Чтение онлайн

— Жизнь это кольцо, оно повторяется. — из трубки полетели кольца дыма. Гилберт не курил, но даже ему понравился запах табака. Хирцы не курят. Не они и все другие связанные так или иначе с ними семьи, курят только при выходе на пенсию.

Вернёмся же к главным героям. Сказать, что на ребят не произвел впечатление Хирц, все равно, что. Не сказать ничего.

Хирцы та семья, о которой узнают из учебников истории и учат с датами окончании войн. Таких семей не так много и они состоят в достаточно узких отношениях. Их долг это война, она их кормит, это их жизнь. Может по этому эти кланы постоянно возникают и гаснут. К старости доживают единицы. Клан Хирцов возглавлял дедушка Гилберта и самый старый из всей семьи — Макс Хирц. У того было семь сыновей и три дочери. Но почти все они и их дети умерли. Трагедия для старика, когда переживаешь своих внуков. Осталось только три сына каждый из которых уже занимал солидный пост к началу войны и Гилберт был вторым сыном старшего из троицы. Он давно уже был женат. Ранняя смерть проклятье клана, по этому само собой ранний брак. Стоило учесть, что все эти семьи, оссобенно крупные, всегда располагают большими деньгами, они практически все так или иначе связаны по родству и с королём. Может вы подумали, что Гилберт стал капитаном исключительно по родству, но хотите верьте или нет, но это было не так. В противном случае у него был с десяток друзей ветеранов прошлой войны, с которыми он ее прошел.

А вот старичок Бахарев, нечем кроме отца агента похвастать не мог. Не глубокой родословной, не богатством. Лишь труд.

Ребят рассадили по четверо в камеру, на этот раз по количеству постелей и без лишних соседей. Имело место быть возмущение, но увидеть Хирца, живого, сравни встретить живое ископаемое. По этому они промолчали. Да и было уже слишком поздно.

Их камера была обычная клетка, в которой мог бы без проблем жить один кот, если бы обставил все по удобству. Туалет был нормальный, не ведро, хотя пахло от него все равно мерзко. Четыре скромные койки, на которых кажется ещё никто не спал. Окон не было и это внушало дискомфорт. Потолок натяжной.

Слава, Юля, Гаврила и наш Лев попали в первую камеру. И когда Лев лег на кровать ощутил расслабление всем телом. Спина и ноги ныли после всех этих спальников. Никто не воет, не ползает и не кусается. Наконец-то не было песка, солнца, но были…

— Ох как же хорошо — на весь коридор прокричал Гаврила ложась на кровать. Лев поморщился и повернулся на бок, положил подушку на сверху.

Слава увидев это, попросил Гаврилу быть потише. Льву было плохо, даже может хуже чем ему по каким то личным причинам. Он это знал.

Мысли в голов лезли разом и смешивались воедино в них Гилберт Хирц верхом на скорпионе перевернул их поезд и ребята упали на остатки деревни. Бред.

Не самая странная твоя мысль за последний месяц.

" У меня были нормальные мысли?"

Подмазаться к ним.

" Правда…"

И так Лев, позволь задать тебе один вопрос.

"Какой?"

Что ты извлёк из этого путешествия.

" Тагиру верить нельзя. Слава кажется надёжным. У пня сложнее мысли чем, у Гаврилы. Федя немного странный, но мне нравится. С Сашей надо быть аккуратным, а Гриша кажется интереснее. Юля сильнее чем мне казалось."

И всё?

"Ненавижу пустыню. Ненавижу солнце. Ненавижу песок. Я люблю тишину, хорошую книгу, тепло… Да и выпить я что нибудь с радостью, да покрепче кваса желательно."

Хороший урок.

"Только я и так это знал "

А теперь Лев напряг свою голову, собирая воедино все. Гилберт Хирц — именитая фамилия, малоизвестное имя. Случайно ли капитан? Хотя всего две полосы из шести. Однако вид Гилберта приятно удивил Лев. Практически идеальный кот на вид. А вот, что внутри этого наследничка вопрос. Хотя святой Саид, давайте будем честны, какой шанс его встретит снова? Его отправят на очередную смертельную операцию. Зачем он ещё тут. Какой там девиз у его семейки? Долг превыше жизни или как то так? Может по этому вас так много. И все же, уважение он у Льва вызывал, почему то. Эти мысли становились все слабее пока он не уснул

— Ребят. — сказала полушепотом Юля.

