Измерение 23 - долгий путь
Шрифт:
Слава вышел чуть вперёд.
— Мы остатки котов, что направлялись на военную базу после крушения поезда, почти месяц ранее.
— Что? — послышалось нотки удивления. — Абсурд. Всех сожгли.
— Сожгли около четырёх сотен котов, остальных лисы увели в тюремное рабство. — влез в диалог Саша. — по другому это не назвать.
— Немыслимо. Хотя какое мне дело? Расскажите эти байки полковнику или Бахареву, мне без разницы. Схватить их!
Рука Льва потянулась к револьверу. А что дальше? Выстрелит? В кота? Видимо не только его посетила это мысль.
— Сопротивление бесполезно— лениво отозвался лейтенант и пошёл в сторону машины.
Затем кто то ударил сзади Льва прикладом, он коснулся мордой песка и дальше уже проснулся лишь в машине.
Три офицера
Проснулся Лев уже в машине. Он хотел коснуться головы, однако в ту же минуту осознал, что на его лапах наручники. Ноги были свободны, но прыгать из машины не было смысла. Справа сидел Федя, снова сложив ноги по-турецки и закрыв глаза. Он так делал несколько раз, говорил ему помогает успокоиться. А с другой стороны сидел Слава.
— Долго мы едем? — поинтересовался рыжий.
— часа два. — отозвался Слава. — ползли бы по пустыне мы бы уже сгнили наверное.
Лев издал наполненный облегчением звук усталости. Хотя бы больше не надо было ходить. Все равно, что будет дальше. Если их хотели бы расстрелять их бы уже убили. Хотя их и не жаловали и даже немного помяли, худшее уже позади. Ну он так думал.
Доехали они молча и обошлось без происшествий. Если бы их машина заглохла или случилась авария, он бы открыл огонь на поражения по всем, кому не глядя. Настолько Льву все надоело. Мозг и тело хотели покой.
И вот рыжий увидел их цель, проклятый штаб, что сейчас казался миражом среди всего этого песка. Сказочный град, который появился совсем недавно. Куча ангаров как часовые приветствовали потерявшихся в песках. По середине стояло невысокое здание с круглой крышей в виде купола, а по бокам ангары, напоминая Льву погоны это чудной лысой головы. Хотя эти ангары тянулись сзади на несколько десятков. Многие здания и помещения оказались под землёй (Это его удивило. Раньше он думал, что под землёй не так много можно сделать, максимум тюрьму или подвал. Метро тогда только начали копать). Запах разгоряченного асфальта непривычно бил в ноздри. А весь этот шум уже успел забыться ему. Танки, меха-рыцари, грузовики — все бурлило своей жизнью.
Удивительные эти штуки меха-рыцари, они соединяются с котом(или почти с любым) через позвоночник. Это было больно, однако многие соглашались чуть ли не добровольно. Меха рыцарь это не робот, это броня, вторая кожа, протез. Он фиксировался на спине, позволяя владельцу почти, что сливаться в движениях с костюмом, если владелец хотел прыгнуть, ему не нужно было жать на кнопки, ему надо было захотеть и прыгнуть как и без костюма. Уже к меха-рыцарю в зависимости от модификаций и подвидов крепились оружия. Были более быстрые модели, были тяжёлые, почти танки. К ним можно было крепить все что угодно, от пулемёта до мин, а на спине было подобие рюкзака. На ногах часто крепились колёса. А сам пилот видел мир через специальный шлем, что находился в голове костюма, с небольшой полосой для вентиляции, однако она была слишком узкая, чтобы туда можно было попасть. Там же были несколько датчиков, от повреждения, до измерения расстояния. Но у всех этих плюсов были минусы. Во первых умереть в этой железке можно было из за банальной поломки или сбоя. Тогда следовал немедленно выбраться и вступала вторая проблема. После отсоединения владелец был слаб, как астронавт после полета. Его тошнило, голова кружилась и болела, кровь телка из носа, некоторые падали в обморок. Но это было временно. Правда выбраться по середине боя из меха-рыцаря означало подписать себе смертный приговор. Лев и в дальнейшем видел, как часто умирали пытавшиеся из него сбежать по середине боя. И последняя проблема заключалась в дороговизне производства таких аппаратов. Снабдить каждого было бы безумием, по этому меха рыцари часто шли рядом с танками и самолётами. Этих тварей Лев видел впервые. Трёх метровая банка на ножках, с пулемётом в правой руке и в тяжёлой броне показались ему тогда гарантом выживания. Но это лишь тогда.
