Чтение онлайн

— О чем ты? Все норм. Кот молодцом, в Питер точно поедет.

Да-да, как я это все понимаю. Лобби это называется, да.

— А не способствовал ли ты этому, а?

— Он заработал, правда.

— Конечно, не сомневаюсь, — естественно, я никогда прилюдно не усомнюсь в талантах и успехах сына, но как же это бесит.

— А тебя ждет сюрприз, милая.

— Уже страшно.

— Ари, ты веришь мне? — такой вопрос неожиданный.

И ответ у меня выходит вполне в стиле и духе:

— Это очень странно, но да.

Глубокий выдох и такое острое:

— Я оправдаю доверие. Люблю тебя, милая. Возвращайся или я приеду сам.

— Иди спать. Завтра уже вернусь, — держусь из последних сил, чтобы не вздыхать, не стонать, не просить.

— Жду тебя, любимая. Сладких снов.

Твою мать, как теперь уснуть?

[1] Автодорога М-11 «Нева» — скоростная автомагистраль между Москвой и Санкт-Петербургом.

'Словно строю замки из песка,

Но вот река,

Плывущая издалека,

Обнимает волной и лениво уносит

Непрочные башенки слов…'

Максим Леонидов «Знаешь, всё это и есть любовь»

Утром, возблагодарив бабу Наташу, за то, что после ее наливок похмелье отсутствовало, я умылась и малодушно решила, что полуночные откровения мне почудились.

Так, приснилось что-то душещипательное.

Предупредив детей, что выезжаю, обнялась с теми, кто столько лет берег мое «родовое гнездо» и с невероятным ощущением легкости выкатилась на трассу.

Посредине дороги, пролистнув в мессенджере от Глеба фото идеального завтрака: яичница в виде сердца, окруженная поджаренным беконом, тост с творожным сыром, чашка кофе и стакан апельсинового сока, внезапно осознала: у Леры грядет последний экзамен и зачисление. А значит, вопрос с Сеней, будь он неладен, вновь встанет ребром (и хорошо, если только им).

Ясно, что надо срочно стелить соломки.

— Привет, вредная обезьянка, какие у вас планы на пару ближайших выходных?

Фиске не привыкать к моим странным и внезапным вопросам.

— Ты, конечно, как всегда неожиданная, но мне даже есть что тебе сказать. Через выходные собирались к вам на шашлыки, на берегу Волхова или на экскурсию, хоть бы и в Кремль…

Хорошо, что это не видео-чат. Езус-Мария, я теперь всегда так интенсивно буду краснеть при упоминании Кремля?

— В целом — одобряем. А еще готовы внести предложение: как вы насчет того, чтобы в следующие выходные метнуться в столицу, да еще и Леру прихватить. С возвратом.

— Мать, что там у вас происходит? — Анфиса звучит уже встревоженно.

— Первая несчастная любовь, даст бог с вашей посильной помощью, завершится. Подробности у Лерки спросишь, но в целом: был роман на расстоянии, потом очные свидания, дальше мы переехали, и они какое-то время гуляли вместе. А затем он пропал. Ни слуху ни духу. Смогли узнать у его отца, который преподает там, куда Леруша поступает, что кадр этот гостит в Москве у деда. Лера страдает, хочет увидеться и прояснить ситуацию.

— Ты же понимаешь, что ждать «долго и счастливо» при таких вводных не приходится? — эх, Фиса, ты еще отягчающий анамнез этих отношений не знаешь.

— Все всё понимают. Даже Лера. Но она хочет расставить точки.

— Похвально. Мы в ее возрасте изящно прятались от любых выяснений.

Дружно вздыхаем, а я понимаю, что я и сейчас в таком же состоянии. Ну, чего бы мне не поговорить откровенно: с Игорем, с Сергеем, с Глебом?

Нет, я сижу и жду, когда это все само как-нибудь утрясется и рассосется.

А оно нет.

— Ладно, мы с Марком обсудим такой план. Напишу тебе, — соглашается подруженция.

Выдыхаю. Если удастся отправить дочь в Москву под присмотром Фисы с мужем, то я буду более, чем спокойна.

А отправлять ее придется, тут без вариантов.

«Резать к чертовой матери, не дожидаясь перитонитов!», — это прямо идеально подходит к нашей истории с Арсением.

— Привет семье.

На этом мы расстаемся, вполне довольные друг другом. Как обычно.

А дальше, не успела я въехать в Новгород, как позвонил свёкор:

— Арина, милая, как ты помнишь, у Танюши скоро юбилей. Мы понимаем, что некоторые личности не будут вам кстати, поэтому на общем торжестве не настаиваем и будем с Танечкой рады, если вы с Лерой и Костиком найдёте время и просто посетите нас. Ну, хоть до, хоть после этого события. Только предупредите — когда, мать пельменей наготовит.

Ох, ты ж!

Как-то я выпустила из виду день рождения бывшей свекрови. Ладно, после всего, что свекор для нас сделал, нужно быть свиньей, чтобы наплевать на его просьбу:

— Спасибо огромное, Николай Романович, мы очень признательны за приглашение и приедем с удовольствием. Сейчас я обсужу с Лерой календарь экзаменов и спрошу у Кости про график тренировок. И мы, конечно же, предупредим.

— Ох, Ариша, детка, порадуете стариков. Спасибо, милая.

— Не переживайте, привезу к вам этот безумный цирк, еще выгонять будете.

Свекор разразился отнюдь не старческим смехом.

Так и попрощались.

Хороший он все же человек. В кого же Ромка-то уродился?

Но все мысли о бывшем муже мгновенно покидают мою голову, когда я захожу на кухню своей новой квартиры.

В центре на полу стоит ведро с огромной охапкой бордовых роз на километровых стеблях.

— Что за номер? — уточняю у загадочно улыбающейся дочери.

— Вчера вечером от Сергея Владимировича привезли.

— Твою мать, — непедагогично хмыкаю.

На ловца и зверь бежит. Надо же нам как-то Леру в столице с Сеней пересечь?

А это что за?

С огромным усилием отрываю взгляд от «идеального завтрака», сервированного на столе.