Чтение онлайн

— Сюда, положите его на диван, — сказала я, указывая на приземистый диванчик в холле. Быстро спустилась по лестнице вниз, оставив надкусанную плюшку на столике неподалеку.

Молодой человек осторожно уложил пострадавшего, стараясь не причинить ему лишней боли. Джеральд (если я правильно запомнила его имя) тяжело дышал, его лицо побледнело ещё больше.

Я опустилась рядом, схватила его запястье, проверяя пульс. Слишком частый, нерегулярный. Сердце. Это точно сердце. Да и внутреннее чутье, основанное на моем пусть и небольшом, но всё-таки даре, говорило о том же…

— Ждите здесь, я скоро вернусь, — произнесла я и бросилась наверх.

В своей комнате я выхватила мешочек с лекарственным порошком из своей сумки. Это было одно из моих старых заготовок — привычка, оставшаяся еще с монастыря. Кто бы мог подумать, что она окажется настолько полезной?

Вернувшись вниз, я велела принести тёплой воды. На кухне кто-то возмущённо фыркнул, но я бросила на них такой взгляд, что никто не осмелился спорить. Порошок быстро растворился, и я поднесла кружку к губам Джеральда.

— Пейте, это поможет, — сказала я, поддерживая голову больного.

Он с трудом, но всё же сделал несколько глотков. Минуты тянулись мучительно долго, но я заметила, как его дыхание начинает выравниваться. Щёки слегка порозовели, а напряжение на лице начало уходить.

— Спасибо… — прошептал он, слабо улыбаясь. — Мне лучше.

Я выпрямилась, с облегчением вздохнув.

— Ему нужно отдохнуть, — сказала я молодому человеку. — Позже нужно будет проверить пульс.

Я повернулась к нему, чтобы объяснить, как это делать, но вдруг замерла. Его взгляд, полный восхищения и даже трепета, буквально приковал меня к месту.

— Кто вы? — тихо спросил он, и его голос, хриплый, но мягкий, удивительным образом меня согрел. — Я никогда не видел никого прекраснее вас, дорогая леди! Вы лекарь?

Это слова ошеломили меня. Я покраснела, чувствуя, как сердце пропускает удар. Никогда раньше мне не говорили ничего подобного, тем более с такой искренностью.

Я начала рассматривать его внимательнее. Светлые волосы, длинные и чуть взъерошенные, лежали на плечах. Тонкие черты лица, скулы, будто выточенные из мрамора поражали своей гармоничностью и блистательной правильтностью. Его глаза — глубокие, чистые, как озера, казалось, отражали небо. Густые ресницы, немного женственные из-за своей длины, ничуть не умаляли мужественности молодого человека, а губы, чуть обветренные от холода, казались удивительно мягкими.

Он был удивительно красив, но совсем не так, как Себастьян. Его привлекательность была мягкой и светлой, будто сотканной из солнечного дня, а муж казался воплощением инкуба — броского, но смертельно опасного существа…

И этот блондин смотрел на меня так, будто я — чудо, которого он не ожидал увидеть.

Справившись со своим смущение, я хотела что-то ответить, но в этот момент раздался знакомый раздражённый голос:

— Что здесь происходит?

Я вздрогнула, обернувшись. У лестницы стоял отец. Его суровое, неприветливое лицо отражало смесь раздражения и подозрительности…

— Что здесь происходит? — раздражённый голос отца раздался из-за спины.

Я вздрогнула и резко обернулась. Лансер стоял у лестницы, его суровое лицо отражало смесь недовольства и подозрительности.

Молодой человек повернулся к отцу, вежливо кивнул, но по его взгляду было видно, что тон барона его озадачил.

— Простите за вторжение, — начал он, голос оставался спокойным, но напряжение читалось в каждом слове. — Мы ехали мимо, и моему спутнику стало плохо. Мы решили обратиться за помощью в ближайшем доме.

— Поместье — это не место для случайных прохожих, — перебил Лансер нетерпеливо.

Я замерла, наблюдая за этой дикой сценой. Гнев поднимался во мне, сжимая грудь. Как можно быть настолько бессердечным? Как подобный черствый сухарь может быть моим отцом???

Молодой человек выдержал паузу, затем продолжил:

— Мы не хотели вас тревожить. Это был вопрос жизни и смерти.

Отец усмехнулся, его губы растянулись в хищной улыбке.

— Жизнь и смерть? Я вижу, что ваш спутник уже в порядке, — он указал на Джеральда, который сидел на диване, тяжело дыша, но уже выглядел лучше. — В следующий раз ищите деревенскую корчму. Мой дом — не место для приема всякого сброда…

Слова отца прозвучали настолько холодно и оскорбительно, что я почувствовала, как начинает пылать моё лицо. Мой взгляд скользнул к молодому человеку. В его чертах сквозило полнейшее замешательство.

И стало невыносимо противно. Противно от мысли, что блондин свяжет меня в одно целое с этим бессердечным стариком, которого и отцом называть язык не поворачивается.

Я должна уйти. Немедленно!!!

Сделала шаг назад, незаметно для окружающих. Их внимание было сосредоточено друг на друге, и это дало мне возможность отступить.

Мне не место здесь. Я не могу больше быть частью этого дома, этой семьи. Даже если это будет означать отказ от остальной части приданого. Я уйду сейчас же.

Дверь комнаты мягко закрылась за мной. Внутри меня всё кипело от ярости, обиды и… стыда. Я подошла к столу, на котором лежал ненавистный мешочек с монетами. Мать вручила мне его ночью, словно бросила кость собаке, и теперь я смотрела на него с отвращением.

Я подняла мешочек, услышав, как монеты внутри него звякнули.

Что ж, остальную часть приданого они могут оставить себе. Меня тошнит от них и от этого дома…

Резким движением я открыла шкаф, вынула свои вещи и надела плащ. Завязав шнурки на сапогах, проверила, чтобы ничего не забыть.

Пока одевалась, думала о словах отца. О его тоне. О его взгляде, полном презрения, которым он смерил этих людей.

Гнилую натуру не переделать. Никогда…

С этой мыслью я вышла из комнаты, тихо закрыв за собой дверь. Коридоры дома были тихими, слуги ещё не начали свои утренние хлопоты.

Моё сердце замерло, когда я спустилась вниз и посмотрела в холл из-за угла. Оттуда всё ещё доносился приглушённый голос отца. Тяжело выдохнув, повернула ко входной двери и выскользнула наружу, стараясь двигаться бесшумно…

Свежий морозный воздух обжёг лицо, но я тут же вздохнула с облегчением. За мной остался дом, где я провела эту бессонную ночь. Дом, который никогда не был моим.

Ворота закрылись за мной с лязгом, а я поспешила прочь, чувствуя, как каждый шаг наполняет душу лёгкостью. Я шла по заснеженной улице, стараясь не оглядываться.