Чтение онлайн

Я поджала губы.

— Но мы выбрали голубой, — нахмурилась я.

— Господи, что сегодня с тобой? — фыркнула Альба, — какой ещё к черту голубой? Ты сегодня дашь мне спокойствия?!

— С машинками, — прошептала я, — красными. Мы выбирали с Франко.

Она сузила на мне глаза.

— Ты с ума сошла? — отвернулась от меня к телевизору на стене она, — никаких обоев. Мы похожи на твою пьющую мамашу? — смешок от неё, — к слову — она ещё жива? Что-то мы давно её не обсуждали.

Горло сдавило. Я тяжело дышала, но встала рывком.

— Эксаль разрешил выбрать мне, — дрожащим голосом сказала женщине я, — и я выбрала. И… и я не хочу бежевый. Да и Франко не хочет, а это его комната и…

— Сходи поспи, — отправила меня ледяным голосом, — тебе явно нездоровится, если ты… посмела повысить на меня тон!

— Это мой обычный голос, я не кричала, — смотрела ей в глаза я, — и Эксаль…

— Я сказала тебе подняться наверх и выспаться! — рыкнула она, — мерзавка! И бежевые стены будут такими, поняла меня?

Я смотрела на неё с мольбой.

— Ты не услышала?! — почти закричала она, — забрала ребенка и исчезла! Кто тебе вообще право дал так со мной говорить?!

Я почти захлебнулась от обиды. Слёзы на глазах рванули ручьями, а Франко и в самом деле закричал от плача. Я взяла его на руки и отправилась утешать его там, куда мне приказали уйти. И мне уже совсем не хотелось никаких комнат и обоев, если даже такое мне нельзя было здесь решить. Я просто хотела… нет, мне дали шанс — радостное желание, которого никогда у меня не было. Я была счастлива как никто другой, а затем это счастье отобрали с криком. Мне казалось, что в этот момент меня вернули домой к той самой матери, которую упомянула вмиг ставшая злой Альба.

— Да? — мурчащий голос Эксаля по телефону.

Я не хотела ему звонить. Просто ни я, ни Франко успокоиться не могли уже полчаса.

— Долли, дорогая, я немного занят, но давай, если ты не можешь выбрать какую кроватку или обои хочешь, то я освобожусь, приеду и мы обязательно выберем вместе? Договорились?

Я медленно кивнула, качая вытирающего щёчки Франко.

— Я… — снова задохнулась от слез я, — м-можно мы сходим погулять в сад? Т-там вроде стало солнечно у-уже и…

— Что случилось? — Эксаль стал строгим и взволнованным сразу же, — Долли, что с голосом? Ты в порядке? Что с Холли? Тебе плохо?

Я замотала головой, а после… все хлынуло само собой:

— А-альба сама всё к-купила-а…

Тишина в телефоне была несколько секунд.

— Ты поэтому плачешь? — он явно услышал хныкающего Франко на фоне меня, — мне казалось я дал четкие распоряжения ей. Минуту, Долли. Вернее, — он тяжело вздохнул, — одень Франко потеплее и спускайтесь в сад. Я буду через двадцать минут. И не плачь, — просьба, — сейчас я приеду и помогу тебе заказать всё, что ты захочешь.

Стоящая в проёме дверей Альба дернула глазом.

— Ну-ка отключи вызов, — прошептала с угрозой она.

Мои глаза расширились, а сама я замотала головой и прошептала для мужа:

— Альба сейчас будет ругаться…

Женщина закрыла глаза от ярости.

— Да? — протянул Эксаль, — тогда ставь на громкую связь. Готово? — он дождался пока я отвечу «да», — отлично. Мама, спустись вниз. Сядь, выпей чаю. И не говори моей жене и слова, пока я не приеду. Она расстроилась, а ты хочешь напугать её ещё больше. Ты должна понимать, чем это чревато, поэтому давай — чай и спокойный диалог со мной. Долли точно не нужны эти сёезы.

