Чтение онлайн

Глаза девушки снова наполнились слезами, но на этот раз это были слёзы благодарности.

— Спасибо, госпожа… я… я даже не знаю, как вас отблагодарить…

Я улыбнулась и кивнула на сундучок, который она так крепко прижимала к себе.

— Что это у тебя?

Агата медленно опустилась на койку, поставила сундук на колени и открыла его. Внутри лежала странная конструкция, ничего подобного я никогда раньше не видела. Она напоминала фигурный кусок железа с металлическими деталями непонятного назначения, крошечным колесом и ручкой, видимо, для вращения.

— Это швейная машинка, — с гордостью сказала крестьянка, поглаживая её. — Мой братишка сделал. Он горбун, но мастер на все руки.

Я не могла отвести глаз от устройства. Значит, швы, которые я видела на платьях Агаты, были созданы при помощи этого???

— Она умеет шить быстрее, чем я, — продолжила Агата, улыбаясь. — Это моя надежда… была…

— И будет, — прервала я её, твёрдо. В голове уже начали выстраиваться планы, один лучше другого.

Передо мной открывались невероятные перспективы, и, глядя на Агату, я поняла, что вместе мы сможем добиться многого…

Неделя прошла в напряжённой суете. Каждый день, пока лекари пытались понять, чем именно вызван недуг Себастьяна, я незаметно покидала поместье и отправлялась в нашу съемную мастерскую (кстати, любовница укатила буквально в первый же день. Ее, как мешок, вынесли из поместья на носилках).

Сначала всё казалось несколько хаотичным: обветшалая комнатка, непривычные фасоны, оборки, ткани, которым предстояло превратиться в элегантные платья.

Швеи работали с таким усердием, что я восхитилась их терпением и умением. А Агата по общему признанию стала настоящей находкой. Её швейная машинка оказалась настоящим спасением. Каждый раз, наблюдая, как она умело управляется с этим странным, но чудесным устройством, я чувствовала себя свидетелем чуда. Машина гудела, пробивая ткань ровными, безупречными стежками. «Мой братик — мастер на все руки!» — не уставала повторять Агата с гордостью, и я согласно кивала, затаив дыхание.

Две швеи — Самара и Лайла, а также Агата шили по платью в день, что казалось невероятным темпом для столь сложных нарядов. Они воплощали мой эскиз в жизнь, добавляя детали с такой тщательностью, будто это был шедевр искусства. Я не раз ловила себя на мысли, что боюсь. А вдруг наши платья не понравятся покупателям? А вдруг деньги окажутся потрачены зря?

Но на седьмой день я всё же решилась. Взяла с собой несколько готовых платьев и отправилась на рынок. Утро было прохладным, в воздухе витали ароматы свежего хлеба, горячей выпечки и специй. Толпы горожан бродили меж торговых рядов, громко обсуждая цены и торгуясь.

Моё сердце бешено стучало, пока я выбирала место для прилавка. Один из булочников, по слухам, приболел, и его угол освободился. Сначала на меня косились с подозрением, но я заверила соседей, что здесь только на один день. Устроившись, разложила наши платья и замерла в ожидании.

Два часа. Два бесконечных часа я стояла у прилавка, глядя на поток прохожих, которые даже не замедляли шага, проходя мимо. Моё терпение начинало истончаться. Люди мелькали передо мной, словно тени, и никто, абсолютно никто, даже не удосужился присмотреться к моему товару.

Я заметила ехидные улыбки на лицах других торговцев, которые, очевидно, успели обсудить меня между собой. Один из них, пожилой мужчина с толстыми пальцами, что-то прошептал соседке — женщине с огромным подносом пирогов, — и та захихикала. Я почувствовала, как по телу прокатилась волна раздражения. Да уж, человеческой испорченности нет предела!

Вдруг взгляд остановился на группе женщин, появившейся вдали. Они явно выделялись среди прочих. Впереди шла очевидная аристократка. Она не блистала роскошью, но выглядела достаточно изысканно, чтобы привлечь внимание. На её лице читалась уверенность, а в осанке просматривалась лёгкая надменность. За ней следовали три служанки, сгибаясь под тяжестью корзин, наполненных покупками. Их шаги были размеренными и плавными, словно подобное уверенное шествие не раз репетировалось перед выходом в город.

— Вот так гостья, — прошептал кто-то позади, и я заметила, как другие торговцы начали наблюдать за женщиной с неприкрытым любопытством. Очевидно, такие покупательницы здесь бывали редко.

Я поникла. Если уж обычные, простые люди не интересуются моими платьями, то такая особа тем более не остановится у моего скромного прилавка. Внутренний голос ехидно прошептал: «На что ты вообще рассчитываешь?»

Однако, к моему удивлению, женщина замедлила шаг, а затем остановилась прямо передо мной. Она впилась взглядом в платья, лежащие на прилавке, и начала разглядывать их с некоторым удивлением.

На вид ей было около сорока. Симпатичная, с мягкими чертами лица, чуть полноватая, но весьма уверенная в себе.

— Что это? — спросила она, глядя на меня.

Её взгляд был прямым, почти пронзительным.

— Платья, — произнесла я смущенно, ведь ответ на вопрос был слишком очевиден.

— Откуда?

Я растерялась. Что за странные вопросы?

— Подруги сшили по моему эскизу, — ответила я, решив не открывать правды.

Женщина хмыкнула, её губы изогнулись в лёгкой усмешке. Она махнула рукой, и одна из служанок развернула платье.

— Посмотрим, — пробормотала она, доставая из ридикюля небольшие круглые очки.

Надев их, она начала внимательно рассматривать швы и отделку, слегка покачивая головой. Пальцы перебирали ткань, будто оценивая её качество. Я стояла, затаив дыхание, пока она наконец аристократка не цокнула языком.

— Сколько?

У меня перехватило дыхание. Слова застряли в горле. Неужели она и правда собирается что-то купить? Я назвала цену — ту, которую посоветовали швеи. Не слишком высокую, но и не низкую, чтобы не обесценивать их труд.

Женщина задумалась, посмотрела на остальные платья, аккуратно касаясь каждого. Наконец, она произнесла:

— Скинь мне по десять медных монет с каждого, и я куплю их все.

Я едва не уронила подбородок.

— Все? — переспросила я, боясь поверить в реальность происходящего.

— Да, все, — спокойно ответила она, убирая очки. На её лице мелькнула довольная улыбка. — Моим служанкам не помешает обнова.

— Конечно, — торопливо согласилась я, всё ещё не веря своим ушам.

Служанки начали укладывать платья в корзины, а женщина протянула мне увесистый мешочек с монетами. Я проверила сумму за несколько секунд, считала я быстро и бегло. Руки подрагивали от волнения. В мешочке было в три раза больше, чем мы потратили на материалы.