Чтение онлайн

– Лида?!

Я не понимаю, кто это. Так и сижу на полу, рыдая над фотографиями.

– Лида!!!

Меня резко поднимают и встряхивают. И только тогда я, наконец, вижу Адама.

– Что за ерунда?
– требовательно спрашивает он, сурово глядя на меня.

– От-пус-ти, - задыхаясь, прошу.

Он, кажется, чертыхается и буквально силой отводит меня к кровати. Ноги плохо слушаются, и мне чудится, что я вот-вот снова перестану ходить. Снова потеряю все, чего добилась за эти дни.

Штерн вырывает у меня из рук фот. А мне они и не нужны - я и так запомнила. И эти образы жгут, полосуют мое бедное сердце.

– И что, ты реально на это повелась?
– фыркает Адам.

– Уходи…

– Лида, ты дура?

Я всхлипываю, закрываю лицо руками, потому что мне и так больно! Зачем он еще?!

– Ну, точно дура, - добавляет он.

А потом вдруг садится рядом.

– Вот вы бабы недалекие, - раздраженно цедит Штерн.
– Что у тебя в башке, скажи мне? Мужик там жилы рвет, из кожи вон лезет, чтобы обезопасить тебя и вывести твое наследство из-под удара, а тебе показали пару картинок - и ты уже все, вынесла приговор.

Его слова не доходят до меня в полной мере. То есть часть меня, конечно, надеется, что все это - неправда. Но та часть, что обливалась кровью, когда в день свадьбы я увидела Гену с мамой, услышала всю ту грязь и цинизм… Вот эта я не может и не хочет ничего слышать!

– Вот что, дорогуша! Хорош тут сопли на кулак наматывать. Кто передал тебе этот презент?

– Мама…

Адам долго матерится. Да так что у меня щеки краснеют.

– Серьезно? И ты ей поверила?

Поднимаю на него заплаканные глаза. Из-за слез все выглядит нечетким. В том числе и Адам.

– Ты не понимаешь… Ты не знаешь, что такое предательство!
– обвиняюще заявляю.
– Ты черствый, бесчувственный чурбан! И ты…

В себя прихожу, когда Штерн несколько раз встряхивает меня словно куклу. Да так что у меня зубы клацают друг о друга.

– Хватит? Или добавить?
– ледяным тоном спрашивает он.
– Могу для ускорения включения мозга еще и леща выписать. Не посмотрю, что ты девушка.

– Ты… ты…

– Я, Лида, я, - передразнивает он.
– Если не я, то ты себе навыдумываешь кучу всего и вывалишь это на Власова, вытрахав тому все мозги. А он и так по полной за тебя впрягся!

– Да ты…

– Успокойся!
– рявкает он, прерывая мое бессвязное бормотание.
– Твой драгоценный Геночка подставил Володю. Снова. Перед очень серьезными людьми, которые так просто не отпускают.

– Что?
– ужасаюсь его словам.
– Как это?

Напрочь упускаю, что хотела бы возразить, что Гена - не мой. Но главная мысль, за которую я цепляюсь - Володя в опасности.

– Что с ним? Где он?

– Ну наконец-то, - ворчит Адам и отпускает меня.
– А это, - он демонстративно рвет фотографии, - дерьмо.

– Но…

– Ты серьезно?
– снова заводится Штерн.
– Открой глаза, Лида! Это же подделка! Фик-ци-я!

– Подожди, что с Володей? Где он?

Адам смеривает меня оценивающим взглядом.

– Скоро вернется. Пока он… решает проблемы, скажем так. Я потому и приехал к тебе.

– Что это значит?

– Ты ведь проводила время с Геной, возможно, он возил тебя куда-то, в какие-то особенные места.

– Не очень понимаю… Как это поможет Володе?

– Скажем так, у Гены есть кое-что, что он где-то спрятал. И это что-то надо найти.

Его слова меня окончательно запутывают.

– Тогда я вряд ли смогу помочь, - расстроено говорю.
– Пока мы с ним встречались, то в основном ходили в рестораны. Иногда Гена приезжал к нам в гости. Да и, собственно, все.

Штерн разочарованно цыкает.

– Плохо. Очень плохо.

Скольжу взглядом по одному из оставшихся фото, которую Адам упустил. На ней Володя и девушка. В постели. Полуголые.

Мне больно видеть подобное, но я продолжаю смотреть. При этом я все равно очень волнуюсь за Власова. Вопреки тем эмоциям, что сейчас ранят.

– Лида, - слышу осуждающий голос Штерна, но не реагирую - потому что смотрю на грудь Владимира. Точнее… Может, и не Владимира вовсе?! Ведь я помню, что когда у нас был видеозвонок, и он разделся, то справа я четко видела бледный след от шрама…

– Это не он!

– Да неужели?
– язвит Адам.
– Дошло наконец? Дура ты, Лида.

– Эй!
– возмущаюсь скорее для галочки. Но вместе с тем я чувствую и вину - это, получается, я засомневалась в мужчине, и даже не успела как следует все обдумать, а сразу поверила.

Повисает тяжелое молчание. Штерн не торопится продолжать меня отчитывать, за что я ему очень благодарна - собственно, я и сама теперь себя отлично ругаю за то, как отреагировала.

В этой неловкой тишине я невольно начинаю думать о том, что Власов оказался под ударом, и я понятия не имею, как дальше будут развиваться события. А помочь-то мне и нечем. Единственное, что я могла сделать - оказывается бесполезным. Ведь я ничего такого про Гену и не…

– Погоди, - разворачиваюсь к Адаму, и тот скептически приподнимает брови.
– А что именно Гена спрятал?

– Некоторый компромат, - уклончиво отвечает он.

– А в каком виде?

– Что ты имеешь в виду?

– Был один момент… Не уверена, что это оно и есть.

– Ближе к делу, Лида, - нетерпеливо перебивает меня Штерн.
– Что ты вспомнила?

– Однажды мы поехали на ужин, но по дороге зачем-то остановились у почтового отделения. Когда я спросила у Гены, зачем, он пошутил, что надо проверить почтовый ящик. Я еще удивилась, зачем ему какой-то ящик на другом конце города? Может, это оно?

– Может быть, - задумчиво отвечает Адам.
– Адрес помнишь?

Киваю и диктую. Мужчина записывает в телефон. Забирает испорченные фото, складывайте в пакет, туда же прячет и мобильник.

– Полагаю, этот веник тебе не нужен?
– усмехается, глядя на букет.

– Не нужен.

– Заберут. А ты… - Он вздыхает, смотрит на потолок.
– Включай голову почаще. И доверяй Вовке. Он через такое прошел, что не стал бы предавать и бить в спину. Запомни это.

Штерн уходит, а я остаюсь наедине со своим чувством вины. Я очень надеюсь, что Адам не передаст Володе про мое поведение. Меньше всего мне хотелось бы его обидеть.