Чтение онлайн

Олеся тоже сидела в зале и не сводила с него взгляд. Очень красивая, стройная, вызывающе и ярко накрашенная. Ее общение с Ренатом было куда более активным, чем мое.

Только от мысли, что между ними может что-то получится - я злилась. По-женски искренне и до ревности. К тому же я так и не нашла подходящего момента, чтобы сказать ему о том ,что жду ребенка.

Их было масса, но каждый я упустила совершенно намеренно. Потому что он не хотел детей. Потому что сейчас был слишком занят, потому что я не была уверена, что смогу доносить эту беременность даже в первом триместре.

Но вот он подходил к концу.

Вечно скрывать свое положение я не смогу.

И не собираюсь.

– Думаю, что будет правильно выслушать тренера, - отвечаю нейтрально. В этом вопросе я не только мама Миши, нападающего команды, но еще и непосредственная часть команды, в игру и настрой перед играми которой я так же вложила много сил.

Их победы и поражения, их сплоченность и чувство «локтя», или наоборот разлад - это также результат моей работы, наблюдательности и рекомендаций.

– Послушайте, - наконец-то Ренат дождался тишины, - я понимаю ваши вопросы, знаю, что парни у нас выпускники и сейчас каждая сфера их жизни подошла к ответственному и важному этапу. И я не знаю, какую дальше сферу деятельности выберет каждый из них. Хоккей или нет? Не важно. Но сейчас - команда и игры - это то, во что они, и вы вместе с ними вложили каждый прожитый день сначала этого сезона. Часы тренировок, время, нервы, игры, разочарования и радость - вы были с ними на протяжении всего пути. Подталкивали, подбадривали, верили. Вы поверили в них тогда. Так что вам мешает поверить сейчас?

В комнате, где обычно проходит собрание с разбором удачных и провальных моментов игр стояла тишина.

– Экзамены - это не шутки. Игры закончатся, а результаты ЕГЭ влияют на возможность построить свою жизнь, - высказался отец Марка.

– Я это знаю. Или может быть вы думаете, что ваши сыновья не понимают? Вы не забываете им об этом напоминать. Финальная серия игр начнется в конце апреля. наш соперник пока неизвестен, ближайшие игры, одна или две, его выявят, но уверяю вас, что ни «Звезда» ни «Буран» не отдадут победу легко. И в тех командах играют такие же парни, выпускники, готовящиеся к экзаменам. Но они идут вперед, хотят победить. Хотят получить кубок и поднять над своей головой.

Кажется в этот момент каждый присутствующий в зале представил этот момент и затаил дыхание.

А я видела это в живую.

В прошлом году. Когда Глеб получил кубок, когда Женя поднимал его над головой и когда Миша смотрел на это с трибун, потому что Громов лишил моего сына этого момента триумфа и счастья.

– Вы пришли сюда чтобы просить меня сократить тренировки? Хорошо. Но вы просите меня лишить своих сыновей возможности почувствовать этот миг триумфа. Почувствовать какого это - победить.

– Но они могут проиграть!
– сказал кто-то с последнего ряда.

– Могут, - согласился Ренат.
– Но проиграть потому что где-то не доработали и проиграть зная, что выложились ради победы на пределе возможностей - сильно отличается. Вам придется принять решение. Я настаиваю я прежнем расписании тренировок, или по крайней мере их количестве. Мы можем перенести одну на выходной, чтобы освободить один будний вечер для занятий, можем освободить два вечера, но тогда нагрузка в выходные увеличится. Игроки не против, решение родителей должно быть коллективным. Прошу вас подумать и принять решение в течение трех дней, потому что со следующей недели мы начинаем подготовку к финалу.

Больше Ильясов не сказал и слова. Родители что-то бурно обсуждая, медленно встали со своих мест и потянулись на выход. Олеси среди них не было. Кажется она успела уйти чуть раньше.

Я тоже встала со своего места и отправилась через длинный коридор к своему кабинету.

Но едва подошла к двери и повернула ключ в замке, чтобы войти, за моей спиной выросла тень. Я едва не закричала, когда меня бесцеремонно втолкнули внутрь и закрыли дверь.

– Теперь не убежишь, - прошептал Ильясов и поцеловал.

Голодной.

Именно так я себя чувствовала, когда он целовал меня. Словно такой близости с мужчиной в моей жизни не случалось никогда.

Нежный, грубый, жадный, требовательный - Ренат был разным. Одновременно заботливым и порывистым.

Свет в кабинете мы так и не включили, тишину кроме нашего тяжелого дыхания нарушил сначала звук ключа в замке, затем одежда - молния, пуговицы, ткань. Нетерпеливо он снимал все подряд. Деталь за деталью. Нетерпеливо и внимательно, знакомо, мучительно медленно, зная как мне нравится, зная, что я люблю.

Не только нашу близость.

Люблю его.

А он?

Мы никогда не поднимали эту тему.

Казалось, что ему не нужно ничего говорить и все понятно без слов. И времени прошло не так много, чтобы нырнуть в серьезные отношения с головой. Но мы уже там - в самом эпицентре шторма.

И оказалось, что я очень хочу услышать те самые слова. Важные. Гормоны внутри меня бушуют, делая близость не только по-настоящему сладостной, но и разгоняя эмоциональные качели.

И я молчу.

Не говорю ренату про ребенка.

Не говорю ему о своих чувствах.

И к моему огромному раздражению он тоже молчит.

В тишине я начинаю одеваться, собираться, и уже практически добираюсь до куртки, когда Ильясов наконец-то прерывает молчание. Но, конечно, он говорит не то.

– Спасибо, что поддержала на собрании.

– За секс «спасибо» не скажешь?
– бросаю в ответ не скрывая раздражения.
– Я часть команды, Ренат и было бы странно если бы пошла против тебя, как тренера. Но это не значит, что меня не волнует успеваемость Миши - она тоже ниже ожидаемого и причина этому тренировки.

Я не столько вижу, сколько чувствую и слышу, как он быстро натягивает футболку, джинсы и наконец-то сам поднимается на ноги. Включаю свет. Сталкиваемся лицом к лицу.

Эндорфиновое счастье как рукой сняло.

– У тебя все хорошо, Таня? Потому что я честно говоря заколебался. Мы поругались из-за какой-то ерунды, я не трогал тебя неделями, чтобы дать остыть и переварить случившееся. Меня эта херня не устраивает. Ты должна решить хочешь ты быть со мной или нет?

– Я должна?
– взвиваюсь в ответ.
– А что, собственно ты предлагаешь, Ренат?