Чтение онлайн

– Нонна, поверь, клуб прекрасно работает и без меня, а вот ты – нет. Только отвернусь – так и норовишь филонить, – усмехнулся Андрей, когда я предложила ему не торчать при мне, как привязанному, пока я тренируюсь дома, а заняться своими делами.

Это была, в некотором роде, правда, поэтому возражений у меня не нашлось.

Тренер хмыкнул:

– Давай, на дорожку тогда. Сегодня десять километров.

И я пошла.

Быстро пошла.

Очень-очень быстро.

Когда через десять несчастных км я слезала с тренажера, ручки и ножки у меня тряслись, а в глазах мельтешили мушки, но твердая рука тренера уверенно меня подхватила и повела в душ. И уже у самой ванной комнаты он на мгновение прижал меня к себе и шепнул:

– Скажи мне.

Я мотнула головой в отрицании и спряталась за дверью, потому что, кроме двух важных просьб: поговорить с Киром и отвадить Зуева, меня вдруг накрыло абсолютно несвойственным мне желанием.

И это была проблема.

Глава 35: Где-то на белом свете

«— Мне теперь из этого дома два пути —

или я её веду в ЗАГС,

либо она меня ведёт к прокурору…»

к/ф «Кавказская пленница,

или Новые приключения Шурика»,

1967 г., реж. Л. Гайдай

Пока я паниковала в ванной, приехал Кир. Мрачный, хотя вроде бы собирался на свидание.

Встретились все на кухне.

Я – алая от смущения и фривольных мыслей, Андрей – как обычно, спокойный и внимательный, а сын – хмурый и встревоженный.

Сразу сунулась в холодильник, на предмет, чем кормить молодые растущие организмы, которые сервировали приборы, заварили чай и устроились в ожидании ужина вокруг стола.

Пока в духовке разогревалось овощное рагу, полезла в хлебницу, да так и застыла с поднятыми вверх руками, когда за спиной раздалось усталое:

– Андрюх, может, ты пока у нас поживёшь? – однако, сын мой умеет удивлять.

В то время, что я выходила из ступора: опускала руки, забыв, за чем именно сунулась в шкаф, хлопала глазами и хватала ртом воздух, мой «самый главный мужчина в доме», а также его владелец, продолжил:

– Время сейчас беспокойное, ездить тебе далеко. А так и мать всегда в безопасности, и тебе попроще будет.

– Я не против, – тренер мой по-прежнему лаконичен.

– Вот и славненько, – мультяшным голосом протянул сын довольно.

Мужики договорились, а я офигела.

Главное, что у меня как-то не нашлось достойных возражений, да и не искалось, откровенно говоря.

Душа томилась, металась и дико раздражала своими дурацкими порывами, которые хороши были бы лет в двадцать, а никак не в тридцать.

Надо сказать, что жить под одной крышей с молодым, фактурным и вообще офигенным парнем – такое себе удовольствие.

Совсем непросто для психики и нервной системы.

Нет, я и раньше по дому лахудрой не шарахалась, но теперь в Кировых майках, любимых моих растянутых лосинах и в старых платьях было не походить.

И краситься тоже, хоть слегка, но было нужно каждый день.

Катастрофа для такой бьюти-лентяйки, как я.

А вот Кирилл был счастлив.

Всё реже куда-то уезжал вечерами, чаще они с Андреем в гостиной то в карты резались, то в приставку, то бои смотрели на большом экране и обсуждали.

Иногда даже предварительно готовились по полной программе: покупали колу, брали чипсы, копченые колбаски, гренки с сыром и попкорн – это у них был день «читмил[1]».

В такие вечера мне позволялось расслабиться, выпить бокал вина и заняться девочковыми делами у себя.

Можно сказать, что в этом мирном режиме «сохранения энергии» у нас прошел остаток января, а вот феврале – началось.

И, конечно, всё разом. Стартовали две сложные стройки, где приходилось часто по первости задерживаться до глубокой ночи, студенты выползли с каникул расслабленными, и учебный процесс шел через пень колоду, а Сергей Сергеевич атаковал меня новыми предложениями по совместному времяпрепровождению в день святого Валентина ежедневно.

Звал настойчиво то в спа-отель, то в ресторан, где едят в темноте, то в аквапарк в соседнем городе, то на лыжный курорт в области.

Жуть.

Терентьев активно помогал с запуском строек, да ещё по всякой частной мелочи и с рабочей текучкой тоже, то есть мелькал в офисе регулярно и бесил Зуева сильно.

– Ты смотри, но надолго его выдержки не хватит. Вот, не вытерпит мужик, украдет тебя и женится под угрозой невозвращения тебя домой, – пошутил Дмитрий как-то, когда мы пили чай на кафедре в институте после пар перед тем, как ехать в офис.

Но я нынче во всём видела подвох и происки врагов, вот и насторожилась.

И не зря.

– Нонна Аркадьевна, вас срочно вызывают на площадку в заповедник, – заверещала в приемной Маша ближе к пяти часам.

Недоумевая, вышла на зов:

– С чего вдруг? Я вчера там была, всё решили.

Моя помощница, похожая на бешеную белку: с торчащими во все стороны из пучка прядями, безумием во взоре и румянцем во все лицо, подскочила из-за стола и затрещала:

– Не знаю, Нонна Аркадьевна, но там у них «строй контроль» какой-то приехал. Главного требуют.

– А я при чём? Есть Семёныч – самый главный наш строитель, если прораб и начальник участка им не подходят. В конце концов, есть же Зуев, – я терялась в догадках.

При чем тут я-то? Мое дело – этап подготовки, а не сама стройка.

Маша захлопала губами и глазами:

– Они вроде как после обеда разъехались. Иван Семенович – по объектам с инспекцией, а Сергей Сергеевич – на встречу.

– Ясно, – хмыкнула и вернулась в кабинет, плотно закрыв дверь.

То, что всё это ж-ж-ж неспроста, было очевидно даже такому дилетанту в интригах, как я.

Прошла в комнату отдыха, включила воду в душевой и позвонила Киру, предупредить. Сын был краток:

– С одним Андреем туда не суйся. Возьми охрану и Терентьева.

Хмыкнула.

Мысль дельная.

Растет ребенок, вот и мозги с осторожностью подвозят постепенно. Так думать было приятнее, чем о возможной у нас с ним одной на двоих паранойе.

Хотя фиг с ним, как это ни назови, но по мне, так лучше перебдеть, пусть даже показаться окружающим паникершей.

Предупредила Андрея, побеспокоила Дмитрия.

– О, дорогая, за такое веселье я не только протекцию в мэрии попрошу, – засмеялся наш консультант, – но и племянника на практику к тебе в холдинг устрою.