Слава лениво промычал в ответ. Гаврила лежал с открытыми глазами и так.

— А можно вам вопрос? — Юля села на угол кровати Славы.

— А можно я первый с вопросом— сказал Гаврила.

— Ну давай— удивился Слава.

— Саша сказал, что муравей может поднять вес в несколько сотен раз. А почему муравьи тогда не охотится стаей на нас?

— Что? — вырвалось у Славы.

— Потому, что они не любят кошатину. — ответила Юля.

— Ааа. Ну конечно. — сказал Гаврила ударив себя слегка по голове.

Слава удивительно посмотрел на них обоих.

— Так, что ты хотела? — продолжил он.

— Я хотела у вас спросить, а вы что нибудь знаете о Артуре. Просто любопытно уже.

Любопытство сгубило кошку, да?

— Да, он вообще не общительный— ответил Слава. — я недавно пытался вывести его на открытый разговор, но он не захотел говорить особо. Он не верит тут не кому.

— Он с улиц? Состоял в банде? — спокойно спросила она. В их времена было много детей без родителей, что не попадали в детские дома. Большая часть погибала на улице или становилась низшим членами разных группировок. К армии их отлавливали как мы ловим бездомных собак.

— Не думаю. Он слишком образованный для этого. — ответил Слава, что уже не хотел спать.

— Да, он почти такой же умный как Саша или Гриша, ну мне так кажется— добавил свою мелочь в разговор Гаврила.

— Возможно он прошёл больше, чем мы можем себе представить — продолжил Слава. — ведь если он говорит, что родственников у него нету, то всякое могло быть.

— Может оно и к лучшему. — Юля положила голову на руку. — вы никогда не хотели, чтобы вы остались одни в семье? Ненадолго. Без братьев и сестер. — потом она закусила губу, вспоминая брата, что уже не вернётся в их зелёный трехэтажный домик за городом, где она провела половину детства, пока не была отправлена на учебу. Разве не научила ее притча о Дураке и Джине, что надо боятся своих желаний?

— Нет. — сказал Гаврила— никогда не хотел. Вместе лучше, всегда.

— А ты Слав?

Слава хотел. Порой очень сильно. Эти мысли покидали его лишь в летние каникулы у бабушки, где забот казалось не было. Но эти мысли не правильные. Семью надо принимать, какой бы она не была.

— Не хотел. А теперь я хочу спать — и он улёгся на бок.

Юля тоже легла спать молча.

Во второй камере разговор не было. Федя посидел в своей позе несколько минут, сняв обувь. Саша уткнулся носом в подушку. Эти методы дыхательной техники для успокоения от Феди казались ему на крае науки и сознательности, но сейчас ему не было дела. Гриша тоже вскоре уснул, сон лучше всего бодрит. Лишь Паша сейчас чувствовал себя как то неуютно и долго ворочился. Может из за нового места.

В третьей камере уже все спали. Ну так казалось только на первый взгляд. Тагира трясло. Его рвало на двое совсем разные чувства. С одной стороны, он увидел Хирца, пускай не аристократ, но известная фамилия и родство с королём. Он же говорил, что он аристократ? А этот Хирц… Тагир прекрасно понимал свое положение, он не дурак, в Хирце было больше от аристократа, чем в нем. Это вызывало восхищение и зависть. Успокаивало лишь, что они могут просто не пересечься уже. Да, такой исход тогда был наиболее правдоподобным и Тагир не мог знать, что у судьбы другое мнение на этот счёт. Да он и не верил в неё. По этому исходя из этой логике, встречу с Хирцем он решил воспринимать не более интересной, чем встречу с каким-нибудь вшивым писакой жёлтой газетенки, что прославился из за одной статьи. Их имена так же быстро гаснут.