Чтение онлайн

С зажатой в руках блузкой выхожу из ванной. Должно быть, фен спрятан где-то в шкафу или просто лежит на полке в коридоре. Сейчас найду его и просушу одежду с волосами.

Сразу же открываю шкаф и обшариваю полки сверху вниз. Пусто. Да что ж такое?

А нет, снизу торчит какой-то провод. Тяну за него, но вытащить не выходит.

Встаю на четвереньки и пригибаюсь грудью к полу, чтобы заглянуть на самую нижнюю полку, и понять, что там такое.

– Охрене-е-еть, - раздаётся сзади знакомый хриплый голос. – Впервые удалось напиться до глюков…

Испуганно дёргаюсь и тут же ударяюсь макушкой о верхнюю полку.

– Чёрт… - стону сквозь зубы.

Перед глазами аж звёздочки пляшут. А ещё сердце колотится от подступающей паники.

Я тут не одна?!

Медленно оборачиваюсь и встречаюсь взглядами с Гродневым.

Какого чёрта он тут делает?!

За кроватью у окна есть небольшой закуток. Что-то вроде лоджии. Там стоят два мягких кресла и журнальный столик. Идеально, чтобы любоваться видом города.

Вот там-то и притаился Платон Богданович. Огромная пальма в горшке специально стоит почти в проходе, чтобы сделать этот закуток уединённым местом.

Я не заметила мужчину. Он сидит, развалившись в одном из кресел, и крутит в руке полупустой бокал. Нога закинута на ногу. В глазах весёлое удивление.

– Что вы тут делаете? – в моём тоне слышится претензия.

– Что я тут делаю?! – Гроднев усмехается и отпивает немного тёмной жидкости из своего бокала. – Я прячусь от всех в номере сёстры. Она дала мне второй ключ. А ты? Только не говори, что ты устроилась горничной и в униформу не входит верх…

Краснею до корней волос, поняв, что взгляд Платона Богдановича устремлён прямо на мою грудь, скрытую только местами промокшим бюстгальтером.

Нащупываю рукой блузку, лежащую рядом на ковре, и притягиваю её к груди, закрываясь от мужского взгляда.

Должно быть, у меня до ужаса нелепый вид: сижу прямо на полу с мокрой блузкой в обнимку. С волос капает вода.

– Вы должны быть в номере с Луизой! – возмущаюсь я.

– Почему это я должен? – Гроднев поднимает одну бровь.

– Потому что вы мне сейчас всю схему поломали! – сердито заявляю я. – Я через весь город ехала, чтобы вас помирить! План придумала! Номер тут за бешеные деньги сняла, и всё ради вас! И что?! – я отчитываю Гроднева, как провинившегося ребёнка. – Я запираю вас с невестой в номере, чтобы вы помирились, а вы почему-то вовсе не там, а здесь!

Я неуклюже поднимаюсь на ноги и снова откидываю с лица мокрую прядь волос.

Прожигаю Платона Богдановича обвиняющим взглядом. Ну что за мужчина?! Чего он упирается, когда я просто хочу помочь!

Лицо Гроднева вытягивает по мере моего признания. Надменные брови поднимаются все выше и выше. А потом он запрокидывает голову и смеётся низким грудным смехом.

Я так напряжена, что этот звук пробегает по коже щекотными мурашками.

– Что смешного? – я чувствую разочарование.

Может, это и была заранее провальная идея. Может, я немного помешалась на желании устроить чужую личную жизнь, раз уж моя развалилась. Но зачем же так обидно насмехаться?

Платон Богданович ставит стакан на журнальный столик и поднимается на ноги. Идёт прямо ко мне, а я вдруг робею.

Говорить с ним через разделяющее нас расстояние казалось безопасным. Совсем другое дело, когда эта груда мышц, спрятанная под белую рубашку, почти прижимает тебя к шкафу. Верхние пуговички небрежно расстёгнуты, и я утыкаюсь взглядом в тёмные волоски на груди Гроднева.

В нос ударяет аромат крепкого напитка и терпкий запах мужского тела. Гроднев никогда не подходил ко мне настолько близко.

И взгляд его тёмных глаз заставляет меня беспокойно переступать с ноги на ногу.

– А ты коварная… - хрипло шепчет Гроднев, делая ещё один шаг ко мне.

Я отступаю, но тут же упираюсь спиной в дверцу шкафа.

Всё ещё прижимаю к груди свою мокрую блузку и всем телом чувствую, как сильно бьётся моё сердце.

Гроднев почти касается меня. Ещё чуть-чуть, и его грудь прижмётся к моей.

Мужская ладонь ложится на дверцу шкафа справа от моей головы, а через секунду вторая ладонь ложится слева, заключая меня в ловушку из мужского тела.

Паника бьётся в висках и прокатывается вниз по телу дрожью.

Во рту пересыхает.

Гроднев ведь не сделает мне ничего плохого? Он же хороший, да?

– Что вы делаете? – я заглядываю мужчине в глаза и чувствую, как начинают трястись поджилки.

На меня смотрит горячая чёрная бездна. В ней слишком много силы, чтобы я могла противостоять этому напору на равных.

– Я всего лишь играю в твою игру, - Гроднев склоняется к моему уху и шепчет, посылая по коже волны горячих мурашек. – Ты ведь просто притворяешься такой наивной, верно, Полина?

– Я не… - пытаюсь возразить, но голос ломается, когда Гроднев подаётся ещё немного вперёд, и наши тела соприкасаются.

Из меня будто весь дух вышибает.

Огромный мужчина вжимает меня в дверцу шкафа своим телом. Такое чувство, что меня горой придавило.

Вдохнуть не получается. Весь воздух куда-то делся.

Что вообще происходит?!

– Ты такая актриса… - губы Гроднева скользят по краю уха, вырывая из моей груди нервный писк. – Изображаешь, что пытаешься помирить нас с Луизой, а на самом деле только и делаешь, что вбиваешь между нами один клин за другим…

– Нет, я не… - отрываю одну руку от блузки и пытаюсь оттолкнуть ей Гроднева.

Всё равно что пытаться отодвинуть скалу.

– Ты заперла мою бывшую невесту в другом номере, чтобы она не мешала, а сама пришла ко мне, разделась и подразнила аппетитной попкой и круглыми буферами…

– В-в-всё не так… - я даже заикаюсь от ужаса. Сердце сейчас выпрыгнет из груди. – Я надеялась вас помирить…

– Ну, хватит уже врать, - чувствую кожей в том месте, где губы мужчины касаются меня, как он усмехается.

Платон Богданович поддевает пальцем бретельку моего бюстгальтера и стягивает её вниз с плеча.

– Прекратите! – осипшим голосом требую я.

Давлю на грудь мужчины, заранее понимая, что это бесполезно.

– Всё-таки первое впечатление всегда верное, - очередная усмешка Гроднева кажется мне циничной. – Я ведь раскусил тебя ещё в клубе. А потом позволил водить себя за нос, как дурак. Женщины могут казаться наивными и чистыми, но, скорее всего, это значит, что они просто умеют набить себе цену…