Изменись для меня
Шрифт:
– А тебя кто просил вмешиваться? Нашел себе девчонку, так помалкивай. А мы парни свободные, холостые…
Я не удержалась. На мой смех отреагировали многие. Окружающие посмотрели на нас с интересом, но Вася зажал мне рот ладонью и потащил подальше от любопытных глаз. А я никак не могла прекратить смеяться.
– Успокойся, – твердил он мне. – Успокойся, я сказал.
– Не могу, – сквозь смех отвечала я и ещё сильней закатывалась.
– Может, ей вторую руку сломать! – предложил Пашка и посмотрел на Федю.
– А чего ты на меня-то смотришь? – раскраснелся он.
– Так ты у нас спец по этой части. Ты у нас девушек калечишь. Как мне Юличку жалко.
– Не зови её так, – ещё пуще покраснел Федя.
– Успокойтесь оба, – не выдержал Макс. – Вася, вы наверное идите, поищите её подружек, а я попробую её успокоить.
Он и Константинов обменялись странными взглядами, от чего у меня засосало под лопаткой. И Вася увёл пререкающуюся парочку подальше от нас. Но я продолжала смеяться, а когда они скрылись, я ещё сильней стала смеяться.
– У тебя истерика. Только я не вижу повода для неё. Он ничего такого смешного не сказал, так чего ты закатилась?
– Не знаю… ик. Ну, вот ик, ик-кота началась.
– Перестань смеяться.
– Не могу… ик, но ик… хочу.
– Ладно, я не вижу другого выхода. Нужно тебя напугать.
– Не ик над... – но прежде чем я договорила, он меня поцеловал. Тут же прошёл смех. На его место пришли удивление, смущение и растерянность… и икота.
– Сдурела?
– взвыл он, когда отстранился от меня.
– Это ты сдурел ик, чего людей ик целуешь ик без предупреждения.
– Что? По-твоему, я должен был сказать: «Сейчас я буду тебя целовать, так что приготовься», так что ли?
– Угу.
– Ты больная.
– Ты чего это её обижаешь? – закричала Светка. Как же они вовремя вернулись. – И почему ты ещё не разделась? И чего ты с ним тут делала?
Ик, ик, ик, моя икота нарастала.
– Ей нужно попить. Пойдём, вроде столовая работает, – потянула меня Ирка. И я послушно пошла за ней.
– И что это было? Что ты ей сделал? – наступала Света на Макса.
– Тебя это не касается. Это наши проблемы. Лучше разберись со своими. Я пошёл.
– А ну стоять! – схватила она его за рукав куртки.
– Отпусти, а не то... – прорычал он.
– Макс, ты её не тронешь, – так же прорычал подошедший Вася.
– Конечно, я её не трону. Она девчонка, я что, больной, с девчонками разбираться.
– Отпусти, – повторил он, и Света отпустила. Она смотрела куда-то в пустоту. На глазах навернулись слёзы, и она рванула прочь. Вася за ней.
А Зине ничего не оставалось делать, как пойти за нами в столовую.
Когда она к нам подошла, я уже не икала.
– А где Светик? – поинтересовалась я.
– Убежала.
– Как убежала? – одновременно спросили мы с Иркой.
– Да вы не волнуйтесь, Вася побежал за ней. Так что она в хороших руках.
– Что у вас с новеньким случилось-то?
– Потом расскажу.
– Так мы пришли веселиться? – спросила нас Ирка. Мы кивнули. – Так чего сидим, пошли танцевать.
– Пошли.
На входе в спортивный зал у нас полезли на лоб глаза. В зале был приглушённый свет, много народу, со стороны окна стояла ди-джеевская вертушка, и посередине зала под самым полотком висел огромный диско-шар.
Вдруг свет погас, и пришёл в движение диско-шар. Вокруг всё стало переливаться. Все затихли в предвкушении веселья. И после небольшой паузы заговорил ди-джей:
– Вы готовы оторваться сегодня? – в ответ раскат оваций и визг. – Ну что ж, тогда начнём!
Глава 7.
Заиграла энергичная музыка, из-за которой хотелось визжать от восторга. Она бодрила и сводила с ума. Толпа тел двигалась в такт мелодии, как одно живое существо. И нас это всё больше и больше затягивало.
А где-то в начальном блоке, на подоконнике третьего этажа сидела Светка и рыдала, уткнувшись в грудь Константинова. Тот мужественно терпел и не шевелился.
– Знаешь, - всхлипнув, начала Светик, - ты сволочь.
– Знаю.
– Ты самый ужасный человек, которого я когда-либо встречала, – всё также уткнувшись ему в грудь, говорила она. – Я тебя даже ненавидеть не могу. Зачем ты так со мной поступаешь?
– А кто говорил, что будет легко? Мы слишком долго с тобой были вместе, и это вошло у нас в привычку.
Она отпрянула от него. Эти слова являлись чистой правдой и больно резали по сердцу. Как же ей хотелось, чтобы всё было по-другому.
– Я люблю тебя, – прошептала она куда-то в сторону.
– Знаю.
Светка зажмурилась. Как часто она слышала от него это «знаю», но никогда «я тоже». Она мечтала и надеялась, что он тоже её любит.
Никто из нас не знал, какие тревожные мысли крутились в её голове, когда они расстались. Ни я, ни Зинка не догадывались, что Светка хотела наложить на себя руки. И если бы нам такое сказали, мы бы никогда не поверили в это.
– Проблема в том, что ты никогда не любил меня, – беззвучно всхлипывая, обвинила она Васю. Он молчал, смотря в тёмное окно.
– Я… - начал он, но его прервали неожиданно появившиеся десятиклашки в изрядно подвыпившем состоянии.
– Ой! А мы думали здесь никого, – сказал парень. Девчонки, которые были с ним, захихикали. – Мы вам не помешаем, а то везде всё занято?
Не дождавшись ответа, они протопали к дивану и завалились на него. Достав пустую бутылку из-под пива, они начали крутить её на полу. За всем этим безобразием Константинов и Светик наблюдали в тихом шоке.
Слёзы высохли, и она поёжилась, наблюдая, как одна из девчонок потянулась за поцелуем к этому парню. А Вася, обняв её за талию, поставил на ноги и повёл прочь.
– Куда ты меня ведёшь? – уже на втором этаже тихо спросила она.
– Ты же пришла на дискотеку, так давай потанцуем.
– Я не могу пойти туда в таком виде. У меня тушь потекла, и нос красный.
– И опухший, – не сумев скрыть улыбку, сказал он. Светик надулась.
– Знаешь что?
– Нет. Но знаю, что в спортзале сейчас темно и никто не увидит, что ты плакала. А тушь… сейчас вытрем.