Чтение онлайн

Пока стоял вот так – на тормозах, вроде бы как и отдохнул. Уже немного успокоенный, подумал, что, мол, конечно же, всё станет ясно, когда доберусь до дома. И потом, может же случиться амнезия, тем более в мои годы? Ну, конечно же может! Примеров тому – воз и маленькая тележка. Правда, в отличии от них у меня провал в памяти короткий, если уж на то пошло, всё остальное-то я помню! Всего-то – вчера и… сразу же раз и месяца, эдак, на два вперёд.

Смешно. Нет, ну вполне, ведь, возможно, что что-то и произошло, может даже и не совсем хорошее, но не стоит сейчас из этого делать трагедию. А наоборот, надо просто выйти на трассу… До дома добраться, короче.

И внутренне встряхнувшись, я сделал шаг… Но не тут-то было…

псы

Они выскочили из дальнего гаражного проезда – от меня, метров сто.

Выбегали и чуть ли не тараня забор, с заносом поворачивали в мою сторону. Увидев меня, тут же взвывая и ускоряясь, начинали нестись в моём направлении. Гаражные собаки – стая из девяти псов…

Рано или поздно, но это должно было случиться. Их призывные и поначалу растерянные голоса послышались недавно – я их слышал, но просто отметил про себя и всё – отстранённо, не придав этому значения. Теперь же мне стало понятно, что эти псы искали именно меня и вот нашли…

Я сделал шаг, теперь уже назад и вбок, и прислонившись спиной к стене, стал наблюдать за их гоном. Переключился я на них полностью и как-то сразу, без усилий. Мысли улеглись. Вопросы отодвинулись за границу необходимости ответов. И более того, я поймал себя на том, что я как-то не думаю о своём, достаточно взрослом возрасте, а мои ощущения таковы, что будто бы я только и делал в жизни, что вот так вот стоял и спокойно с, непонятной для себя, отстранённостью, ожидал приближающийся ужас…

Вообще-то собак боялся с детства. Как-то не складывалось у меня с ними особо дружеских отношений. Правда, кусали они меня всего лишь пару раз и то, по моей невнимательности. В основном же – только пытались, но пытались практически при каждой встрече. Отделывался я, почти всегда, только диким испугом – вставал на четвереньки и от ужаса оскаливался на подбегающего пса по собачьи, и рычал. Так что, при приближении в глазах у набегающей собаки читалось скорее удивлении, чем что-либо ещё. Но только не сейчас…

Стая растянулась. Три пса впереди. Слева от меня, ближе к гаражам, как выпущенный из пращи булыжник – движения лап, от быстроты, сливались в один неуловимо изменяющийся контур – молча нёсся питбуль. Отставая на корпус и посередине, на каждом прыжке издавая низкий, утробный рык и расстилаясь в галопе, нёсся овчар. Слева от него и отстав на два корпуса, будто катясь по земле большим лохматым шаром и всё же не поспевая за первыми двумя, бежала дворняга, в комплекции ничуть не уступающая овчару. Остатки стаи метрах в тридцати за ними…

Я стоял и ждал. Ждал всё с тем же спокойствием. Даже больше – у меня и желания-то не возникло поискать что-нибудь под руку! В какой-то миг я даже попытался побудить самого себя к какой-нибудь волнительной эмоции, ну, испугаться что ли, как-то забеспокоиться в конце концов, хотя бы. Нет – был лишь немного удивлён тем, что в стае питбуль и кавказский овчар, а псовой элите, как считал я, совсем не место в гаражных трущобах. Кроме того, я не представлял себе, что с ними делать, когда они начнут меня рвать, а то что к этому всё и идёт, сомнений не вызывало – никогда не знал. Это ж не дворовые какие-нибудь шавки, на которых можно тапком замахнуться. Да. Только убивать. На меньшее они не согласятся…

И подав правое плечо немного вперёд, в их сторону, я встал фронтально, не отходя от стены…

С каждой долей секунды время как будто бы замедлялось, с каждым прыжком оно будто бы вытягивалось. Уже можно было видеть напряжение мышц, колебание шерсти в такт прыжка, вздрагивание приоткрытых пастей, нити срывающихся слюней с нижних челюстей и сам полёт тела в галопе…

