Измена. Ты нас предал
Шрифт:
Он выглядел таким холеным и красивым, в своем голубом костюме и белой рубашке. Говорил по телефону, но, когда увидел меня, положил трубку. Я буквально влетела к нему, прижавшись к его груди.
— Слава Богу, ты здесь.
— С тобой все в порядке? — спросил он, отстранившись и тронув пальцами мой подбородок.
— Все очень плохо. Мы. Мы должны вызвать. В этот раз я не оставлю это просто так. Позвони…
— Кому? Зачем? — его идеальные светлые брови изогнулись.
— В полицию. Я не уеду, пока не увижу, как Нориана не выведут в наручниках. За похищение и причинение физического и морального вреда.
— С ума сошла? Это же Нориан. Городецкий с нас три шкуры спустит. Нет. Об этом не может быть и речи. Ника, мы обязательно разберемся с этой ситуацией. Без публичности и шумихи. Разберемся, слышишь? — Никита тряс меня за плечи, а я смотрела на него стеклянным взглядом, не до конца осознавая смысл его слов. — Уезжаем отсюда.
Но одно я точно поняла, он не хотел наказывать этих подонков. Я окатила Никиту презрительным взглядом и побежала обратно в отель.
— Ника! Мать твою! Куда тебя понесло?!
Я подбежала к ресепшену и попросила у ошарашенной девушки в красном пиджаке телефон.
Слава Богу, та не стала пререкаться и расспрашивать, а сразу подала телефонный аппарат.
Трясущимися пальцами я набрала полицию и сообщила, что вчера вечером меня похитили и удерживали в этом отеле до этой минуты. Что мои похитители сейчас находятся в номере этого отеля. Грубый мужской голос сообщил в ответ что опергруппа выезжает и мне нужно подождать их приезда.
Девушка за стойкой с круглыми глазами таращилась на меня, слушая всю историю что со мной произошло за последние сутки. Да, я сама офигела бы, если бы услышала. И не поверила бы.
Такое можно увидеть, если только в фильмах. Настоящий блокбастер. Девушка позвала администратора, но тот явно был уже в курсе, что-то лепетал, что я не так все поняла и предложил расслабится и пойти в их спа, в качестве извинений. Я ответила ему, чтобы он сам шел в свой спа-салон. Теперь Нориан получит по заслугам, и на этом мой триллер будет окончен. Очень хочется в это верить.
Я в предвкушении ждала полицию. А Никита грыз ногти и безуспешно пытался уговорить меня уезжать отсюда. В промежутках между уговорами и угрозами, что нам конец от Городецкого, он постоянно кому-то звонил. Моему и его руководству. А их там немало человек. Куда не ткни пальцем-тот начальник, только чего коснись никто ничего решать не хочет, только штрафовать и угрожать, требуя строгого выполнения их приказов.
Нас ждал самолет. А в Москве горели сроки репетиции номера нового трека. Но сейчас было совершенно на все плевать, сейчас я должна наконец положить этому безнаказанному ужасу конец. Больше терпеть, оглядываться, бояться я не была намерена. С меня хватит. Сегодня я чуть не шагнула из окна до такого отчаяния довели. Больше у них такой возможности не будет. Все ответят. По закону. По всей строгости.
Нориан со своей шайкой словно ждали нас. Тут же распахнули двери и впустили нас с улыбкой. Меня накрыло еще больше и затрясло. Возвращаться в свою клетку — страшнее самого страшного сна. И я почти сразу поняла, что ничего у меня не выйдет. Слишком уверенно они держались и выдавали насмешливые ответы следователю:
«Вы что? Уважаемый. Эта девушка сама своими ногами пришла. Просто вчера она много выпила и возможно приняла что-то еще для настроения, вот и не помнит всего. Мы не знаем точно, но в ее тусовке все балуются наркотиками. Даже ее муж. Но она совершенно точно сама хотела ехать со мной и продолжить знакомство в отеле.»
Нориан вел себя так уверенно, что я сама чуть не поверила в его слова.
Полиция кивала и направляли меня на медэкспертизу на наличие наркотиков в моей крови. Я, конечно, согласилась. Но в голове мелькнула мысль, что эти подонки могли мне что-то ввести, пока я была в отключке. Но в любом случае сама, по своей воле я ничего запрещённого не принимала.
Ситуация поворачивалась против меня, что я сама сюда своими ножками притопала и была под наркотиками. И я с сожалением, вынуждена признать, что голыми руками Нориана так не взять. Истерить, кричать. Махать шашкой. Этим я его не засажу. Оставалась одна надежда — на медэкспертизу. Что она отразит правду.
Но когда на телефон следователя поступил звонок, короткий, он заметно побледнел и только поддакивал и соглашался. Затем вытер лоб рукавом рубашки и взял меня под локоть, выводя из номера Нориана, пальцами давая отбой своим сослуживцам и попутно извиняясь перед Норианом, покидая его номер.
Мы спустились вниз. Опер увел меня в дальний угол холла и сбивчиво попытался объяснить, что мне нужно просто забыть все, что со мной здесь произошло. Это, блин, как?
— При всем уважении к вам, Ника. Не по зубам он вам.
— А Вам?
— И мне.
— Предлагаете сидеть сложа руки? А он дальше будет коверкать жизни других, ни в чем не повинных девушек?
— Предлагаю обходить этого человека стороной.
Я усмехнулась и плюхнулась попой на диван, хлопнув руками по коленям.
— Прекрасный совет. Как? Подскажите, на милость! Улететь на другую планету? Я и раньше не искала с ним встреч. Более того, избегала и посылала его во все далекие дали. Но это не помогает.
— Возможно, вам и правда на время лучше уехать. Исчезнуть. Он переключится. Потеряет к вам интерес. Все утихнет, и вы вернётесь. Вообще публичная деятельность всегда чревата такими последствиями, как обретение навязчивых и бестактных поклонников.
Я долго смотрела на мужчину в форме и снова усмехнулась.
— Мне уйти со сцены из-за этого больного извращенца? Какая-то странная у вас логика, товарищ следователь. Не логичная и не справедливая. Может вы — органы лучше работать начнете и остановите этого урода? Может лучше ему перестать издеваться над невинными девушками, чем вы будете нас уговаривать бросить искусство, которое никому не делает вреда?
— Можете ругать органы сколько хотите, но мы тоже имеем ограниченные возможности.
Опер подошёл ко мне ближе и почти шепотом произнёс у моего уха.
— Большую шишку остановить сможет только тот, кто выше него самого, понимаете? И это точно не мы. Он неприкосновенен для нас.
— Вы просто ничего делать не хотите. Вот и все. И ищите отговорки.
Мент усмехнулся и взял свою фуражку, собрался к выходу.
— Я вижу вас не переубедить. Значит каждый из нас останется при своем мнении. Но дам один совет вам. Если у вас нет влиятельного друга, который смог бы остановить Нориана, у вас один выход — оставить карьеру певицы и уехать подальше.