Чтение онлайн

Тира внимательно взглянула на нас и добавила:

— Вы удивитесь, но именно последнее и сыграло вам на руку.

— То есть?! — выпалили мы с Альтаром одновременно.

Принцесса сдержала понимающую усмешку.

— Отец очень хорошо знал Магистра Просперио, — пояснила она. — Они продолжали поддерживать отношения и после его отставки… — Её глаза какое-то время отстранённо следили за пламенем в очаге — как мне показалось, сейчас Тира взвешивала, что стоило нам говорить, а что нет… — Магистр был первым, кто обратил внимание отца на некие странные веяния… в Капитуле, в Церкви, в Академии Магов, при дворе… Гибель его стала полной неожиданностью. Но Император не сомневался, что она напрямую связана с тем, что Просперио сумел-таки проникнуть в суть этой тайны. А уж она оказалась не в пример сложнее и опаснее заурядного заговора… С того момента, как стало известно о его смерти, доверенные люди Императора в строжайшем секрете самостоятельно разыскивали тебя и её, — посмотрев на Альтара, она кивнула в мою сторону. — Отец считал вас единственной ниточкой, способной вывести на то, из-за чего на самом деле погиб Просперио. И, как видите, он не ошибся… — Лёгкая тень улыбки вдруг тронула самые уголки её губ. — Надо ли говорить о степени его изумления тем фактом, что вы «нашлись» сами, да ещё и на главном императорском Балу… Самоубийцы!… — Тира покачала головой. — Знали бы, в какое пекло лезете… Вот моей задачей и стало вытащить вас оттуда — да так, чтобы все стерегущие вас там демоны лишь утёрли носы…

— Но как получилось, что… нас так быстро раскрыли? — Каратель на мгновение опередил меня, задав волнующий нас обоих вопрос.

— Воду начал мутить один из гостей. — Тира задержала на Карателе испытывающий взгляд. — Именно он ещё до начала бала прибежал к капитану Редессу и мэтру Диману, уверяя, что под именем Алишера Ар Кэррайна на бал проник совершенно другой человек… Редесс и Диман поначалу вежливо выслушали скорбного умом и сочувственно покивали, заметив между прочим, что магическую проверку герцог Ар Кэррайн прошёл блестяще… Но тот клялся и божился, что младшего Ар Кэррайна знает лично, хотя признал, что давненько его не видел, но, задав несколько вопросов, убедился окончательно, что перед ним — не Алишер.

— Демоны!… Кто же и когда… — недоговорив, Альтар поморщился, словно от боли. — Я же старался быть предельно осторожным…

— И у тебя получалось, — кивнула Тира без намёка на шутку. — Даже я поначалу, взявшись проверить, правдивы ли эти опасения или нет, никак не могла определиться с ответом… Сообразила лишь под конец, — усмехнулась она.

— Но как?!

— Твои шрамы. На руках, на шее… Они явно получены в боях, — принцесса сощурила глаза. — Во множестве боёв, не на жизнь, а на смерть. Наследник Вартасса не мог участвовать ни в чём подобном… Он молод, неопытен и его берегут. Вот и ответ…

— Тень Безымянного!… — вырвалось у Карателя.

— А… тот гость? Как же он сообразил… — я недоговорила.

— Говорит, спросил о ребёнке. Дочери герцога и его эльфийки. — Тира повернула голову ко мне. — «Алишер» ответил, что она осталась с кормилицей…

— И что? — понятнее мне всё равно не стало.

Тира, не сводя с меня глаз, откинулась на спинку кресла:

— Он клянётся, что знает доподлинно точно о том, что у герцогской четы — сын.

Альтар выдохнул сквозь сжатые зубы, готова поспорить — заковыристое проклятье…

Однако дочь Императора медленно покачала головой.

— Всё не так просто… Главный вопрос — в другом. Того, кто донёс на вас, я хорошо знаю. Этот человек не отличается ни особым умом, ни проницательностью… А вот по части переполоха он — непревзойдённый мастер, да и на самом деле шапочно знает Вартасский правящий дом. Ставлю на что угодно: к мысли, что герцог Ар Кэррайн — не настоящий, да ещё к тому, чтобы увериться в этом, его грамотно подвели. Вложили в голову нужную идею: доложить об этом капитану гвардии и главе маг-стражи, более того — подсказали, как убедить их поверить своим словам. А когда те, поверив, начали проверять — как-то слишком уж быстро всплыло то, что у герцогского наследника имеется братец, печально знаменитый убийством бывшего Орденского Магистра… Повторюсь, когда об этом докладывали отцу, ещё не был объявлен и первый танец!

