письма, наверное. Мария провела пальцем по экрану, принимая звонок.

— Здравия желаю, лейтенант, — отец сидел в своей каюте на борту «Донского». Вид он имел замученный и нездоровый.

— Да, генерал, — привычно отозвалась она. — Ожидаю приказаний.

Юрий Иванович поморщился, но всё же выдавил дежурную улыбку.

— Не по моему ведомству служишь, чтобы приказы получать. Не начинай опять, ладно? Хотел просто лично доложить, что деньги твоему Орлову перевели. Сегодня должны прийти.

Повисла неловкая пауза.

— И вот что, — продолжил Истомин. — Парень молодцом себя показал. Во всех смыслах. Так что я теперь слова против него не скажу, если для тебя ещё хоть сколько-то важно моё мнение. Конечно, может оказаться, что просто дворянин решил зацепиться за титулованное семейство…

— Отец! — зло воскликнула Мария.

— Вот то-то и оно, что отец, — он устало потёр лицо ладонями. — И граф. Должен любые варианты рассматривать. Но Орлов на такого не похож. Сплошь положительные характеристики у парня. Да и я сам же с ним говорил. Гнили в пацане не чувствуется. Прости, что наорал на тебя в прошлый раз.

— Прощаю, — неожиданно даже для себя ответила Мария. — И ты, генерал, извини. Я знаю, что ты на самом деле меня любишь. И заботишься. А я… Я хочу строить свою жизнь сама. И даже вот это, — она показала в камеру протез, — ничего не изменило. Но я кое-что переосмыслила. Без семьи моё «сама» ничего не стоит. Я как-то забыла, что не просто из пустоты возникла такая умница и отличница. Я часть семьи Истоминых, и многие мои успехи случились потому, что у меня всегда был надёжный тыл и крепкий фундамент.

Генерал аж глаза выпучил на это заявление:

— Ну ни хрена ж себе! Не думал, что от тебя такое услышу, Маш.

— Когда у тебя полтела сгорает, и ты потом фактически из могилы поднимаешься, многое, знаешь ли, предстаёт в ином свете. Считай, мои мозговые тараканы сгорели вместе с тем фургоном.

— Новых заведёшь, — генерал отвёл глаза. При упоминании ранения дочери скулы у него побелели. — Так. Значит, я одобряю твоё решение о выращивании органов. Все расходы семья Истоминых берёт на себя. Не знаю, кстати, что за там секретный чудо-алхимик такой работает, но выглядишь ты отлично.

— Спасибо за комплимент, — Мария почувствовала, что это ей и вправду важно. Если уж отец расщедрился на комплимент, то остальные точно не заметят последствия операций. — У меня встречный вопрос: ты там ничем не стукался о переборку? С каких пор ты в лейтенанте женщину увидел?

И торопливо улыбнулась, чтобы отец не подумал, что она снова нарывается на скандал. Тот тоже натужно оскалился в ответ.

— Ты матери-то позвони, — перевёл он тему. — Она ведь перед тобой ни в чём не виновата. Покажись ей. Она очень переживает. А переписки эти ваши новомодные живого слова не заменят.