Измена. Второй шанс для виконта
Шрифт:
— Судя по всему, в постели вам нет равных, милорд Рочфорд, — сказал он. — Вы заставили нас выглядеть идиотами в глазах почтенных дам.
Лорд Мёрфи фыркнул.
— Держу пари, что шлюха-Уилсон написала про него правды не больше, чем про меня. Она просто разозлилась, что я не стал ей платить! А Рочфорд, судя по всему, заплатил с избытком, чтобы она его прославляла.
Книга? Шлюха? Платежи? Всё это не предвещало ничего хорошего.
С содроганием сердца Джеймс взглянул на обложку томика, лежащего перед ним.
«Воспоминания Фанни Уилсон»
Святый Боже… Так вот, в чем дело.
Пару месяцев назад Джеймс действительно получил записку от Фанни, в которой она сообщала, что писала мемуары, и предлагала ему сделать «пожертвование», дабы сохранить его имя в тайне. Виконт проигнорировал эту неудачную попытку шантажа.
Все, кто знал Фанни хотя бы одну ночь, могли убедиться, что ее навыки никак не связаны с чтением и письмом. И всё же вот они, ее «Воспоминания». Джеймс открыл книгу на отмеченных страницах и вспыхнул еще больше, когда прочитал, что написано про него.
Кто-то, должно быть, помог Фанни это написать. Кто-то, у кого больше словарного запаса, чем здравого смысла. Джеймс захлопнул книгу. Он прочитал достаточно.
— Я ей не платил, — коротко сказал он, подталкивая томик к Бренчу.
Мёрфи снова фыркнул, сморщив длинный нос.
— Лжете. Ни один мужчина не способен вот на это. А еще всем известно, что женщины не испытывают удовольствие в постели.
Мужчины за столом одновременно загудели, бросая на Мёрфи недоуменные взгляды.
— Неудивительно, дружище, что у вашей жены любовников, как у портовой девицы, — усмехнулся лорд Феррот, улыбчивый и остроумный малый, который до этого предпочитал молчать. — Кажется, про вас Фанни Уилсон не врет.
Мёрфи вспылил.
— Я бы мог призвать вас за это к ответу, Феррот, — процедил он сквозь зубы.
— Но вы не станете, — заявил граф Дорсет, кашляя в кулак, — потому что это правда.
Стол взорвался жаркими спорами. Кто-то защищал лорда Мёрфи, кто-то насмехался над ним, а Джеймс лишь молча откинулся на спинку стула и тяжело вздохнул.
«Массивная мужественность»? О чем, черт возьми, думала Фанни? И вообще, его «мужественность» вовсе не была «массивной». Или была? Природные данные всегда казались Джеймсу обыденностью… Господи боже, да что за мысли!
Он слегка тряхнул головой, сбрасывая с себя глупости. Его должно заботить вовсе не это, а то, видела ли эту книжонку Элоди. Он закусил губу. Судя по тому, как она отвернулась, она всё видела. Отрывки, по крайней мере. А отрывки часто бывают хуже, чем вся правда целиком.
Вот же дьявол! Теперь Элоди считает его развратником, который сношает дам полусвета… И это после того, как только-только выпросил у нее шанс!
Джеймс подавил желание застонать и провести рукой по волосам. Нужно как-то это исправить. Поговорить с ней. Развеять ее сомнения. Но позволит ли она ему? Кажется, судьба опять изменила планы.
Глава 11
Глава 11
— Вы что-то ищете, милорд Рочфорд?
Джеймс пробыл в библиотеке примерно полторы минуты, прежде чем сестры Буршье набросились на него. Они все были здесь, за исключением Элоди. После обеда она исчезла так быстро, что у него не было шансов ее догнать.
Он еще полчаса играл в довольного гостя, а потом откланялся и пустился на ее поиски. В саду ее не оказалось. Может, в библиотеке? Когда дом полон народу, нет лучше места, чтобы уединиться.
Ее сестры, должно быть, следили за ним.
— Дамы, я ищу не что-то, а кого-то, — честно признался он.
Но ради приличия изобразил интерес к томику Генри Филдинга на одной из полок.
— Надеемся, что не Элоди.
Джеймс вздрогнул, когда понял, кто это произнес. Он повернул голову, чтобы встретиться взглядом с Оливией.
Боже, что за спектакль? Она правда изображает заботу о старшей сестра? Воистину, наглость этой женщины поражает воображение.
Он холодно улыбнулся.
— Жаль вас разочаровывать, леди Коттон, но именно леди Элоди я и ищу.
— Разве вы уже не причинили ей достаточно вреда?
«А ты разве нет?», — чуть было не ответил он, но сдержался. Вместо этого изобразил невежество.
— О каком вреде вы говорите?
За нее ответила Фиона:
— О мемуарах Фанни Уилсон, например!
Джеймс поморщился.
— Это точно не моя заслуга.
Черт, почему в этом доме его постоянно стремятся в чем-то обвинить? И ладно в прошлый раз, но сейчас-то какой состав преступления?
— Не я писал эту книгу и уж точно не я обращал на нее внимание Элоди.
Вперед шагнула Мюриэль.
— А как насчет того, что вы разбили ей сердце три года назад?
Джеймс вздрогнул. Если он разбил ей сердце? Тогда он заслужил за это все кары небесные, но… Но будь он проклят, если не испытал извращенное чувство радости при этих словах. Невозможно разбить сердце, которое тебя не любит. Значит, Элоди не всё равно.
— Это только между мной и вашей сестрой, леди Мюриэль.
— Дело в том, что у вас есть привычка причинять боль нашей сестре, милорд. Этим всё и заканчивается, когда вы преступаете порог нашего дома.
Это снова была Оливия. Джеймс снял книгу Филдинга с полки и сосчитал до пяти, прежде чем снова взглянуть на нее. И многозначительно промолчал.
— Мы не хотим, чтобы Элоди снова страдала из-за вашей глупости, — продолжила Лив.
Господи, как же он ее ненавидел.
— Думаю, она страдает не только из-за моей глупости, — холодно ответил он.
Оливия нахмурилась.
— Я не понимаю…
— Вы правда хотите, чтобы я объяснял?
Оливия изменилась в лице. Заметили ли это сестры? Вся краска мгновенно схлынула с ее щек, и Джеймс остался доволен.
Изабель приподняла бровь и перевела взгляд с Оливии на Джеймса и обратно. Пришло время ее отвлечь, пока она не достигла слишком высокой степени понимания.
— Дамы, — он махнул в их сторону книгой, — забота о сестре делает честь каждой из вас, но, уверяю, я не собираюсь причинять Элоди вред. Я только хочу загладить вину за наше общее прошлое.