Чтение онлайн

Сей факт особенно растрогал Ирину Вадимовну. Она мне сказала, что это фамильная метка. У её мужа была такая же отметина на плече.

Первые месяцы были нелегкими. Лизка давала жару. То младенческая желтушка, то колики и бессонные ночи. Лишь к пяти месяцам все более-менее наладилось.

Но тем не менее она была счастьем для всех нас. Даже из моего сурового папы они вила веревки, что уж говорить о бабушках и обо мне.

После рождения внучки Ирина Вадимовна будто даже помолодела немного, потому что нашла в малышке смысл дальнейшей жизни.

Она мне сразу сказала, что пока позволит здоровье будет сидеть с мелкой. Я согласилась, но все же решила дополнительно нанять и няню. Все-таки так спокойнее. Лиза девочка активная, случиться может всякое. А мама Сережи уже немолода.

Первый год пронесся как вода, стремительно и незаметно. Казалось, только вчера мы выписались из роддома, а уже пора возвращаться в Питер и выходить на работу.

В июне, в годовщину смерти Сергея я пришла на кладбище. Положила к памятнику цветы, села на лавочку и долго-долго рассказывала. О том как растет наша девочка, как она впервые самостоятельно села, когда прорезался первый зубик и когда сделала первый шаг. О том, как впервые сказала «мама» и как набила первую шишку…

Может, это глупо, но мне казалось, что он где-то рядом и все слышит. А когда я наконец выговорилась и собралась уходить, то в шелесте листьев тополей и берез мне послышались пробирающие до глубины души слова:

«Будь счастлива, любимая…»

Алексей.

4 года спустя

— Так что, у тебя с этой актрисулькой настолько серьёзно?

— Поуважительнее, пожалуйста, — нахмурил друг брови. — Мы всё-таки говорим о моей любимой женщине.

— Прости, не хотел тебя задеть. Просто я не очень высокого мнения об актрисах. Не понимаю как с ними можно встречаться. Это же сидеть и гадать постоянно, настоящая она такая, или играет очередную роль.

— О, поверь, — рассмеялся Руслан. — Ира живая и настоящая. Я вижу разницу между жизнью и игрой. Хотя талант у нее невероятный. Играет она очень достоверно. Познакомишься, сам поймешь.

— Уже в предвкушении…

— Так, Лёх, нам сюда.

Мы с Русом приехали на благотворительный прием, проводимый в Петергофе в одном из бывших дворянских особняков.

Тут собрались все: сливки эстрады, театра и кино, звезды спорта, крупные чиновники и акулы большого и среднего бизнеса.

Нам тоже пришло приглашение еще пару недель назад. Отвертеться можно было, но мне хотелось наконец познакомиться с женщиной друга, по которой он сходил с ума больше года.

До этого все не получалось: то Ирина постоянно разъезжала по съёмкам и гастролям, то я мотался по городам, проверяя наши филиалы…

Проект Руслана выгорел. Мы работали на износ, как могли, привлекали дополнительных инвесторов, искали деловых партнеров, раз за разом перерабатывали краткосрочные и долгосрочные бизнес-планы.

Первый наш салон открылся год спустя в Москве. Открытие было шумным. Несмотря на полный разрыв отношений с отцом, я смог воспользоваться связями семьи и привлечь достаточно внимания для церемонии открытия.

Не скажу, что было легко, не сразу пошла нормальная прибыль, но постепенно мы смогли прочно закрепиться на рынке. Росли репутация и денежные обороты, и мы начали расширяться.

За десять лет свои салоны мы открыли в Питере, Калининграде, Новосибирске и Омске, Екатеринбурге, Казани, Краснодаре и Красноярске. И это был не предел.

В последнее же время я стал больше внимания уделять Питеру. Там планировалось открытие еще двух точек и пилотной автомастерской. Нужно было тщательно контролировать все.

Даже квартиру на Невском купил полгода назад, чтобы не мотаться по гостиницам. Обжить, правда, толком не успел, но это дело поправимое.

Факт в том, что Москва мне как-то опротивела. Тошно стало там находиться. Особенно после последней стычки с отцом.

Как и ожидалось, отец не простил мне развода. Как и того, что я не прибежал к нему с извинениями, полностью ушел из фирмы и не стал помогать в проведении предвыборной кампании.

Выборы, кстати, батя провалил, что радушия ему не добавило. А потом еще и мама загремела в больницу с гипертоническим кризом.

Я не мог не приехать. Хотя бы один раз. Все-таки она моя мать, какими бы громкими словами я ни кидался. А родителей, к сожалению, не выбирают.

— Лёшенька, сыночек, — запричитала мама, когда я сел на стул. — Ты здесь, а я думала, что умру, так тебя и не увидев.

— Не надо, мам, — поморщился я. — Прогнозы у тебя хорошие. Полежишь, прокапаешься и скоро вернёшься домой.

— А ты, сынок? Вернёшься? Помиришься с отцом? — с надеждой спросила она.

— Нет, мам. — покачал я головой. — Я пришел сюда в качестве исключения и ненадолго. Ни о чем большем речи и быть не может. Вы с отцом сами отказались от меня, выбрав сторону этой шалавы.

— Мне жаль, что так вышло, — тихо сказала она. — Я хотела как лучше.

— Для кого лучше? Для себя? Для Сабины? Явно не для меня. Я же был счастлив с Ритой, мама. А ты приложила все усилия к тому, чтобы испоганить мне жизнь. За что, скажи мне? Почему ты отказалась принимать её как мою женщину?

— Я… — мама сглотнула и отвела взгляд в сторону. — Это все проклятое прошлое. Оно отравило мне сознание. Иногда старые обиды всплывают в самое ненужное время.

— Не понимаю тебя.

Я и правда не понимал какого черта происходит. Мама же вздыхала, комкала в руках одеяло. Словно собиралась с духом.

— Много лет назад твой отец закрутил роман. — наконец выдала она, заставив меня поперхнуться воздухом. — Тебе тогда даже года не исполнилось. Жил практически на две семьи, купил этой дряни квартиру, содержал её. Только что разводиться со мной не стал. Ему удобно было. Со мной на люди выходить, а с ней ночами в койке развлекаться.

— Как ты узнала?

— Донесла подруга, которая застукала эту сладкую парочку. Ну я и поехала взглянуть на стерву-разлучницу. Хотела узнать, на кого Егор меня променял. Готовилась к скандалу, глаза выдавить хотела этой шлюхе. А увидела почти девчонку. Невинность с оленьими глазами. Которая мычала как овечка, плакала и говорила что знать не знала о моем существовании.

— Погоди, — я поднял руки вверх. — Я понял, отец поступил как последняя сволочь. Изменял тебе. Возможно и ту девицу обманывал. Но причем тут Рита и я?