Чтение онлайн

Видимо, он увидел то же, что и я.

– Вы не падали? Головой случайно не ударялись?

– Нет, – слишком быстро ответила Майская и тут же пошла пятнами. – То есть… – облизнула она губы, и я почувствовал совершенно неуместное возбуждение. – Нет.

При этом она посмотрела на меня. Видимо, не желала оглашать подробности. В другое время, при других обстоятельствах, да что там – будь на её месте другая девушка – я бы и ухом не повёл. А тут мне тоже хотелось услышать, что она скажет.

– Давайте проедем в больницу, – сказал мягко этот эскулап. – У вас очень низкое давление и нужно обследование.

– Не надо, – упрямилась Майская. – У меня был тяжёлый день. Отлежусь, и всё пройдёт.

Врач посмотрел на меня. Пристально.

– Поехали, – принял я решение.

– Вы сможете идти? – поинтересовался доктор.

– Д-да, – кажется, она смирилась. Или действительно чувствовала себя не ах.

– Я помогу, – подвинул ногой чёртову туфлю и взял Анну за руку.

Может, слишком крепко взял. Она дёрнулась и поморщилась. Вряд ли я противен ей настолько. Скорее, там то же, что и у неё на лице. И уверенность в том, что доктор всё сделал правильно, только окрепла.

На руках её нести не пришлось. Шла Анна довольно уверенно. Да тут до лифта – несколько метров. Но я всё же поддерживал её – на всякий случай. И понимал: я просто хочу её касаться. Как какой-то упоротый маньяк.

Мне это не нравилось.

Я не любил смешанных чувств. Не терпел африканских страстей. Ненавидел неоднозначности и всего того, что делает меня слабым.

Чужие женщины – не для меня. Проблемные женщины – не моё. Но правда заключалась в том, что мне не нравились ощущения внутри. А касаться, дышать воздухом рядом с этой конкретной девушкой мне как раз очень даже нравилось. И это вызывало бурю. Толкало на поступки, которые я бы никогда не совершил. Чёртова химия!

– Поезжайте, – кивнул я доктору. – А я на машине за вами.

Эскулап скользнул взглядом по моему авто, понимающе – по мне.

У меня водитель и охрана. И я не собирался кататься на карете скорой помощи.

Мне бы её посадить в «скорую» и помахать вслед рукой. Но я решил сделать так, как хочу.

Больше всего меня устраивала свобода. И то, что больше никто и никогда не задавал дурацких вопросов и не командовал мной. Приказал ехать за «скорой» – водитель и глазом не моргнул. Ехал, куда приказано.

Спорить я разрешал, когда шёл рабочий творческий процесс. В остальных случаях не терпел ни панибратства, ни возражений.

В больнице Анну увели, а я остался и досадовал, что не сообразил сразу забрать её в нормальную клинику.

– Вы муж Майской? – выскочила, как чёрт из табакерки, медсестра. – Пройдёмте. Вас хочет видеть Олег Валентинович.

И помчалась вперёд. А мне ничего не оставалось, как пойти за ней вслед.

Ну, не кричать же ей в спину, что я не Майский и ошибочка вышла?

Он сидел за столом – большой и грузный. Волосы коротко стрижены под ёжик – соль с перцем. Руки большие. Пальцы-сосиски, поросшие волосками. Ногти гладкие и чистые. Смотрел на меня из-подо лба.

– Присаживайтесь…

– Илья Эдуардович, – представился я.

– Присаживайтесь, Илья Эдуардович, есть разговор.

В пальцах он крутил ручку, а я думал не о том. Представлял, как вот этими руками он трогал Анну. Идиотизм чистой воды.

– Есть проблема, – сверлил он меня глубоко посаженными глазами. – Ваша жена, Анна Романовна, правда, всё отрицает, но налицо очевидные факты. У неё сотрясение головного мозга и характерные гематомы на теле, которые указывают на насилие. Я не первый день работаю и в басни, что это бытовые травмы, не верю. Ей нужно хорошее лечение и покой. А по-хорошему, сообщить куда надо.

Я, конечно, не Майский, за которого меня ошибочно приняли, и, возможно, нужно посоветовать доктору так и поступить, чтобы её муж поостерёгся руки распускать. Но вместо этого я открыл рот и кошелёк.

– Спасибо большое за беспокойство. Я заберу Анну в клинику. Мы с ней сами разберёмся.

Доктор и без того не выглядел ягнёнком, а тут набычился так, будто я матадор с мулетой в руках. Ещё секунда – и кинется.

– Заберите деньги, – прорычал он. – Я б таким, как вы, руки отрывал!

Видимо, у него это личное. К таким, как Майский. Впрочем, как и у меня. Но я в его глазах подонок, а поэтому решил доиграть роль до конца.

– Всего хорошего. Благодарю за помощь. А деньги можете выкинуть или пожертвовать на благотворительность. Или прикупить что-нибудь для своей больницы. Это уже на ваше усмотрение.

В коридоре я сделал звонок. Затем отыскал Анну.

– Уходим, – кивнул я ей и получил полный облегчения и благодарности взгляд.

Зря. Она ещё не в курсе, что я уже всё решил.

– Спасибо большое, – бормотала она. – У меня уроки, дети. И сказали, что ничего страшного нет. И простите, что пришлось со мной возиться. Это вовсе не обязательно. И лингафонный кабинет…

Я закатил глаза. Боже, дай мне сил. Она всё же дура. Ну, из разряда – с придурью и лёгким налётом святости. Ангел, которому уже сломали крылья, а он всё смотрит в небо и пытается взлететь.

Я остановился резко. Она не успела притормозить и уткнулась лицом в мою спину.

Молния на вылет. Разряд тока в штанах.

Да, это химия. И можно не повторять эту слово бесконечно, но я ничего не мог поделать,

Есть моменты, когда я не успевал контролировать ни мысли, ни реакции тела. Хотя это, наверное, и не поддаётся дрессировке, сколько ни старайся.

– Послушайте, Анна, – обернулся я к ней. – Давайте вы помолчите. Я решу вопрос с лингафонным кабинетом. Я сказал вам «да». А если я дал положительный ответ, значит я сделаю. Я в состоянии самостоятельно найти спецификацию, которая соответствует нормам. Быстрее было бы, если б вы принесли готовую, а не пришли со словами, что вам нужен «хороший высококлассный лингафонный кабинет».

– Извините, – быстро вклинилась она, будто я вынуждал её вечно мне кланяться.

– Что касается всего остального… Сейчас я отвезу вас в клинику, где вы пройдёте обследование и получите лечение.

– Не надо… – попятилась она, но я успел схватить её за руку и направить к выходу.

Мне до чёртиков надоел весь этот балаган.

– Илья Эдуардович, – открыл рот Анатоль, как только услышал, куда мы направляемся.

Он мой друг. И не на людях общаемся на «ты» и по именам, без лишних реверансов. Но сейчас он на службе, а поэтому мне не нужно, чтобы он смотрел на меня предупреждающе.