Питбуль в прыжке – рычание, мышцы волнами, сам вытягивается, пасть раскрыта – мне в горло. Одномоментно с его прыжком, я отстранился вправо и без размаха – от плеча, левым кулаком, ударил ему в башку – за пастью, чуть сверху вниз. Нижняя челюсть пса резко сместилась к его же левому уху и вниз, с одновременным разворотом башки затылком к лапам и изменением вектора прыжка – вправо от меня и вниз. Питбуль утробно рыкнул и тут же взвизгнул от дошедшей боли. Его тело сбило с лап овчара и вместе с ним пролетело перед мордой дворняги. Овчар зарычал, елозя на боку по земле и дёргая лапами, в попытке вскочить, а питбуль, перелетев через него, глухо ударился о землю и застыл без движения. Дворняга затормозила. Я развернулся вправо. Дворняга поменяла вектор и хотя ей явно не хватало скорости, она всё равно прыгнула, оскаливая клыки и нацеливаясь на мою правую ногу.

В тот же самый миг я, приседая, правой ладонью резко, с ударом схватил её за холку. В эту же секунду вскочил овчар и начал движение в мою сторону. Распрямляясь и сохраняя инерцию полёта дворняги, я поменял вектор этой самой инерции – мордой влево вдоль себя и вверх выше своей головы. В следующее мгновение я резко развернул её вправо и лапами вверх. Дворняга пыталась крутить своей башкой и яростно, с визгом взвыла.

Овчар… Он уже находился в боевой готовности, с намерением напрочь откусить какую-нибудь часть меня, но… Он не успел прыгнуть. В этот самый миг, подхватив второй рукой и с ускорением – спиной вниз, я обрушил ему на хребет дворнягу. Овчар, как от удара паровым молотом, раскинув лапы в стороны, грудью вломился в землю. Утробное рычание, собачий визг и звук ломающихся костей, раздались почти одновременно. Отлетев в разные стороны, дворняга и овчар больше не издали ни звука…

От волчьей стаи, когда она охотится, отбиться почти невозможно. Смерть одного, двух, даже трёх членов стаи, если стая большая, не останавливает их стремления завалить добычу. Но это волки. Псы, они псы и есть – ни что так не осаживает псовую стаю, как визг и предсмертный хрип одного из своих сородичей…

Отставшие затормозили свой бег и остановились метрах в пятнадцати от меня и уже не гавкали. Вздыбив холки, опустив хвосты и тихо рыча, издали тянулись носами к трупам. Всё – дальше они не решились. Лишь один, совсем молодой пёс, выдвинулся ближе ко мне и звонко лаял, ворочая башкой во все стороны и повиливая хвостом.

Взглядом я отыскал главную суку и пристально посмотрел ей в глаза. Встал поудобней. Она же не стала ждать – резко развернувшись и даже не оглядываясь, она затрусила прочь, уводя за собой остатки стаи. Всё. Максимум пара десятков секунд на круг.

Внезапно подкатила тошнота. Состояние как в нокдауне – я еле успел опереться рукой и отстраниться. Пустой желудок тупо попытался вывернуться наружу. Несколько секунд пытки:

– Фух. Твою мать. – вроде бы всё.

Полой рубашки я вытер рот и морщась, сплюнул кисло-горькую гадость. Но поганый привкус всё равно остался. Подчиняясь инстинкту движения, я сделал шаг и… встал как вкопанный.

А что же это было?.. Вообще-то, собака, из сна, в миг отпрыгивает от, наезжающего на неё, колеса, стоит ему лишь чуть коснуться кончиков собачьей шерсти, и остаётся невредимой. А я их… почти влёт. А слабости, пеленающей всё тело, нет. Да и костяшки пальцев левой руки целы, покраснели только. Ни вывихов, ни растяжений. Да и вообще – не болит ничего, хотя должно бы, и не просто, а впору на стену лезть. И как же всё это понимать?..

Но понял я одно, что сейчас хрен его поймёшь, что и как. А поэтому, стоять и думать о чём-то не ясном – только терять время. До дому! И быстрее! А уж там всё встанет на свои места и утрясётся. Поэтому возникшие, было, вопросы загнал куда поглубже и уже с третьего шага, я перешёл на лёгкий бег.

Бежал, ориентируясь по охранной вышке – её я заметил ещё раньше, до столкновения, и сейчас не выпускал её из виду. Собак не было. И не было ни одного открытого бокса, хотя подъезды к воротам выглядели заезженными. И с каждым преодолённым метром, я прибавлял себе уверенности в том, что иду я верно и в скором времени достигну не только выхода, но и ясности во всём со мной происходящем…

синеглазка

Их я увидел за очередным поворотом, метрах в тридцати впереди, у открытого настежь, гаражного бокса.