Чтение онлайн

Он знал и другое, последние два месяца, по рассказам ребят, Тонька ни разу не была в «блиндаже». От нее отвыкли и начали забывать. Правда, крутилась возле части совсем молоденькая девчоночка, которая по своим замашкам вполне могла стать достойной заменой Голодухе. Но она была еще неопытна да и трусовата — больше двух клиентов за раз она опасалась принимать, причем и тем приходилось вылезать наружу, за заборчик. Девчоночка всегда чего-нибудь требовала взамен: есть деньги — хорошо, нету — давай чего-то другое, хотя бы самую мелочь, портянки новые, рубаху нижнюю, пригоршню патронов от АКМа. За пару сапог ею можно было пользоваться неделю. Короче, двигали этой девчоночкой совсем иные помыслы, не похожа она была на Голодуху, совсем не похожа. А потому и кличку ей дали простую и соответствующую — Дыра. Кто-то якобы видал Тоньку разок вместе с Дырой, может, врал, может, нет.

Леха подождал, пока Мехмет прочухается. И ухватил его за горло правой рукой, начал сдавливать. Мехмет был толковым малым, он понял, что можно запросто попасть в райские сады к гуриям. Но ему хотелось еще немножко пососать бражки из баночки тут, в подвальчике. И он бешено завращал глазищами, давая понять, что расколется.

— Не скажешь, тут и схороню! — заверил его Леха.

Мехмет долго приходил в себя, набирал воздуха в грудь, дрожал. А потом пробурчал злобно:

— Сапсэм ишак! Дурья башка! Вон там сматры, мэшок двыгай!

Леха сдвинул мешочную занавесь и увидал в стене дверь. Дернул на себя ручку.

За дверью оказалась клетушка, два на три метра, с нарами и столиком. В клетушке было темно. Но Леха увидал сидящую на нарах Дыру. Та, поджав под себя ножки, привалившись спиной к бетонной голой стене, штопала лифчик. И вид при этом у Дыры был невероятно серьезный, задумчивый.

— Чего надо? — спросила сна, не испугавшись Лехи.

Тот не сразу нашелся.

— Меньше рубля не беру! — твердо сказала Дыра и насупилась. Потом тут же, словно спохватившись, добавила: И для этого болвана чего-н ибудь!

— Какого? — не понял Леха.

Дыра рассмеялась и выпростала из-под себя ножки.

Они оказались худенькими, как у подростка, и голенастыми. Лицо у Дыры отражало все, что происходило в глубинах ее совсем простенькой и немудреной души.

— А ты думал, меня этот деятель за бесплатно в аренду сдает, так. что ль? — И рассмеялась еще заливистее. — Он где там, дрыхнет, что ль?

— Считай, что его нету! — успокоил Леха.

Дыра с сомнением покачала головой. И светленькие подвитые кудельки ее затряслись.

— Он всегда там! — сказала она. — А кто ж еще тебя мог впустить, а?

— Где Тонька? — спросил Леха.

— Да на хрен тебе дурища эта, чокнутая! — удивилась Дыра. — Погляди-ка на меня, лучше не найдешь! — Она задрала юбочку повыше, вытащила груди из-за пол рубашечки, явно мужской, подаренной кем-то. Вообще-то она была достаточно соблазнительной девочкой.

Только Лехе сейчас не до нее было.

Он уже разинул рот, чтобы повторить вопрос. Но увидал, что лицо у Дыры стало вдруг вытянутым.

— 0-ой!!! — закричала Дыра. — Тычего-о?!

Леха обернулся вовремя. Он резко прижался к косяку, убрал ногу, втянул живот. Лопата просвистела в трех миллиметрах от его лица и вонзилась в деревянный пол. Мехмет подкрался бесшумно, тайком. Но он просчитался.

Леха не стал ждать, пока истопник во второй раз поднимет лопату. Он так врезал ему ногой в пах, что тот заорал, скрючился и кубарем покатился назад, на середину кочегарки. И затих. Видно, от боли сознание потерял.

Леха попробовал рукой мысок сапога, не попортил ли казенную обувку. Да нет, все было нормально, немного почистить — и хоть на плац выходи!

— Видал?! — спросила у него Дыра. — Вон он какой!

Этот гад меня посадил сюда и продает каждому! Вот ведь сволочь! Почти все себе забирает! А я скоро опухну тут без света, без жратвы! Кормит объедками какими-то, ругается, бьет, по четыре раза на день топчет! Да так, что потом все потроха болят!

— Ну-у, теперь он немного поутихнет по женской части, — успокоил Леха. — Где Голодуха?

— Чего ты ко мне привязался?! Залезай лучше, поговорим, побесе-еду-ем, — кокетливо предложила Дыра и повела плечиками. — Такому красавчику и толстячку я и за так удружу! — Она выглянула из-за Лехиного плеча, убедилась, что Мехмет в отключке и добавила: — Да за одно за это, что поучил хмыря поганого, я тебя все три удовольствия гарантирую.

Лехе не нужны были "три удовольствия", ему надо было разузнать про Тоньку, и все! Он схватил Дыру за руку, сдернул с нар. Но та оказалась хитрой, и вместо того, чтобы слететь на пол, встать, она оттолкнулась легонько ногами, усилила Лехин рывок и прямиком упала ему на шею, вцепилась" повисла.

— Я тебе покажу, потом!

— Что?

— Где твоя дурочка обретается, вот что! — разъяснила Дыра.

— Пошли!

— Нетушки!

Она тяжело дышала ему в лицо, похохатывала, терлась.

И Леха не устоял. Он лишь вздохнул прерывисто и тяжело. Но большего для него и не требовалось. Дыра захлопнула дверь. Потянула Леху на себя. Они даже не раздевались. Под юбочкой у нее ничего не было, гостей Дыра встречала во всеоружии.

На все про все хватило двух минут. Леха вымотался, но удовольствия почти не получил. Не в настроении он был. А для Лехи — настроение главное! И она заметила, надулась, шлепнула его ручкой по губам. Леха отдернул голову.

— Пошли!

Теперь Дыре отступать было некуда.

— Меня потом этот хмырь пришибет совсем! — пожаловалась она на судьбу грядущую. — Да-а, так и говорил — зарэжу! И все! Он сам ненормальный, Тоньке пара!

— Не зарежет! — заверил Леха.

Он подождал, пока она немного приберется, подтянется. А потом открыл дверь…

Руку с ножом он успел отбить в самый последний момент. Нож вонзился в древесину, задрожал. А Мехмет уже вцепился другой рукой в Лехино горло, вытащил его из каморки, повалил. Они сцепились, упали и покатились по полу, пачкаясь в угольной пыли. На этот раз верх брал Мехмет. Внезапность нападения сыграла ему на руку.

Леха отбивался отчаянно. Но Мехмет подмял его под себя, навалился, принялся душить обеими руками. И когда свет в Лехиных глазах уже померк, случилось неожиданное — Мехмет вдруг сам отвалился, покачался немного и упал набок с выпученными, закатывающимися глазами.

Над ним стояла с лопатой Дыра.

— Чего я наделала-а! — протянула она дурашливо, еще не веря в свершившееся.

Леха поднялся. Потрогал Мехмета. Тот был жив, просто валялся без чувств. Он ощупал затылок — никакой дырки или раны в нем не было, видно, удар плашмя пришелся.