Чтение онлайн

— Ага. Обычно люди новые хобби заводят, на рыбалку там ездят, а ты решил новую женщину попробовать.

— Она мне чем-то напомнила тебя в молодости. Такая же худенькая, скромная, из бедной семьи. Я сначала просто оберегал её, дарил вещи, а потом в голове поселилась идея с ней переспать. Это было то раза три, не больше.

— Поздравляю, бык-осеменитель. Один из трех раз был фееричным.

— Что ты имеешь в виду?

Сережа побледнел. Это было и карикатурно, и нелепо.

— Беременна твоя Лида. Приходила сегодня.

— Боже…

— Натворил ты дел, Сережа. Я тебя, наверное, могу попробовать понять. И даже оправдать могу попытаться. Но простить тебя — ну никак. Поверь, я многое бы стерпела. Но это — выше моих сил.

— Что я могу сделать, чтобы вернуть тебя?

— Ты меня не слышишь? Ничего уже не сделаешь. Я тебя как мужчину — своего любимого, родного — не воспринимаю. У меня от твоего голоса раньше колени дрожали, ради твоих рук я готова была на всё. Ни слова плохого о тебе не сказала никому, за всю жизнь. А сейчас смотрю на тебя, и блевать хочется. У тебя на лбу клеймо «предатель». Я об одном тебя прошу — будь достойным папой нашим детям и не пытайся мне портить жизнь.

Все это время я смотрела вдаль, голос мой немного дрожал. Обернулась на него и с ужасом осознала, что я второй раз в жизни вижу у него слезы. В первый раз — на похоронах его отца.

— Я понял тебя, Марина. Но позволь мне сделать хотя бы попытку заново завоевать тебя.

— Сереж… Не надо. Ни себя не мучай, ни меня. Я хочу измениться. Стать лучшей версией себя. И ты изменись, разберись с Лидой и ее беременностью и найди себе достойную женщину. Я знаю, что ты мужчина в целом то нормальный. Но я, понимаешь, принципиальная. Можешь относиться ко мне как хочешь, но прощать тебя я не буду. Хоть и люблю, до сих пор. Мне нужно это переболеть. Тебя переболеть и выкинуть из головы. Понять, что я личность, что я чего-то стою.

Сережа вытер слезы и обнял меня. Не как мужчина обнимает любимую женщину, а как друг обнимает друга, ища утешение. Я в ответ похлопала его по спине и остранилась.

— Всё у нас еще будет, Сережа. Но не друг с другом. Пойдем, поедим с девочками. Нужно еще решить вопрос с жильем. С тобой жить я не смогу.

— Можно мне, пока не сниму квартиру, пожить в гостевой комнате? Мать я не выдержу. Еще один ее разговор про алименты и я придушу ее своими руками. Не знаю, нахрена я вообще к ней поехал.

— Пожить можно. А зачем ты рассказал ей? Она звонила мне и девочкам.

— Я не рассказывал. Ее Лида в одноклассниках нашла и написала всё, когда я на связь не выходил.

— А эта Лида инициативная мадам. Действительно, похожа на меня в молодости.

Мы оба улыбнулись — с горечью, но легко.

С девочками поели, обсуждали день. Дина, конечно, недовольно посматривала в сторону папы — что поделать, подростковый максимализм и любовь к маме. Я была ей за это по-эгоистичному благодарна.

На экране снова появилось сообщение от Михаила, что не ускользнуло от внимания Сережи. Он явно занервничал и хотел было что-то спросить, но быстро вспомнил, что мои связи с другими мужчинами отныне раз и навсегда не в его компетенции. Он всегда был ревнивым собственником.

Сережа постелил себе в гостевой, я вечером ушла к себе. За день очень устала, поэтому уснула почти мгновенно. Ночью мне слышались какие-то шорохи, шуршание. В полудреме я особо не обратила на них внимание, но спала беспокойно, сказывалась утомленность.

Утром проснулась по будильнику, привела себя в порядок, приготовила завтрак девочкам — чуть не наготовила по привычке еды как на ораву солдат, но вовремя себя остановила. Пусть Сережа сам думает, что поесть, либо бежит к Лидочке. Уж она то явно умеет готовить. Как минимум, отменную лапшу, которую Сережа заглотил, не поморщившись.

Решила, что сегодня потрачу день на саморазвитие, взяла с собой купальник и мыльно-рыльные принадлежности: в последний раз я ходила в бассейн еще до рождения Дины. Потом мне было некомфортно появляться там с послеродовой фигурой, затем я поселилась с ребенком в больницах: Дина была очень болезненной и в местном отделении нас знали в лицо все педиатры. К моменту, когда дочка окрепла, я решила, что больше не подхожу для такого спорта: кожа стала дряхлее, ляшки казались огромными, да и мне стало не до этого, мысли были только о семье, а не о своих интересах. А ведь в период института я занималась фигурным плаванием, даже выигрывала с командой соревнования.

Удивительно, как семейная жизнь может сгубить все увлечения. Конечно, у женщины. В жизни мужчин при том же раскладе обычно ничего не меняется: он всё так же работает и добивается высот, ведь с ребенком сидит жена, дома всегда чисто и есть еда, от хобби отказываться не нужно — едь с друзьями в боулинг на выходных, на природу — с тебя спрос один — приносить деньги. Хотя приносить деньги при таком раскладе — не то чтобы сложная задача, верно? Жаль, что осознаешь это тогда, когда ошибка уже совершена и многое упущено.

К одиннадцати утра я подъехала к большому зданию спортклуба, подошла на ресепшен. Вопрос администратора: «Вам абонемент или разовое посещение?» поселил в моей душе сомнение. Понимаю, что если выберу разовое, то потом найдется миллион отговорок и с легким сердцем произношу: «Абонемент. Можно на год». Глаза администраторши слегка округлились и загорелись — видимо, ей платят процент с купленных абонементов. Как минимум, один человек от моей затеи в плюсе.

— С вас 25 000 рублей, Марина Евгеньевна. Картой или наличными?

Конечно, сумма крупная. В любой другой ситуации я бы сказала — ой, да мне не надо, я лучше домой что-нибудь куплю или девочкам одежду… Но сейчас — тот самый момент, когда нужно научиться выбирать себя. И удовлетворять свои хотелки. Тем более, репетиторы Дины за пару месяцев «сжирают» примерно ту же сумму. А почему я считаю, что мои потребности не важны и не ценны?

— Картой, пожалуйста.

Ожидаю оформления абонемента и получаю заветную карточку.

В раздевалке с утра ходят одни женщины в возрасте явно старше шестидесяти, а кроме того, абсолютно не стесняющиеся своего тела. На меня внимания никто из них не обращал, они в принципе находились в полудзене, ходили медленно и вальяжно. Это немного подняло настрой: я ожидала, что увижу молодых девчонок со спортивными подтянутыми телами и рядом с ними буду выглядеть как заветренный изюм на виноградной лозе.

Переодевшись, я осмотрелась в зеркале. Купальник был слитый: в другом в бассейн не пускали, мой небольшой животик был прикрыт, грудь купальник держал отлично. Немного покрутившись, решила, что готова к заплыву.

— Ну вы и красотка!

Я подпрыгнула от неожиданности. Оказывается, пока я любовалась перед зеркалом, за мной наблюдали из-за дальнего шкафчика. До меня не сразу дошел смысл сказанного.

— Спасибо!

Из тени ко мне вышла молодая женщина лет тридцати: волосы в хвост, выглядит ухоженно, маникюр идеальный, тело всё рельефное, но при этом фигура женственная и с формами.