Чтение онлайн

Подключив «Обнаружение жизни» и «Эмоциональный окрас», я увидел два красных пятна окрашенные жаждой убийства и азартом охотника. И яснее не стало. Это могли быть как хищные твари, вылетевшие в поисках чего бы сожрать, так и пилоты-наёмники, получившие контракт на убийство.

Гадать я не стал. Дар Интуита подсказывал, что скоро нас атакуют.

— Капитан! — крикнул я во весь голос. — Два неизвестных объекта рядом с судном. Готовятся нападать.

— Почему посторонние на мостике?! — рявкнул он обернувшись.

Да ёкарный бабай, я считал его поумнее.

— Кэп, давай все вопросы потом. Объявляй боевую тревогу!

И чтобы убить на корню все ненужные разговоры, придавил «Убеждением».

Помогло.

— Боевая тревога! Всем стоять по местам! Орудийная палуба доложить обстановку! — громыхнул капитан.

— Штатно, вашбродь… — откликнулась в динамике орудийная палуба, потом послышался сдавленный матерок и новый доклад. — Наблюдаю движение. Объект опознать не могу. Ох ты ж, ежа мне в штаны, да их тута двое! Идут на сближение.

— Открыть предупредительный огонь. Не отвернут, стреляйте на поражение.

— Эт мы со всем удовольствием, вашбродь… А ну-ка, иди сюда, голуба.

Похоже, не отвернули.

«Направление максимальной угрозы» толкнуло в висок, в шею, в плечо и ниже до левого тазобедренного. К чему? Я не стал выяснять. Схватил Катрин за шиворот, вышиб дверь в рубку ногой и вместе с девушкой вывалился в коридор.

Через секунду на мостике разверзнулся огненный ад.

Пулемётная очередь прошила панорамные окна.

Звон стекла, треск ломаемых переборок, крики раненых. Через секунду всё это утонуло в разрывах артефакторных зарядов.

«Ёкарный бабай, всё-таки истребитель», — подумал я, толкнул рыжую на пол и упал сам, подминая девушку под себя.

Она возмущённо пискнула, дёрнулась. Я придержал. Нас накрыло волной осколков, обломков и щепок.

— Что это было, Мишель? — сдавленно просипела Катрин.

Я не ответил — работал с Дарами.

«Чувство опасности» и «Направление максимальной угрозы» действовали сами собой, но «Панорама», «Обнаружение жизни» и «Эмоциональный окрас» требовали концентрации. Возможности «Визора» по-прежнему ограничивала плотная облачность, но остальные способности дали понять общую ситуацию.

Первый пилот (их я видел, как две красных точки) отстрелялся по мостику, нырнул вниз и пошёл на разворот для второго захода. Его напарник атаковал с кормы. И, похоже, удачно. Громыхнуло, дирижабль вздрогнул всей тушей, облака завихрились от удара взрывной волны. Свинцово-серая муть окрасилась в багровый, оранжевый, чёрный. И, судя по всему, мы только что лишились хвоста. Скорее всего, целиком.

Дары показали, что на мостике остались живые.

Как они уцелели в той мясорубке, объяснялось лишь чудом, но факт оставался фактом. «Обнаружением жизни» я видел три зелёные точки в ауре злости и боли.

— Помощь нужна? — крикнул я, приподняв голову.

— Справимся. Не высовывайтесь, — прилетело в ответ.

Голос я узнал — он принадлежал капитан-лейтенанту. А высовываться и без напоминаний не собирался. Ничего ещё не закончилось.

Тот, кто атаковал первым, завершил манёвр, нацелился на пассажирский отсек и уже открыл огонь, когда его подловили наши стрелки. В азарте атаки пилот взял слишком низко и попал под перекрёстный огонь метателей боевых полусфер. Три потока свинца сошлись в одной точке, сработали наконечники из артефактных «тюльпанов», и бочкообразный силуэт самолёта растворился в грозди огненных вспышек. Не осталось даже обломков, чтобы его потом опознать.

Второй сделал правильный вывод. Забрал резко вверх, уходя в мёртвую зону, заложил пологий вираж и расстрелял остаток БК в оболочку. Пули прошли навылет, что спасло от дополнительных разрушений внутри дирижабля. Но обшивка покрылась рваными дырами, через которые начал уходить летучий агент. Истребитель нырнул в облака и пропал. Сначала из вида, потом из поля действия «Обнаружения жизни» и «Панорамы». А дирижабль, оставшийся без управления, понесло западным ветром в Дикие Земли.

«Чувство опасности» немного ослабло, я встал и помог подняться Катрин.

— Цела? — спросил я, обшарив девушку взглядом, дождался неуверенного кивка и подтолкнул её вперёд по коридору. — Тогда пошли искать наших.

Дарами я видел лишь россыпь зелёных точек по всему дирижаблю, но кто из них, кто, понятия не имел. И что совсем плохо, суб-способность «Инсайта» показывала, что там были раненые. Немного — человек пять — но хотелось надеяться, что Димыч и девочки в их число не попали.

В пассажирском отсеке уже суетились стюарды — гасили панику, выявляли ущерб и готовились к эвакуации. Встрёпанный, полуодетый Менделеев долбил кулаком в дверь моей каюты. В наши с Катрин планы я его не посвящал, поэтому он не знал, что внутри меня нет.

— Мишель, Мише-е-ель! Да открывай ты уже!

— Может, спит? Попробуй ногой, — посоветовал я, когда мы с фиолетовой-рыжей подошли ближе.

— Слава богу, я уж себе напридумывал всякого, — выдохнул он с облегчением, покосился на мою спутницу и принялся заправлять рубашку в штаны: — Приношу извинения за свой внешний вид.

Щёлкнул замок, в коридор выглянула Мари и, увидев сестру, бросилась к ней.

— Живая? — прозвучали в унисон два девичьих голоса.

— Живая.

Они с минуту друг друга ощупывали, крутили, осматривали на предмет повреждений, после чего уставились на меня. Вместе с Дмитрием. И в глазах у каждого читался извечный вопрос: кто виноват и что делать? Странно, почему они решили, что я знаю ответ?

Хотя паранойя подсказывала, кто именно послужил причиной и целью дерзкого нападения. Несвицкий вполне мог такое организовать. Но, с другой стороны, я же не пуп земли. Покушаться могли на того же чиновника. Или на коммерса. Да и генерала нельзя сбрасывать со счетов. Мало ли у кого какие скелеты в шкафу. Это к вопросу «кто виноват».

Насчёт же «что делать», ответ однозначный. Валить с этой дырявой лохани и как можно скорей. Дирижабль терял высоту с каждой минутой.

— Эвакуируемся, — распорядился я, принимая командование на себя. — Пять минут на сборы, встречаемся здесь.

— Анна… — охнула Катрин, дёрнувшись к каюте кузины.

— Идите, я разберусь, — остановил девушку я и пошёл узнавать, как там Снежная Королева.

Действительно, нехорошо получилось, за суетой про княжну и забыли.

На стук никто не откликнулся, хотя Дары показывали, что внутри есть кто-то живой и на диво спокойный. Я уже подумывал вышибить дверь, когда щёлкнул замок и в приоткрывшуюся щель просунулось заспанное личико Анны. Похоже, нападение она проспала, банальнейшим образом.