Чтение онлайн

Ольга, наконец, замерла.

– Ну, ты и подонок!

Он свел руки за головой.

– Простая констатация факта.

Она вспыхнула (от стыда?) и ступила в его сторону.

– Ты сделал этого ребенка! Я бы ни за что не пошла бы за тебя замуж!

– Ты охотно раздвинула ноги! – хлестнул он.

Ольга, кажется, проглотила комок унижения, застрявший в горле, кивнула, отворачиваясь. Запоздало он решил смягчить удар. – Прошлое я давно там и оставил. Меня интересует настоящее. Не слишком ли опрометчиво для тебя так скоро забыть, что ты замужем?

– Не слишком ли опрометчиво тебе думать, что с тобой кто-нибудь может захотеть быть вместе? Посмотри на себя! – Она окинула его с ног до головы презрительно-насмешливым взглядом.

Он чуть наклонил голову и воинственно уставился на неё. Но его жена, похоже, уже вошла в раж.

– Да! Посмотри на себя! Ты ешь всё подряд, не останавливаясь, словно завтра продукты исчезнут с лица земли! Ты выглядишь как холодец! Знаешь, почему ты завел себе водителя? Потому что за руль, какой бы то ни было машины, уже не помещаешься! Ты день и ночь сидишь в своем офисе, и при этом что-то ешь. Работаешь, работаешь, работаешь! И жрёшь, жрёшь, жрёшь! Меня тошнит от тебя!

Она на секунду застыла, и он предупредительно сделал шаг вперед.

– Подумай, прежде чем продолжить свою тираду!

– Что еще сможет со мной произойти? Худшее уже случилось! – лицо Ольги раскраснелось, видя его непонимание, она добавила. – Да! Я забеременела и вышла за тебя замуж! – В её лице сияла злость вкупе с торжественностью.

Андрей на мгновение замер, а затем двинулся в её сторону. Глаза Ольги предательски забегали, но она бесстрашно заявила:

– Что ты мне сделаешь?

– Ты уверена, что хочешь это знать?

– Нет!

– Может быть, холодец сядет на тебя, и ты задохнешься?

– Не смешно!

– Мне тоже! – он грубо толкнул её в спальню и грохнул дверью. Посмотрел, как она захлопнулась, и продолжал тупо смотреть на неё. Отвращение и гнев поднимались в нём точно вода в шланге под давлением. Он ожидал, что Ольга примется колотить в дверь, но ничего не произошло. Наконец, он вернулся в гостиную, сгреб её вязание и со всей силы швырнул его в стену. Один из клубков, отлетев, размотался и покатился, оставляя за собой тонкую желтую дорожку.

Он принялся слепо расхаживать по комнате. День был солнечный, жаркий. Город ждал грозу. Воробьи за окном надрывно чирикали и копошились в пыли. Асфальт плавился.

Он брал с полки книги, лишь затем, чтобы открыть, а потом бросить на диван, едва осознавая, что делает. А в голове вертелись разрозненные Ольгины фразы: «Я забеременела и вышла за тебя замуж…, я ненавижу тебя!»

Он схватил несколько томов и, что было силы, грохнул их об пол. Звук получился такой, словно шлепнулась целая книжная полка. Андрей опустился на диван так резко, что еще пару буклетов отскочили в сторону. Он взял один, повертел его в пальцах, думая и думая о семейной жизни, о лжи, которая бесчестила их брак. Внутри его ангелоподобной красавицы-жены таилась гниль, от которой ей никогда не отмыться. Он бы и рад не знать об этом, как было ещё вчера, но ничего не поделаешь – правда, как зловонные отбросы, плавала на поверхности.

Ему бы встать и уйти. Оставить её одну со всеми пакостями, которые она ему наговорила. Что ему мешало покинуть этот дом? Ничего.

Но несмотря на все её оскорбления, он не хотел уходить. Он, конечно, старался придумать обидные ответные действия. Горечь бушевала в нём и безмолвный диалог продолжался. Но прислушиваясь к шорохам за стеной, он осознавал, и это радовало его, что Ольга не убегала тоже. Он не знал ещё как, но он рано или поздно заставит её выкинуть из головы всех бывших.

