Чтение онлайн

– Скоро закончится? – приземлившись в кресло, поинтересовалась я.

– А? – не отрываясь от телевизора, переспросила она.

– Не «а», а скоро закончится эта «вампирская мыльная опера»?

– Только началась новая серия, – так же, не отрываясь от телевизора, ответила Карина.

– А домашку когда делать будем?

Её явно достали мои вопросы, так как она повернула ко мне голову.

– Ты видишь, я занята, – прошипела она.

Мне удалось побороть смех, рвущийся наружу.

– Хорошо, но больше ко мне за помощью не подходи. Поняла? – не дождавшись ответа, я пошла на кухню к маме. Она готовила ужин.

– Мам? Что у нас на ужин?

– Плов. Как ты любишь.

Услышав эту прекрасную новость, я подлетела к маме и поцеловала в щёку. Она знала, что моё любимое блюдо – это плов, поэтому старалась его готовить регулярно. Но, к моему великому сожалению, плов не жаловали папа и Каринка. Поэтому для меня это был праздник. Сказав маме «Спасибо. Ты у меня самая лучшая», я выскользнула в свою комнату. И, как оказалось, вовремя. Зазвонил мой мобильник, это была Светка Щеткова, ну та, которая рассталась с Васей Константиновым. Я ответила:

– Алло?

– Привет, Жека! Что делаешь?
– голос у неё был бодрый.

– Скоро ужинать будем.

– Опять ешь!? Сколько можно? Как не позвоню, ты постоянно ешь, – подкалывала она меня.

– Не постоянно. Что хотела?

– Как грубо! Я по-дружески, по-соседски, а ты…

– Так что?

– Завтра после школы пойдешь со мной на разборку?

– Чего?

– Того. Надо одной курице перья пообщипать.

– А эта курица, случайно не Савинова? – я напряглась. Если моя догадка верна, то она хочет вернуть Константинова, «поговорив» с разлучницей.

– А ты догадливая. Ну так что, пойдёшь со мной, подруга?

– А у меня есть выбор?

– Нет, нету его у тебя.

– Тогда чего спрашиваешь?

– Да я и не спрашиваю, просто ставлю в известность, что ты завтра со мной после школы идёшь на разборку.

– Звучит как-то… неприятно, – обдумывая действия наперёд, я представила картину, как высокая блондинка, Светка Щеткова, будет бить десятиклассницу, Динку Савинову. А ведь та головы на две ниже Светика, да ещё и худющая, словно ветер подует, так её и унесёт.

– А куда деваться, это жизнь! – вывел меня из раздумий Светкин голос. – Не забудь, завтра, после школы.

– Ок!

– Тогда, пока-пока.

– Угу, пока, – отрубив телефон, я всё пребывала в задумчивости.

– С кем это ты так долго болтала?

От неожиданности, я подпрыгнула на месте.

– Что ты здесь делаешь, Карина? Как же сериал?

– Реклама. И мама зовёт ужинать.

– Иду, – промямлила я.

– Ты не ответила, – обиженно надув губки, сказала Карина.

Я лишь только посмотрела на неё.

Утро следующего дня выдалось тяжёлым. Понедельник как-никак. Встаю я в шесть часов, а в восемь тридцать начинаются уроки. Два часа у меня уходит на то, чтобы отвоевать ванную, позавтракать, одеться и накраситься. В восемь я выхожу. Хорошо, что школа недалеко. По пути я всегда встречаю Зинку Николаеву, и каждое утро она пытается меня записать в драмкружок. Говорит, что это грех, зарывать мой талант в землю. Глупая она, не понимает, что у меня боязнь сцены. И вот сейчас она тараторит о своём драмкружке.

– Ты просто обязана вступить в него. Такие как ты, самородки, встречаются редко. Женька, давай! Чего тебе стоит? Нужно реализовывать себя.

– Спасибо, Зин. Но мой ответ прежний.

– Ты не отказывайся, подумай ещё.

– Куда ещё? Одиннадцатый класс. Дальше всё! – развела я руками, как бы показывая, что ВСЁ. Вдруг она остановилась. – Ты чего так резко тормозишь?

Проследив за её взглядом, я увидела парня, стоявшего на крыльце школы. Высокий, худощавый. Его чёрная шапка скрывала волосы, а спортивная куртка была расстёгнута.

– Перевёлся. Значит, правда!

– Зина, мне за тебя страшно. Ты что раньше парней не видела? – задала я вопрос, так как она всё ещё смотрела на него. И снова повернувшись к нему, мне стало не по себе. Этот парень смотрел на нас как-то изучающе. Рядом с ним вдруг возникли Константинов и Федя. Я почему-то сглотнула. Не к добру это, ой, как не к добру.

– Перевёлся. Значит, правда! – повторила Зина.

– Кто это? – самый логичный вопрос, как мне показалось.

– Новенький.

– Это я поняла.

– Макс Лисицкий, семнадцать лет. Из-за аварии пропустил один год в школе. Перевели к нам неделю назад, – чётко выдал информацию мужской голос.

– Ааа... Э? – мы с Зиной повернулись на источник голоса. Рядам с нами стоял Пашка Рыбка.

– А ты откуда знаешь? – спросила я.

– Так мы в одном дворе выросли. Только он на год старше. Но теперь будет с нами в одном классе.

– Ясно, – я посмотрела на Зинку, на её лице было написано недоумение. – Пашка, а ты по алгебре домашку сделал?

– Нет. Что это с ней? – указывая на Николаеву, спросил он.

– Не обращай внимания. Лучше пойдёмте в школу, а то холодно.

И мы двинулись к школе. Проходя мимо парней, мы с Зинкой поздоровались с Константиновым и Федей, а Пашка полез обниматься с новеньким.

Первой была алгебра. Алгебра первым уроком в понедельник – это жестоко. Пусть даже у класса с учителем хорошие отношения, но всё равно тяжело. Сев на своё место (третья парта на первом ряду, место у окна), я начала доставать учебник и тетрадку. Так как Наташка уехала, вот уже два месяца я сижу одна, и мне это даже в кайф. Вдруг рядом со мной села Ирка Мазуренко, наш великий и ужасный ботан. Я уставилась на неё. Раньше с ней всегда сидел Пашка, списывал. А теперь, видимо, раз объявился друг, её выселили.

– Здрасьте! Это чего? – тупо смотря на неё, спросила я. Она лишь пожала плечами.

Я перевела взгляд на новенького и компанию. Веселятся, гады.

– Пашка? Пашка? – позвала я, ноль реакции. – Рыбка! – гаркнула я. Наконец-то он обернулся.

– Чего? – непонимающе уставился он на меня.

– «Чего»? Как это понимать? Ты почему выжил Мазуренко?

– Она сама ушла.

– Я сама ушла, – шепча, подтвердила она.

– Да ты – изверг. Запугал девчонку, и она от тебя сбежала, – показав ему язык, я плюхнулась на своё место. Похоже, придётся терпеть, ведь больше мест свободных не было.