Их вели под строгой стражей уже известный лейтенант. На встречу им двигались двое, естественно рядом шла подобная охрана. Чуть впереди шёл полный кот, на вид лет пятьсот, пятьсот пятьдесят, дымного оттенка, с круглой башкой и короткой шерстью. Из за живота он выглядел сбоку как груша. Усы нализаны, глаза серые, на лице слишком старое даже для него выражение лица. И все же он выглядел неплохим и немного оптимистичным дяденькой, чье пузо не давало ему посмотреть на ноги. Кабинетный солдат.
Второй шедший, больше напоминал кота из учебника анатомии. Именно таких, сказочно идеальных телом, туда и помещали. Широкие плечи, высокий рост, возможно около метр девяносто семь, гордая осанка. Возраст не большой, где то триста пятьдесят. Будто бы персонаж комикса или романа сошел со страниц. Порода у него была более чем чистокровная: американский короткошёрстный кот с зелёными глазами. На носу очки, это был единственный внешний недочёт, да и на таком высоком и широкоплечим коте они смотрелись будто он их одел для смеха. Лев даже из далека смог определить звание — капитан. Как потом окажется двухполосный капитан.
— Господин капитан Хирц, господин майор Бахарев. — обратился лейтенант. В этот момент он больше походил на служанку — это тем о ком я сообщил по рации. Говорят, выжившие после крушения.
— Хммм — Бахарев недоверчиво осмотрел их. — интересно.
— Что будем делать с ними господин майор? — поинтересовался капитан. Лев уже тогда отметил, что даже голос у капитана, то что надо. Он (Хирц) уже смотрел на них, одновременно случайно пуская солнечного зайчика Гавриле на уровень пупка.
— Питерс — прозвучало это как отражение к дворецкому, что подтверждало теорию Льва. — отведи наших гостей пока, что в камеры. Надо урегулировать несколько вопросов, и час поздний, они устали. К тому же скоро новый год… Утром устроим допрос.
— Так точно-с — сказал Питерс и маршем пошёл, выпрямив грудь. Вся его самоуверенность растворилась как таблетка в воде и сейчас он блестел как дешёвая полированная калоша.
— Ночь-пройдет-наступит-утро-ясное — пропел Хирц, как бы шутку. — Валера Александрович вам не кажется эта байка выдумкой?
— Гилберт, Гилберт. За свои года я и не такие истории слышал. Впрочем твой дед меня в этом плане переплюнет. — он двинулся сзади от заключённых, направляясь в главное здание. — побег из лисьей тюрьмы? Возможно, хотя шансов там мало.
— Но вам не кажется это… странным? Может их нарочно отпустили? — молодой Хирц был явно немного обеспокоен.
— Разберемся на допросе. Тебе пока стоит готовится к операции. Возможно на кону твоё повышение на ещё одну полосу. Ты спрашивал у Хайдов, они же согласны? — Бахарев с равнодушным лицом засыпал табак в трубку.
— Да, старший подтвердил, что они согласны в обмен на свободу. — неуверенно сказал Хирц.
— Младший хоть что нибудь сказал? — Бахарев на секунду оторвался от трубки. Его низкий голос напоминал натянутую струну контрабаса.
— Нет. По правде говоря, мне они не нравятся. Старший слишком много курит, а он не так давно к нам записался. А младший…
— Нем как рыба.
— Нет. Что то другое я чувствую. — сказал Гилберт отводя взгляд.
— Мы можем лишь догадываться где их носили эти годы и что они видели. Они же почти, что ровесники этих новобранцев.
— Я бы им не верил. — сказал Гилберт проведя черту на этой теме.
— Хах. Твой дедушка отправил тебя ко мне видимо не случайно.
— Он вам верит. Ваш отец им командовал. Пришло время поменяться. Смешно. — хотя он и не улыбнулся, старая шутка.