Изгой. Пенталогия
Шрифт:
Заставив себя открыть глаза, я увидел нависшее над собой еле различимое в свете факела лицо здоровяка и слабо улыбнулся:
– Так легко вы от меня не отделаетесь. – Вспомнив недавние события, я задал самый главный для себя вопрос: – Ну что? Получилось?
– Все уже закончилось, господин. Мы под Подковой, – поспешно успокоил меня здоровяк.
– Слава Создателю… – простонал я и попытался приподняться. – Что с людьми?
Заметив, как я попытался пошевелиться, здоровяк решительно уложил меня обратно.
– Нельзя вам вставать, господин. Когда со второго водопада падали, вас знатно о камень приложило. Бок и бедро ажно синие стали. Не иначе нога сломана.
Услышав эти новости, я лишь обреченно застонал и откинулся на спину. Странно, боли в ноге и боку я не ощущал. Болело лишь плечо, пронзенное ледяной тварью. Хорошо это или плохо, я не знал, и лишь повторил мучивший меня вопрос:
– Рикар, что с людьми и гномами? Погибшие есть?
– Есть, господин, – мрачно ответил здоровяк, втыкая чадивший факел в землю. – Но, милостью Создателя, обошлось малой кровью.
– Сколько? – спросил я – И… и кто?
– Да я и сам толком не знаю, господин, – помотал головой Рикар. – Двоих утопших гномов видел, Тифий шею сломал. Литас в порядке – по берегу бегает, всех уцелевших в кучу собирает, Койн ему помогает. Детишки вроде на месте – ими сейчас гномы занимаются. Стефий жив, но без сознания – на голове шишка вздулась, но дышит ровно. Говорю же, господин, – малой кровью обошлось. Почитай, с двух водопадов ухнули, да еще под землей гдето две лиги отмахали.
Переварив услышанное, я решительно буркнул:
– Подними меня.
– Господин!
– Рикар, помоги мне встать! – рявкнул я. – Сколько я был без сознания?
– Да что же вы никак не угомонитесь, – заворчал здоровяк и легко вздел меня на ноги. – На здоровую ногу опирайтесь.
– Сколько я был без сознания? – переспросил я, перенося вес на здоровую ногу и с тревогой смотря на разорванные вдоль бедра штаны.
– Полчаса от силы, – ответил здоровяк, обхватив меня за плечи.
Оперевшись на здоровяка, первым делом я огляделся по сторонам. Темноту огромной пещеры разрывал свет десятка факелов, освещая берег подземного озера и часть темной воды. Один за другим зажигались костры, добавляя света и самое главное – тепла. Меня сотрясала дрожь, промокшая насквозь и задубевшая одежда не защищала от царившего в пещере холода. Рикар выглядел не лучше – мертвеннобледное лицо с посиневшими губами больше подходило мертвяку, чем живому человеку.
Около пылающих костров скорчились фигурки детей и женщин. Над берегом озера висели гомон перекликающихся голосов и стоны раненых. Наскоро пересчитав людей и гномов, я убедился, что по крайней мере большая часть отряда пережила проход через водопады и смогла выбраться на берег.
Люди и гномы окликали друг друга, бродили по колено в стылой воде, высматривая выживших и вытаскивая на берег остатки груза и обломки плотов. К моему удивлению, я увидел двух уцелевших лошадей и одного мула, остальные животные не перенесли двойного падения и нахождения в ледяной воде. В отличие от нас, лошади весь путь проделали по горло в воде, и это настоящее чудо, что часть животных уцелела и самостоятельно выбралась на берег.
Оценив увиденное, я кивнул здоровяку, и мы поковыляли к ближайшему костру. Рикар осторожно опустил меня на землю, и я почувствовал волну тепла исходившую от пламени. Неописуемое блаженство. Вытянув к костру дрожащие руки, я повернул голову к ожидавшему указаний здоровяку и распорядился:
– Рикар, костров слишком много – не думаю, что поблизости растет густой лес, где мы сможем пополнить запасы сушняка. Соберите все, что может гореть, в одну кучу – обломки телег, бочки, принесенный водопадом плавник. Лишние костры потушите. Кто знает, когда мы доберемся до поверхности. Главное, не остаться без тепла. Проверьте, что стало с содержимым мешков и сумок. И самое главное – я хочу знать, скольких из отряда мы потеряли.
– Понял, господин, – кивнул здоровяк и, легко поднявшись на ноги, исчез в темноте.
– И позови ко мне Койна, – крикнул я ему вслед.
Вместе с теплом пришла сонливость, и, с трудом борясь с ней, я постарался разложить в голове все по полочкам. От погони мы ушли, при падении с водопадов, как выразился Рикар, обошлись малой кровью. Неплохо. Теперь надо придумать, как попасть в форт – вниз мы спустились через два водопада, а чтобы оказаться наверху, надо подняться по двум отвесным стенам.
Еще одной хорошей новостью было то, что я успел проверить больную ногу при ходьбе, и она выдержала мой вес – значит, кость цела. В голове всплыло последнее воспоминание – перед самым полетом с последнего водопада плот с грохотом налетел на стену подземного русла, на которую меня и кинуло всем телом. Теперь понятно, отчего у меня ноет в боку и распухло бедро. Ничего. Переживем и эту неприятность – за прошедшее время я уже свыкся со своим невезением. Постоянные раны, ушибы и болезни стали неотъемлемой частью моей жизни. Если так и дальше пойдет, то вскоре на мне живого места не останется.
Зычный голос здоровяка послышался со стороны озера, и вскоре бестолковая беготня стала целеустремленней. Лишние костры тухли один за другим, панически кричащие голоса утихли. Все спешно освобождались от мокрой одежды и бросали ее на камни поближе к огню. Детей торопливо растирали пучками сухих водорослей, раненых и ушибленных располагали у костров. Теперь я видел – наведен порядок, люди и гномы медленно, но верно приходили в себя после перенесенного шока.
Удовлетворенно понаблюдав за деловитой суетой, я убедился, что моего вмешательства не требуется, и облегченно опустился на спину, уставившись на нависший надо мной сталактит. Вернувшаяся сонливость накрыла меня мягким одеялом, и, не сумев дать ей отпор, я смежил веки и погрузился в тяжелый сон. К счастью, на этот раз без сновидений… Койна я так и не дождался.
* * *
Как я узнал гораздо позже, все без исключения последовали моему примеру и погрузились в глубокий сон. Рикар оставил лишь одного часового перед водопадом на случай, если какойнибудь безумный шурд рискнет последовать за нами, и для поддержания огня.
Открыв воспаленные глаза, я долго смотрел на нависающий надо мной каменный свод с недоумением и все никак не мог сообразить, где я нахожусь. Все сомнения развеял Литас, заметивший мое пробуждение и поспешивший ко мне.
– Как вы, господин?
– Неплохо, – еле выговорил я непослушными губами и, с трудом преодолевая боль в занемевших мышцах, поднялся на ноги. – Рассказывай.
Загребая ногами мелкие камни и песок, я подошел поближе к костру и приготовился выслушивать неприятные новости – ничего другого я не ожидал. Боль в ране перешла в мерно пульсирующую. Зато голова больше не кружилась, чувство тошноты бесследно исчезло.
Зачерпнув из мерно булькающего котелка две кружки бульона и протянув одну мне, Литас начал доклад: