Чтение онлайн

Меня трясет от несправедливости обвинения, от того, что об изменах своего сына бывший свекр" тактично" умалчивает, выставляя всё так, будто бы одна я виновата в произошедшем. Я уже собираюсь высказать ему все, что мечтала высказать долгие годы после того, как меня вышвырнули из семьи, но тут очередной залп детского смеха позади меня возвращает в реальность. Не здесь и не сейчас. А, учитывая, что мы вряд ли когда-нибудь ещё увидимся, значит, никогда.

– Ни за какие деньги мира я не вернулась бы в вашу семью, даже если бы вы на коленях молили об этом- гордо выдаю я и обхожу опешившего от такого признания Аята Разиковича. Спешу на выход, а выйдя из душного во всех смыслах дома, радостно улыбаюсь, точно одержала победу в одном из важнейших сражений в своей жизни. Припускаю по дорожке к воротам, пьяная от счастья. Наверно, и к лучшему, что мы встретились. Словно гештальт закрыла, мучивший долгие годы. Заказываю такси, а сама, не удержавшись, кидаю взгляд на дом- все гости внутри, ярко светятся окна, музыка и веселье. Охрана далеко, а вокруг меня - точно снежная сказка. Мягкий пушистый снег опускается на землю в удивительном танце. Раскинув руки в стороны, я кружусь на месте, опьяненная счастьем. Словно пленник, сбежавший от хозяев, а сейчас узнавший, что ему давно выписали вольную, я ликую, празднуя настоящую свободу. Пока не натыкаюсь на кого-то очень большого. Но судьба сегодня не на моей стороне! Поднимаю взгляд наверх- Тигран! Он стоит совсем рядом и прожигает меня удивлённым и одновременно жадным взглядом. В темной куртке, классическом костюме и белой рубашке он так не похож на того насмешливого прожигателя жизни, которым был или, скорее, хотел казаться, раньше. Потому что, спустя годы, я поняла, что была слишком глупа, деля мир на чёрное и белое, веря в то, что люди показывают, строят из себя. Вот Дамир - он пытался выслужиться перед родителями, показывал себя с хорошей стороны перед всеми, делал вид, что живёт одной работой. И?! А Тигран же, хоть и пытался казаться легким на подъем любителем вечеринок, женщин и лёгкой жизни, на самом деле усердно работал..

– Пришла возвращать мужа?- кивает он на мой наряд. Я лишь посильнее запахиваю шубку на груди.

– Не поверишь, но мир не крутится вокруг одной вашей семьи. Как-то и сама жила все эти годы, обходилась без вас!- после того, как я смогла дерзко и, на мой взгляд, уверенно " отбрить" бывшего свёкра, я чувствую себя такой острой на язык. Да и обида так и рвётся изнутри, не важно, кому высказать её, лишь бы не внутри себя держать.

Звонит мой телефон, я достаю его, думая, что приехавшее такси избавит меня от необходимости общаться с Тиграном, специально демонстрирую ему экран- показать, что я занята, и что уезжаю. Но звонит... няня. Ещё и по видео. А я настроила ее звонки так, что мой телефон автоматически принимает их. И вот теперь...

– Такси подъехало, извини, приятно было увидеться.- пытаюсь сбросить звонок, но влажный от мгновенно тающих снежинок экран зависает, не позволяя этого сделать так быстро, как я бы хотела.

– Арина, Арина?- Елена Петровна подслеповато щурится в экран - Очки куда-то запропастила, найти не могу. Арина?

– Ма-ма, мам! Пливет, мама!- мои глаза в ужасе распахиваются, когда на экране появляется довольное лицо моего сынишки. Точной копии Тиграна. Понимая, что этот момент, сколько ни оттягивай, наступит, поднимаю голову- проверить, увидел ли Тигран сына. Или же я еще успеваю сбросить звонок и что-то наспех придумать? Пальцы скользят по влажному от снежинок экрану, но тот не желает откликаться, зависая снова и снова . Да и, судя по выражению лица Тиграна, я уже не успеваю ничего предпринять. Он все видел!

– А-ри-на,- медленно, по слогам выдыхает он.- Ты ничего не хочешь мне сказать?

Вот тут в сериалах обычно немая сцена, все замирают....Со мной почти также. Нет, я знала, понимала, что поступаю неправильно. Скрываю ребенка от его отца. И, когда совесть совсем допекала, торжественно обещала себе, что " через несколько месяцев/в день рождения Ратмира/после отпуска" уж точно наберу Тиграну и все сообщу. А после отодвигала вот это " сообщу" очередными отговорками на ещё более неопределенный срок. И вот теперь всё лавиной обрушилось на меня, в один момент. Угрызения совести, злость Тиграна, чувство вины перед ним и сыном, нашим сыном.

– Я ...я... Прости, я должна была сказать раньше. Это- Ратмир. Он- твой сын.- зажмурив глаза, выпаливаю, понимая, как по-идиотски сейчас выгляжу. Взрослая женщина, а сколько скрывала и беременность, и сына, и сейчас не может признать свою вину. Каким бы ни был по отношению ко мне Тигран, но он заслуживал знать о том, что у него родился ребенок.

Слышу, как он шумно выдыхает:

– Это п...здец, Арина. Прости, но у меня нет других слов.

Раскрываю глаза, встречаясь с его ошарашенным взглядом. Даже удивительно, что в нем нет злости. Только удивление и лёгкая растерянность. Словно он примеряет на себя роль отца, сживается с мыслью, что теперь у него есть ребенок.

Лёгкий озноб проходит по телу, когда соображаю - а вдруг у него уже есть семья, другие дети? Вряд ли его жена будет довольна тому факту, что у мужа появился из ниоткуда сын, на которого теперь придется делить любовь отца. Тупая боль сковывает, заставляет обмирать от предположений, одного страшнее другого- что теперь будет? Зачем я вообще сказала? Нужно было молчать, соврать, да что угодно! Хотя, вряд ли Тигран не проверил бы все сам, после того, как увидел, насколько Ратмир внешне похож на него. И даже не солгать, что он от Дамира, ведь между ними огромная разница во внешности. Тигран гораздо красивее. Брутальной, мужской красотой.

– Я....- Тигран сжимает кулаки, а на его скулах ходят желваки.
– Я просто не представляю, как можно столько времени скрывать ребенка от родного отца, Арина!
– степень его отчаяния видна в том, что он теряет над собой контроль. Обычно его реальные эмоции всегда надёжно заперты внутри, скрыты под маской весельчака и обольстителя, а теперь он передо мной настоящий, один сплошной оголённый нерв. И я, не выдерживая, шагаю ближе. Обхватываю его руки своими, заставляя взглянуть на меня:

– Мне правда очень стыдно. Очень. Я...Я столько раз хотела сказать тебе, сообщить, но....

– Но что?- стряхивает он мои руки, с презрением глядя на меня- Бог хотения не дал?! Скажи, ты здесь ради него?- он кивает на дом.

Сначала я даже не понимаю, о ком идёт речь. А потом отрицательно качаю головой:

– Я здесь по работе, я даже не знала, куда еду.

Судя по скептической ухмылке Тиграна, он не верит мне ни на каплю.

– Ну, конечно. Дамир и его родня только приезжают пожить в этот дом, а спустя несколько месяцев ты уже здесь? Ну-ну.- теперь он хватает меня за локти - Я не знаю, в какие игры ты играешь, Арина.- рычит он- Но больше делать из меня дурака не позволю. Я хочу видеть своего ребенка, общаться с сыном!

Пытаясь освободиться от его мертвой хватки, возмущаюсь:

– Мне больно! И холодно!

Он кивает, а затем тащит меня за собой как на буксире.

– Куда...куда мы?
– пищу так жалобно, что самой противно. Но липкое чувство стыда, своей вины не позволяет сейчас вести себя иначе.

– Домой тебя отвезу, вместо такси. Заодно и поговорим, как будем жить дальше.

19

На середине пути я уже знаю, что Тигран не женат, детей у него нет. А ещё с удивлением отмечаю, что меня к нему невероятно тянет. Так странно, я сама не понимаю, отчего так происходит. Возможно, всё то же чувство вины гложет, заставляет искать пути выхода из ситуации. Мне хочется быть рядом с ним, разделить боль, что изредка плещется в его взгляде. Я представляю, каково ему. Одно дело, мужчина, что не желал ребенка. Мужчина, что с удовольствием отделался одной ночью и блокировкой номера. И другое дело, человек, который был готов нести ответственность за свои поступки, который был бы рад ребенку. Это я вижу в его глазах, поступках, в череде вопросов о том, какой его сын, что любит, как рос....И я его этого лишила. В нашей, женской, аналогии мой поступок- то же самое, если бы ребенка унес отец, сразу после родов, даже ни разу не показав матери. Унес на несколько лет, не позволяя матери видеться с ним. Только в этом случае ее боль растянулась бы на годы, а на Тиграна же она обрушилась разом. Я виновата. Очень виновата. Перед ним. Перед сыном. За то, что лишила их той близости, которая появилась бы, непременно появилась, расти Ратмир вместе с отцом с рождения.

В свое оправдание могу лишь напомнить себе, как раздавлена и напугана была, как желала навсегда забыть обо всем, что связывало меня с семьёй Миннехановых. А ведь Тигран был её частью.

– Арина, - вдруг поворачивает голову ко мне Тигран, на мгновение скользя по мне задумчивым взглядом, хоть я и вижу, как внутри него всё кипит.- Неужели нельзя было написать, позвонить, послать гребаное смс?!

Я молчу. Мне нечего сказать. Я сама виновата в том, что для Ратмира родной отец теперь будет совершенно чужим человеком. Одно успокаивает - возраст ещё слишком маленький для того, чтобы появилась непреодолимая дистанция между ними. И тут же точно холодной водой обдает осознание - а если бы судьба всё не решила за меня? Я со своей трусостью лишила бы сына отца навсегда? С каждым днём ведь все сложнее и сложнее было бы связаться, сказать правду.

Тигран, отворачиваясь, всматривается в дорогу. Фары его машины разрешают угольную темноту, выхватывая стайки снежинок, спешащих вниз.

– Прости меня. Пожалуйста. Это...Я очень виновата перед тобой. Перед сыном.- наконец, нахожу в себе силы признать.- Мне было очень тяжело в то время, когда мы ...

Тигран кивает, крепче сжимая руль.

– Я понимаю. Развод, неопределенность.
– соглашается он внезапно - Ещё и то, что я сделал.

Да, он прав. Его поступок я тоже очень долго не могла ни забыть, ни понять, принять. Зачем он поступил так? Сначала все казалось мне лишь его властным капризом, желанием доказать себе, что он может получить всё, что пожелает. Гонкой соперничества с Дамиром. Теперь же я в этом не уверена. Я не знаю, чего он добивался на самом деле.