Измена. (Не)любимая жена олигарха
Шрифт:
– Странно. С чего бы? – не испытываю ни капли вины за то, что лгу мужу. Он сам тот еще врун и изменник! Как же трудно держать это в себе.
– Ладно, не важно. Общайся, если тебе в радость. Я о другом хочу поговорить, Ромина.
– Слушаю.
– В последнее время у меня ощущение, что ты избегаешь меня. Я понимаю, как тебе сейчас нелегко. Поверь, я не пытаюсь обвинить или надавить на тебя. Просто мне кажется, надо это обсудить.
– Тебе кажется, Алекс. Я ничего такого не замечаю.
Даже удивительно, насколько упиваюсь сейчас злорадством. Ведь мы по сути поменялись местами. Сейчас Я обманываю. Играю. Да, это больно. Хочется закричать ему в лицо о своей ненависти, отчаянии. Что предал меня. Врал о любви и растоптал ее. Не знаю откуда берутся силы сдержаться.
– Хорошо, я не стану на тебя давить, Ромина. Еще один момент. Мама велела спросить у тебя, приедешь ли ты на ее день рождения.
– Я думала она будет отмечать его во Франции, – удивляюсь искренне. – Разве мне можно лететь на таком сроке?
– Нет, она решила устроить вечеринку в поместье.
– Вот как.
– Да. Но она понимает, что на таком сроке тебе может быть некомфортно. Не обязательно отвечать сейчас. Я просто хотел, чтобы ты была в курсе. Если мы не сможем приехать, конечно она поймет.
– Спасибо за понимание. Но что значит мы? Ты не пойдешь из-за меня на вечеринку матери?
– Думаю, лучше я останусь с тобой.
Теряюсь, не знаю что сказать.
Глава 11
– Ты точно решила, что хочешь поехать? – следующим утром Алекс смотрит на меня с сомнением.
– Да, решила. Это же день рождения Варвары Степановны! Тем более, ты сказал, что тоже не пойдешь, если останусь дома…
– Я совсем не к этому сказал, – хмурится муж. – Просто не хочу оставлять тебя одну. Но Ромина, там будет толпа гостей. Ты же знаешь, какие мама любит устраивать праздники. Приедет твой отец. Пожалуй, этого достаточно.
– Мне так не кажется, Алекс.
Интересно, почему муж так настойчиво меня отговаривает? Неужели на самом деле только потому что волнуется?
Раньше я такой заботы не ощущала. Страсть – да, была. Обжигающая, огненная. Она и сейчас моментами вспыхивает в Оболенском, и я улавливаю эти всполохи шестым чувством. Но нынешний период – совсем не про страсть. Нам обоим приходится держать «либидо под замком» – так выразилась Анна Георгиевна.
Точнее, это я выполняю ее предписания, а вот мой муж – чувствует себя вполне вольготно с моей подругой. Возможно, не только с ней. Я уже ничему не удивлюсь.
С каждым днем рана от его предательства только глубже становится. Не могу есть, дышать, жить. Каждое мгновение боль пронзает. Первая любовь разбила меня вдребезги. Мой единственный мужчина, которому безоговорочно верила.
После завтрака приезжает на дом Софья – владелица модного бутика для беременных, я уже делала пару раз покупки в ее магазине, на более ранних сроках. Магазин посоветовала, кстати, Аниса. Снова она. Повсюду. Если бы Алекс изменил мне с незнакомкой – было бы куда легче. А так – куда ни кинься, бывшая подруга повсюду. Как же я устала! Надоело!
Так вот, Софья, выезжает и на дом, что в моем случае отличный выход. Стоит такой визит недешево, да ничего.
Алекс визит нескольких девушек и строгой стильной владелицы бутика встречает с удивлением. Девушки показывают мне модели, то что привезли по моему заказу, а так же каталоги. Задача – выбрать платье для моей располневшей фигуры.
– Я смотрю, ты твердо решила пойти на праздник.
– О да, очень хочу, – говорю абсолютно противоположное тому, что чувствую.
– Нельзя отказывать беременной женщине в ее желаниях, – непререкаемым тоном поддерживает меня Софья, явно довольная, что заработает сегодня круглую сумму.
– Я и не собираюсь ни в чем отказывать своей жене, – цедит холодно Оболенский. – Выезжаем в пять, – это уже адресовано мне.
– Я буду готова.
Явно недовольный, муж поднимается наверх.
– Замечательно, когда муж вот так относится, – мечтательно произносит одна из девушек.
– Вот это золотое платье просто шикарно будет смотреться, – советует Софья, и я, кивнув, иду примерять наряд.
– Итак, ты готова, – заключает Оболенский в половину пятого, спустившись вниз и одарив хмурым взглядом с ног до головы.
Я остановилась на том самом платье с золотым отливом, оно отлично село по фигуре, скрыло, насколько это возможно на таком сроке, мой живот. На самом деле на удивление бодро себя чувствую, даже удивительно. Неужели это все от адреналина? Зачем мне этот праздник, поездка к свекрови, с которой натянутые отношения?
Сложно сказать. Я действую, не исходя из логики, скорее мне хочется сделать наперекор мужу. Хочет запереть меня в доме ото всех, как инкубатор? Не дождется!
Эта эмоция настолько сильна, что я полна энергии для общения, хотя никогда не любила пафосные сборища.
– Да, я готова, – киваю.
– Хорошо, – стиснув зубы оглядывает меня с головы до ног Оболенский. – Мы ненадолго. Поздравим и вернемся.
– Как скажешь, – пожимаю плечами. – Почему ты выглядишь таким недовольным? Это же день рождения твоей мамы. Вы случайно не поссорились?
– Ничего подобного, с чего ты взяла. Я лишь о твоём здоровье, Ромина.
– Сегодня я чувствую себя великолепно. Мне так нравится это платье, – разглаживаю несуществующие складки пальцами. – Ты мог бы тоже похвалить мой наряд. Софья просто волшебница, всего за пару часов подогнала все по нужным размерам! Я так ей благодарна! И тебе, разумеется.
– Мне? – удивляется супруг.
– За то что позволил мне потратить столько денег. Выезд дизайнера на дом не дешевое удовольствие.
– Не говори ерунды, Ромина, – морщится как от зубной боли Оболенский.
Возле входной двери, в холле, стоит огромная корзина красных роз. Любимые цветы свекрови.
В качестве подарка Варвара Степановна признаёт только цветы, остальные вещи считает слишком индивидуальными. Так что на разные даты, праздники, муж обычно перечисляет на счет матери крупные суммы. Деньги свекровь обожает. Любит жить на широкую ногу. Я же так и не привыкла к богатству.
От меня Варвара Степановна вряд вообще ждет какой-либо презент. Поначалу я пыталась угодить ей, искала интересные эксклюзивные вещи, или сама что-то красивое создавала. Например, набор рамок для фотографий. Все это было принято холодно, свекровь показала, что считает это глупым и неуместным. Объяснила довольно доходчиво.