Чтение онлайн

Дракон подходит ближе, и резким движение отодвигает льняную ткань платья с моего плеча. Метка, почувствовав его прикосновение, светится ровным светом, признавая своего хозяина.

Он смотрит мне в глаза, и я понимаю, что полностью в его власти, хоть он едва лишь коснулся меня пальцами. Смотрит в саму душу. Такому и не пикнешь наперекор. Выше меня на целую голову, а плечи так широки, что я чувствую себя рядом с ним маленькой девочкой.

– Я Дирэн дар Кёртис, Великий Драконорождённый. На тебе моя метка истинности. Мой дракон признал тебя. Ты идёшь со мной.

Дирэн не задал ни одного вопроса. Он жёстко ставил перед фактом. Просто сообщал. И, как бы страшно перед неизвестностью мне бы не было, я пошла за ним без сомнений.

Когда меня отправили за моими несчастными пожитками, Имо поймал меня в коридоре, и затащил в тёмный угол.

– Бьянка, ну как же так? – этот мерзавец плевался слюнями прямо мне в лицо, - мы ведь даже не успели ближе узнать друг друга…

Он потянулся к завязкам платья на боку, потянул ленту. Я попыталась ускользнуть под его рукой, но Старший брат оказался на удивление сильным.

– Давай, птичка, - он повернул меня к себе спиной, - так будет даже интереснее…

– Помогите… мммм…

Крик о помощи утонул в его ладони, которой Имо закрыл мой рот. Вот и всё – в день, когда я подумала, что могу от него сбежать, подлец поймал меня. Как глупо…

Но стоило ему коснуться подола моей юбки, в коридор влетел Дирэн. Мне даже показалось, что от увиденной картины его глаза засветились тёмным светом.

Всего за минуту дракон превратил Иммолио в кровавое месиво. Он бил его с таким остервенением, что мне пришлось прикоснуться к нему с мольбой.

– Господин, прошу… Вас могут привлечь к ответственности, а это ничтожество того не стоит.

Тогда он взглянул меня, мне показалось, как на равную. И прислушался к моим словам.

Теперь я знаю – это не так. Я никогда не была равной ему. Ведь вижу собственными глазами моего мучителя, для которого Рэн велел мне приготовить чай по давней традиции своей семьи. И при этом держит на руках свою… беременную… любовницу…

– Ты похорошела за эти годы, Бьянка, - облизывается Иммолио. Потом кивает на меня, и спрашивает у Дирэна, - За сколько отдашь её? Плачу любые деньги.

– Любые деньги? Ты стал щедрее, - хохочет Рэн. Потом переводит взгляд на меня, и тут же хмурится. Пронзает этим взглядом насквозь! – Бьянка, чего встала? Убирать кто будет? Я?

Меня просто парализует. Он никогда так со мной не разговаривал, даже когда забирал из приюта! Да, был отстранён, насторожен, но никогда – груб!

У нас полон дом прислуги, а он велит мне прибраться?! Нет, я умею прибирать – в приюте занималась этим каждый день.

Но когда Рэн привёз меня в этот дом, то пообещал, что я стану госпожой, а не обслугой! Значит, сейчас он говорит это при Имо и своей любовнице только с одной целью – нарочно меня унизить…

Непрошеные слёзы набегают на глаза. Я не могу поверить в то, как круто изменилась моя жизнь! И не хочу верить, что Дирэн способен отдать меня обратно в лапы Старшему брату Иммолио, ведь Рэн знает, что со мной будет!

Словно в подтверждение Имо ловит мой взгляд и проводит кончиком языка по толстым губам, и тут же похабно усмехается. Прошло три года, как мы не виделись, а он всё ещё хочет меня заполучить!

– Эта посуда была дороже, чем вся ты, - небрежно бросает девчонка, сидящая на коленях Рэна, - ты должна возместить убытки. Трёхсотлетний чайничек пострадал из-за безрукой тупицы!

– Ты просто позволишь ей так разговаривать со мной? – едва слышно спрашиваю Дирэна.

– Элисон – будущая мать моего наследника, - непререкаемым тоном отрубает Рэн, - она будет разговаривать с тобой так, как посчитает нужным.

– Но она не твоя истинная… - шепчу.

Уже понимаю, что для него истинность перестала быть аргументом. Так и оказалось.

– Я хотя бы рожу ребёнка, - иронично улыбается Элисон, - и уже довольно скоро. В отличие от тебя, пустозвонка. Спишь с роскошным мужчиной уже три года, и до сих пор пуста. Рэн и так проявил милость – столько ждал! Ему надо было вышвырнуть тебя уже давно.

Слова застревают в горле. Даже если я сейчас скажу, что беременна – разве это что-то исправит? Мне не поверят, унизят. Да и ничего уже не изменить.

Моя беременность не обнулит предательство Дирэна.

– Я возмещу убытки, которые нанесла тебе Бьянка, - скалится Имо, - только отдай её мне. Сколько хочешь?

– Отдам недорого, - Рэн лениво забрасывает ногу на ногу, - с Бьянкой стало труднее сладить. Она ничего не делает по дому, не имеет увлечений. Просто живёт, как трава. Сорняк, который надо выполоть.

Лжёт напропалую! Нарочно выставляет в дурном свете!

– Так за сколько?

– Сто золотых, и считай, сочлись.

Вот в какую сумму Рэн оценил мою любовь, мою преданность! Наш брак стоил сто золотых. Ни монетой больше.

– Забираю, - Имо довольно откидывается на кресле, - эта строптивая кобылка давно просилась на грех. Ты был с ней слишком мягок, Дирэн. Надо преподать урок маленькой потаскушке.

На перекрестье взглядов этих троих я стою, как на эшафоте. Ведь никогда не давала повода думать о себе, как о легкомысленной… Никогда! Я ничем не заслужила такие слова! Была верной женой, и мечтала стать матерью сына Дирэна, но Великая Драконица снова за что-то меня наказала.

Только слезами, мольбами, я сейчас ничего не добьюсь. Мне нужно любыми способами избежать рук Иммолио! Не приведи Драконица, он узнает, что я ношу ребёнка Рэна!

Нужно действовать тоньше. Хитрее. Я женщина, и скоро стану матерью. Они и не представляют, на какую изворотливость я способна!

– Я приму любое твоё решение, - бросаю на Дирэна кроткий взгляд, - позволь вернуться в спальню. Собрать некоторые вещи.

– Вали! – девица Элисон делает пренебрежительное движение кистью, словно отгоняет вредную собаку, - только много не бери. Не вздумай обогатиться за счёт Рэна, овца!

– Как скажете.

Возвращаюсь на кухню, чувствуя, как в груди горит от боли утраты. Опираюсь на столешницу, и с минуту пытаюсь унять разрывающее душу горе.

Потом открываю глаза и быстро выхожу через кладовую в коридор. Я знаю, что делать.

Если бы кто-то видел меня сейчас со стороны, этому человеку показалось бы, что я бесчувственна. Словно случившееся меня никак не задело.

Я сосредоточена и спешу в общую гардеробную. Вдыхая запах залежавшихся вещей, ищу зимнюю обувь, плащ на шерстяной подкладке – на улице мороз, снега по колено! Одежду беру старую, ведь искать меня будут, скорее всего, в моей обычной дорогой одежде. Из дальнего ящика откапываю сумку через плечо, и на минуты застываю. Моя показательная собранность даёт трещину.