— Что же выходит… — я, распахнув глаза, воззрилась на принцессу, догадавшись, наконец, к чему она клонит.

— На мой взгляд, кто-то «сыграл» их, — помолчав мгновение, ответила Тира. — И «бдительного» герцогского знакомого, вовремя наведя того на нужные мысли. И отцовских стражей, проверивших сказанное им и так своевременно получивших информацию, которая вовсе не лежит на поверхности… Вывод напрашивается сам собой. Кто-то из тех, кому известно наверняка, как и почему погиб Просперио, оказался на балу и совершенно случайно узнал вас. Справившись с шоком, он понял, что у вас на уме, и допустить вашу встречу с Императором, разумеется, никак не мог… Однако шёл Бал, и руки этого человека были связаны. Ему надо было во что бы то ни стало вытянуть вас из дворца… хотя бы и в тюремном фургоне. Полагаю, если бы мой отряд малость промешкал, фургон всё равно бы перехватили… И вряд ли вы вышли бы из этой передряги живыми. Да что там… — голубые глаза принцессы внезапно сверкнули холодным огнём. — Я знаю! Я практически уверена, что это так!…

Тира приняла решение вернуться в город с рассветом. Я должен был ехать с ней — нужно было забрать бедолагу Антонио, который, наверное, уже весь извёлся в тревоге за нашу судьбу…

Поскольку времени в моём распоряжении было всего ничего, я, хоть и пошёл в отведённые мне покои, но прилечь даже не пытался, скоротав то, что осталось до отъезда за книгой, взятой из библиотеки, и горячим чаем.

Книга мне досталась интересная и вполне по теме — история Имперского правящего дома. Её автор, учёный монах-летописец, обладал талантом и острым пером, коротко, но красочно излагая события. Поэтому вскоре я с головой погрузился в описание знаменитой Битвы Пяти Королей, в ходе которой молодые и амбициозные правители людских держав, претендуя на единовластное господство над формирующейся Империей, попросту уничтожили друг друга. Мгновения полетели незаметно…

Скрипнула дверь и послышались лёгкие шаги — должно быть, горничная, которую я попросил принести ещё чаю, исполнила мою просьбу. Я мимоходом отметил это, пробормотав слова благодарности, но так увлёкся, что оторвался от книги лишь когда сообразил, что девушка, выставив чашку на столик, так и не спешит уходить.

Посмотрел вверх — и встретился с насмешливыми синими глазами.

— Ва… ше Высочество.

Я потянулся было встать, однако принцесса качнула головой, жестом велев мне оставаться на месте.

— Оставим титулы, ладно?… «Тиры» будет вполне достаточно. Я пришла сказать, что лошади ждут. Заодно увериться, что вас обоих хорошо устроили.

— Благодарю, всё в порядке… — Я всё же поднялся с кресла. — Я готов.

Тира хмыкнула.

— Успеем. Чай хотя бы допей…

Её взгляд задержался на книге, которую я отложил в сторону.

— «Рожериада»? Хороший выбор… Видно, что хронист пишет со знанием дела. Моя любимая часть — та, где говорится о самом первом герое нашего имени, ещё в бытность его четвёртым братом Полуночного короля…

Я покосился на раскрытый том.

— Как раз читал о нём.

Тира коснулась обложки, задумчиво перелистала страницы.

— Так и остаться бы безызвестному принцу на задворках истории, когда б король и двое старших наследников были поумнее и не столь завистливыми и алчными… Впрочем, нежданно-негаданно оказавшись на престоле, Рожеро Первый сделал правильные выводы. С тех самых пор, чтобы свести на нет саму возможность братоубийства, Императоры, следуя его завету, рождают более одного наследника исключительно редко…

Я напряг память:

— «Да будет Империя силой, покуда престол неделим…». ?

— «Единый у трона — на троне Богами он будет храним», — Тира посмотрела на меня с уважением. — А ты, верно, много читаешь?

Я смутился.

— Ну… Когда есть время. И книги…

— А Рожеро Первый, говорят, умел читать будущее… — принцесса скептически хмыкнула под нос. — Но, по-моему, он просто здраво смотрел на вещи. Хотя надо признать, что послушные ему потомки и впрямь оказывались хранимыми Судьбой. За всю историю фамилии каждый Рожеро правил долго и вполне плодотворно, успевая внести свой вклад в процветание державы и летописцам на радость… Ну, и дать жизнь тому самому единственному преемнику, который точно так же становился хранимым Богами.