Чтение онлайн

Райлан

Сначала приказываю страже забрать Селену, но когда стражник подходит я понимаю, что не собираюсь никому отдавать её тело. Качаю головой. Стражник послушно помогает второму забрать Эдгара.

Я несу Селену в свой замок и мне плевать что и кто подумает, даже если увидит.

В голову приходит мысль. Я на миг замираю, с телом жены на руках.

Да, кажется, нет иного выхода. Дракон во мне одобрительно шевелит хвостом. Он одобряет. Хотя, он всегда одобрял жестокость. Что меня в нём всегда и пугало.

Но кажется, иного пути у меня нет.

Я захожу в замок. Укладываю Селену в своей спальне. Хочется встать рядом с ней, наблюдать за тем, как она спит. Но у меня есть важное дело.

Я отправляю лекаря подлечить Эдгара и дать ему что-то, чтобы он пришел в себя. Нужно побеседовать.

А пока отменяю все дела. Обдумываю план на завтрашний день. Взвешиваю все "за" и "против". "За" не так много, но Дракон во мне настаивает на обратном.

В какой-то момент я, неожиданно для самого себя, осознаю, что он ведёт себя удивительно послушно. Он сидит во мне, передает свои мысли и эмоции. Не сопротивляется, не требует внимания.

Неужели всё из-за нашей общей ревности Селены? Хоть в чем-то мы согласны.

Надо воспользоваться случаем поскорее.

– Мы сможем, брат мой?
– спрашиваю я вслух у него, уставившись в зеркало. Мои глаза становится золотыми. Зверь понял меня, и послушно согласился.

Второе удивление - Дракон захватил моё тело, но я впервые, не чувствую, будто бы потерян. Он не изгнал меня а просто встал рядом. Поразительно!

Никогда бы не подумал, что общий враг объединяет больше чем общее сознание. Так что Эдгара можно и поблагодарить за то, что я и Дракон явственно фантазируем о том, как будем его пытать.

Но сначала дело.

Касаюсь книги Дракона и закрываю глаза. Энергия легко уходит из моих пальцев в книгу, я чувствую как слабею, устаю. Но это приятная усталость. Отрываю руки от книги. Нельзя переборщить.

Прошло всего несколько минут и я слышу шаги за дверью.

– Милорд!
– стражник истерически стучится ко мне, открывает дверь и кричит.
– Там загорелся огонь на сцене! И цветы они так раскрылись так будто вы… простите. Вы благословили нас?

Он удивленно застывает, глядя на меня и раскрытую книгу.

– Я только что благословил наше королевство ещё раз. Передайте это всем, успокойте. Скажите, что мы просто боремся с дурной погодой и засухой. Не более. Следующее благословение будет на празднике.

– Понятно, - кивает стражник.
– А я уже слышал слухи, что может быть, нам придется обыскивать всех и искать ведьму.

– Нет, - качаю я головой.

Забавно врать прямо в глаза.

По закону, я должен предупреждать стражников за двое суток до начала обыска. Но мой отец никогда этого не делал. Ещё одна причина, почему его ненавидели. Это было действительно неожиданно.

Кажется, теперь начнут ненавидеть и меня.

Но последнее что мне нужно, чтобы ведьма узнала об этих планах от какого-то стражника. Откуда я знаю, чья она может быть сестра или любовница?

Остаток дня я меряю шагами свой кабинет. Несколько негромких стуков в дверь.

– Да?

В дверном проеме показывается голова лекаря.

– Милорд, этот молодой человек, пришел в себя. Вы говорили, что хотели с ним поговорить?

– Да. Ты мне ещё понадобишься, Саймон. Сиди у себя, жди меня.

– Слушаюсь, милорд.

Спускаюсь в темницу, пройдя несколько пролетов. Эдгара не засунули в клетку, по моему приказу. Он лежит на промозглой земле и опершись спиной на решетку, смотрит на меня.

Разбитая губа, синяк на подбородке. Но смотрит дерзко. Чувствую, как Дракон недовольно топает лапой. Ему кажется, что Эдгар мало наказан за то, что тянулся к нашей женщине. Успокаиваю его гнев выдыхая.

– И не стыдно тебе, удовлетворять женщин по заказу? Не мужская это работа, - киваю я ему.
– Матушка мне сказала, зачем ты крутишься вокруг Селены.

– Ну, это был первый заказ и не особо удачный, - говорит он едва шевеля губами.
– Тем более, я от него отказался.

– И поэтому лез к моей жене сейчас?

– Именно потому, - замечаю в его глазах что-то, что меня напрягает. Какой-то странный блеск.

– Я могу убить тебя, - напоминаю ему.

– Вы не хотите прослыть чудовищем, милорд, - качает Эдгар головой.

– Я уже прослыву завтра. Обратного пути нет, - качаю я головой.
– Я как тот зверь, которому больше нечего терять. Так что, только от твоих слов зависит то, доживешь ли ты до вечера. Что у вас было с Селеной?

– Вас интересует, насколько далеко мы зашли?
– усмехается он и тут же хватается за разбитую губу шипя от боли.
– Вы знаете свою жену. Она куда порядочнее вас. И слишком чиста для того, в чем вы её обвиняете.

– Не строй из себя влюбленного парня, эта игра закончилась, - раздраженно бросаю я.

– У меня не было задачи влюбляться. Или делать вид. Ваша матушка о подобном не просила, - качает он головой и поднимает на меня взгляд.
– Надо быть, действительно стойким мужчиной, чтобы хоть немного знать Селену, и не влюбиться в неё. Такое под силу только Дракону.

Я приподнимаю бровь. Вот тебе и новости.

– Ты притворяешься, - качаю я головой.

Притворяется же.

Хотя он полный дурак, если решил притвориться искренно очарованным Селеной. Тогда у меня только больше поводов убить его. Нет, было бы правильнее извиниться, притвориться глупцом, бегающим за каждой юбкой. Повиниться. Но уж точно не дерзить и не делать вид, что он любит её.

А если он действительно влюбился в Селену, за пару встреч? Как это возможно?

– Отпустите вашу жену. Не ради меня, меня она не простит, думаю. Просто отпустите. Она заслуживает этого.

Дракон снова стучит лапой и теперь ещё и хвостом. И я снова солидарен с ним.

– Эдгар. Напомню тебе. Она не в плену, она замужем, - отрезаю я.
– И чтобы ты ни думал, я её люблю.

Он опять усмехается.

– Ну говори, что хочешь, - киваю я.

– Нет, не стоит, - качает он головой.
– А то ещё казните.

– Говори что хотел, я приказываю, Эдгар.

– Хорошо. Я думаю, что тогда ваша любовь похуже ненависти, милорд. Я слышал, что вы называете её птичкой. И вы правы. Она птица, которой вы щипали перья, ломали крылья. Но когда думали, что она принадлежит вам, выяснилось, что ей ещё хватает сил раскрыть крылья и улететь от вас. Милорд, можете казнить меня, делайте что хотите. Но вы её потеряли.