Чтение онлайн

Мне нельзя в него влюбляться.

Мне нужно просто переспать с ним.

Он возвращается через десять минут, когда я приканчиваю первую порцию виски. Садится напротив — умытый и розовый, влажные волосы зализаны назад. Выглядит безмятежным.

— Вискарь? А мне взяла?

Я толкаю к нему его бокал. Влад с удовольствием делает большой глоток, перекатывает напиток во рту (щёки надуты, губы сжаты в куриную попку) и медленно глотает. Кадык поднимается вверх и опускается вниз. Я отвожу взгляд.

Интересно, он кончил в туалете? Или просто продышался и успокоился, как в лесу?

— Я заказала нам стейки, — сообщаю я.

— Отлично.

— А ты… — начинаю я и осекаюсь.

Я же обещала не лезть в личное. Влад догадывается, почему я запнулась.

— Не спрашивай меня ни о чём. Всё слишком сложно, Яна.

— Это как-то связано с первой любовью? — вырывается у меня традиционный вопрос.

Он не злится, просто спокойно поясняет:

— Всё в нашей жизни связано с первой любовью, разве нет?

Я задумываюсь. Не уверена, что он прав.

— У меня, наверное, не было первой любви в том понимании, которое обычно подразумевается, — отвечаю я. — К мужу у меня была страсть. Она быстро потухла, когда я поняла, какой он человек. А вот влюбиться, чтобы себя не помнить, чтобы всё ему под ноги, чтобы разрушить свою жизнь ради него… Такого не было.

Пока что. И я надеюсь, что не влечу в это адское пекло саморазрушительной любви.

— Да я не про это. Стас! Налей нам ещё виски!

— А про что?

— Про любовь к матери, Яна.

Стас приносит нам ещё два бокала.

— Ну что, за новый проект? — спрашивает Влад, чокаясь со мной.

— За новый проект, — поддерживаю.

Мы выпиваем и приступаем к еде. Про его мать мне совершенно не хочется расспрашивать. Она родила сына от преподавателя, который был старше её на хренову тучу лет, а через год вышла замуж за военного и подарила ему двух дочерей. Наверное, Влад чувствовал себя лишним в этой семье, раз в пятнадцать лет уехал жить к отцу. Маленький бастард из провинции.

Почему так болезненно ёкает сердце, когда я об этом думаю?

— На самом деле ты права, дела в «Питерстрое» хуже некуда. И я не понимаю почему. После смерти отца нам перестали давать заказы от администрации города. А мы этими заказами, можно сказать, жили. Так что строительство СПА-комплекса оттянет банкротство на пару месяцев.

— А что дальше? — интересуюсь я.

— А дальше я приму участие в конкурсе на самый крутой небоскрёб, одержу победу и построю «Дроздов-центр», — повторяет он свою мантру.

— И станешь богатым и знаменитым, да?

— Вот именно! — улыбается он.

Невозможно не улыбнуться ему в ответ. Такие ямочки на щеках. Как же он молод! Как верит в себя.

А мне нужно получить полтора миллиона к концу недели.

Звонит телефон. Влад смотрит на экран и поспешно отвечает на звонок. Похоже, что-то важное.

— Да, Сергей Петрович… Да… А вы уверены, что в этом году нужно проводить корпоратив? Нет, я помню, что отец каждый год устраивал праздник, но сейчас с финансами туго… Хорошо, если вы настаиваете… Спасибо, не ожидал! Как дела у Аси? — он мрачнеет, выслушивая слова тестя, потом отвечает: — Понял, не буду ей пока звонить. Спасибо ещё раз! До встречи!

Кладёт трубку и говорит мне:

— У нас будет корпоратив на природе. Отец завёл такую традицию — выезжать в мае на турбазу всем коллективом. Много лет ездили, это здорово сближает. Я думал, в этом году не получится, но Одоевский предложил денег. Сказал, что дочка ему напомнила. Странно…

Ого! Так вот в чём план Насти! Свести нас на корпоративе — подальше от города, где-то на турбазе, в неформальной обстановке с алкоголем и шашлыками. И даже попросила отца профинансировать это мероприятие. Что ж, всё может получиться.

— А она поедет? — спрашиваю я.

— В том-то и дело, что нет. Всё ещё обижена на меня. Если б я понимал за что, — он развёл руками.

Ну прямо няшка невинная! Нечего было врать жене, что не спал с сотрудницей.

— И когда поедем? — спрашиваю я.

— На ближайших выходных, — решает мой начальник. — Вася всё организует, она всегда этим занималась. Будет весело!

Ещё как, Владик! Ты даже не представляешь, как тебе будет весело.

Молодец, Настенька, придумала отличный план!

Я получаю пару свободных дней. Меня всё больше мучит вопрос, что произошло с Владом в детстве. Как я ни кручу его слова и поступки в голове, всё упирается в детскую травму. Сам факт её он не скрывает, даже рассказал про четверых психологов, к которым ходил после первой «неудачной» любви. И каким-то образом эта первая любовь связана с отношениями с матерью.

Понятное дело, что такие вещи почти всегда взаимосвязаны — отношения мальчиков с горячо любимой, но истеричной матерью, отношения девочек с добрым, но ускользающим отцом. Любовь и боль.

Я ещё раз подступаю с этими вопросами к Насте, когда мы встречаемся в офисе «Скорпиона» в пятницу. Но она повторяет то, что я уже слышала: со свекровью она не знакома, Влад не общается с тульской роднёй, о первой любви ничего не рассказывал. И тогда я делаю ход конём:

— Слушай, а твой отец может что-нибудь знать?

— С чего ты взяла?

— Он же дружил со старшим Дроздовым, а Влад любил отца, мог чем-то с ним поделиться. И вообще, кто оплачивал психологов на первом курсе?

— Дядя Юра, конечно. Он не жалел денег на сына.

— Ну вот. Отец Влада мог рассказать лучшему другу о проблемах сына. Может, даже упоминал, в кого Влад влюбился. Имя называл или хотя бы намекнул, кто она такая.

— Не исключено. Поговори с отцом, я договорюсь о встрече.

— Может, сама его спросишь?

— Ты занимаешься этим делом, Яна, тебе и карты в руки. Узнай у папы всё что нужно, а я больше не хочу в это лезть. Слишком больно. Не думала, что будет так больно… Переспи с ним поскорей, и я сразу же подам на развод. Через месяц уеду в Калифорнию, и забуду этого мудака. Вообще никаких чувств к нему не осталось, кроме брезгливости. Даже ненависти нет.