Он был законным обладателем её тела, но в том то вся шутка, что он не хотел только тела. Знать, что жена любит тебя всем сердцем – вот истинное наслаждение…

Прошло три дня, а бестолковый разговор никак не шел из головы Андрея. Одно это уже вызывало в нем бешенство и злобу. «Если сейчас он пойдет ей навстречу, он будет полным придурком, – думал он утром. – Вокруг полно баб, которые принимали его таким, каким он уродился. Толстым, обаятельным, простым. Ему вообще ничего не надо для этого делать. Ну, разве что щелкнуть пальцами. А здесь маленькая заноза в заднице смела указывать».

Но уже вечером его снедали сомнения другого рода: «Что, если она была права?»

На следующие сутки всё возвращалось на круги своя. Он даже не хотел задумываться, справедливы ли её требования к нему? Должен ли он прикладывать усилия, чтобы, например, похудеть? Разве не являлся он пострадавшей стороной? Он ведь не так уж и много ел. Не больше, чем другие люди. Да, может быть, он не так много двигался, но у него была сидячая работа. Кроме того, ему требовалось много углеводов для умственной деятельности.

Все же в пятницу вместо фастфуда в офисе, он спустился в ресторан, что скромно смотрел симпатичными окошками, уставленными цветами, на Ордынку. Съел отбивную и заказал бокал вина. Отбивную подали на большом белом блюде, внизу были листья салата и тонкие полоски красного перца, а сверху – мясо. Оно было очень горячее и ему пришлось отхлебнуть из бокала, чтобы остудить рот.

Он был очень голоден, и ему не хотелось идти домой, поэтому он заказал ещё вина, утку в собственном соку и сырную тарелку. Он выпил несколько бокалов. Он ни о чем не думал, а только рассматривал обстановку и посетителей. Они входили и уходили, пили, смеялись. За соседним столиком старикашка с тщательно прикрытой зачесом лысиной, читал английскую газету. Там освещались события на Украине, и Андрей отвернулся.

Он был совсем один, и ему подумалось позвонить кому-нибудь, но он тут же отказался от этой мысли, потому что хотел видеть рядом только одного человека. А этот человек, несмотря на то, что носил под сердцем их ребенка, видеть его не хотел. На улице было душно, а в ресторане вполне комфортно. На стоянке его ждала машина и в принципе, у него было много захватывающих, интересных дел. Совсем не обязательно было возвращаться домой.

Андрей представил Ольгу, смотрящую не сквозь него, а на него. Девушку, в глазах которой он мог увидеть любовь. Девушку, которая теряла голову от него.

Если она когда-нибудь сможет полюбить его, он готов пойти на многое.

Официантки сновали между столиками и стойками, разнося напитки. Ресторан наполнился до отказа. Двое мужчин вошли, но за неимением места им пришлось покинуть заведение. В окно Андрей видел, как они подняли руки у обочины и сели в жёлтое такси. Спустились настоящие сумерки. Он заказал ещё вина. Надо было сразу взять бутылку. Или может быть виски? Попросил принести закуски. Он не мог уйти. Возвращаться домой было рано. Он старался ни о чем не думать и быть совершенно спокойным. Перед ним на столе уже стояло несколько блюд.

Старичок напротив снял очки и принялся суетливо складывать газету. Затем залпом выпил стоящую перед ним рюмку и, заплатив по счету, вышел. Андрей вдруг тоже почувствовал, что должен идти.

Следующие дни работа не шла к нему. Хотя отношения с женой вошли в прежнее спокойно-вежливое русло, семейный вопрос требовал разрешения. В конце концов, он решил, что это будет первенство, где соревнуется его разум и все другие мужчины. Нет не другие мужчины. Соревнуется он и Ольгина память о мужчинах. Это карточная игра. Он играл в неё, чтобы выиграть свою жену. Сейчас для выигрыша ему нужно всего две вещи, которые, по сути, являлись одной. Сила воли и умение держаться от Ольги подальше. С этого дня он к ней не притронется до тех самых пор, пока она его не попросит. А он сам тем временем будет делать всё для того, чтобы она попросила.