— Она на меня орала только что, — ухмыльнулась Альба, — как умалишенная базлала, а я должна была терпеть?!

— Это неправда, — прошептала я.

— Лжет и не краснеет! — фыркнула женщина, — и… сын, ты на самом деле разрешил ей устроить бедлам у нас дома? То безвкусное нечто, что она предложила…

— Мама, будь… сегодня спокойнее, — явно шел Эксаль, — я уже еду. Что насчет комнаты, то это дело Долли, — он усмехнулся, — даже если она захочет заколотить там окна и покрасить всё в чёрный, то мы с Франко тяжело вздохнём и продолжим спать втроем в одной комнате.

— Мы хотели машинки, — улыбнулась я, — красные.

— Тем более, — улыбнулся Эксаль, — это очень мило и вполне логично, Долли. Франко одобрил?

Я покивала с улыбкой сквозь слезы.

— О-он сам ткнул в них пальчиком, — я готова была прыгать от радости.

— Как здорово, — тоже улыбался мужчина, — значит машинки. А кроватка?

— Какие к чёртовой матери машинки?! — вернула меня на землю Альба, — вы с ума оба сошли? Никаких обоев вообще! Этот дом…

— Мой, мама, — осадил её Эксаль, — Долли, и наших детей. У тебя есть квартира и дом отца. Где правила устанавливаешь только ты. Хотя Долли явно и не претендует на общие комнаты первого этажа, как и второго. Здесь же полностью её воля, как и в общем-то во всем доме. Поэтому, будь спокойнее, мама. И прими то, что тут ты выбирать не можешь.

Я снова смотрела на неё с мольбой. Она на меня — с жаждой убийства».

— Бессовестная лживая дрянь! — взвизгнула на весь зал Альба, — это мой дом! И скоро ты в нем станешь никем!

— Всё ещё нет, мама, — закинул ногу на ногу Эксаль, — он весь её, если ты забыла. Тот был лишь на четверть, а этот весь.

Альба почти задохнулась от возмущения.

— Ты тогда накричал на меня, как приехал, — обиженно сузила глаза она, — на родную мать! С криком!

Эксаль поджал губы.

— Я просил за это прощения, — он кивнул, — однако моя вина лишь в этом — в остальном твоя. К тому же ты тогда обижалась на всех вокруг две недели, пока я не оплатил тебе отдых на месяц. Как раз в качестве извинения.

Женщина фыркнула.

— Такое себе путешествие вышло! — она была недовольной, — дряной отель! И персонал… фу!

Эксаль кивнул.

— Это не умоляет того факта, что я просил тебя обходиться с моей беременной женой лучше, — он дёрнул ногой.

— Как с хрустальной вазой! — прорычала Альба.

— Она ей и была! — повторял её тон муж, — и сейчас является, но тогда было совсем по-другому, мама. Она носила ребенка. Расстраивалась она — это происходило и с Холли. Да даже и так! Я умолял тебя быть с ней мягкой! Она могла заболеть в любую секунду, а ты строила из себя львицу, защищающую свою землю! И к чему это привело? Сейчас ты лжешь всем вокруг, что плохие все, кроме тебя!

Все молчали, а Альба… из её глаз вдруг хлынули слезы, пока она искала в сумочке платок.

— Я… — она всхлипнула, — я не хочу, чтобы ты меня бросал! — взвыла она, — я не… ты бы знал, как я её возненавидела тогда! Она должна была меня слушаться, но начала точить клыки и… даже я так не могла на тебя влиять, а стоило ей тогда и сейчас показать в глазах слёзки, как мать становилась плохой, а чёртова всеми проклятая Долли хорошей и самой любимо-ой!

Эксаль нахмурился.

— Какой ужас, — холодно произнес мужчина, — мне тебя жаль, мам. Не лги себе, что это не так, однако я убедился сколько всего нехорошего ты успела натворить за последнее время, поэтому нет — мы всё равно уедем.