Чтение онлайн

От этих вопросов, постоянно крутившихся в её голове, Даша была не очень собрана. В итоге она выиграла один поединок и второй проиграла. Никакого места не заняла. Потом были показательные выступления детей и взрослых спортсменов. Президент тоже сделал несколько эффектных бросков. Даша приняла участие в показательных выступлениях и пару раз на публику кинула приёмом суи наги через спину пару своих друзей из московской команды. Президенту броски понравились, и он предложил показать прием на нём. Даша про себя удивилась. В чем дело? Не является ли президент тем самым подозрительным незнакомцем? Даша захватила левой рукой президента за рукав кимоно. Противник был значительно ниже её ростом, но гораздо шире в плечах. Он активно не противодействовал, как и положено при демонстрационных бросках, но всё же делал небольшие движения руками и корпусом, препятствующие захвату правой рукой за пояс, что необходимо для суи наги. Даша как-то ухитрилась захватить противника за ворот кимоно, поднырнула под него подбросив через свою голову и после переворота села президенту на грудь. Прием суми нагеши получился довольно жесткий, но президент был доволен, улыбался и делал Даше комплименты. Даша ничего не отвечала. Кровь била у неё в висках. Навязчивые мысли не оставляли её. Не является ли турнир ловушкой, организованной специально для неё? Не является ли президент тем самым подозрительным незнакомцем, про которого говорил Олег Сергеевич? Скорее нет, чем да. Президент, в отличие от Олега, человек, который управляет событиями, а Олег нет. Она упустила невероятную возможность познакомиться с человеком, который управляет событиями. Неужели у неё такая судьба: вращаться среди ничего не решающих людей и самой быть пешкой?

Президент раздал в подарок юным дзюдоистам комплекты кимоно и отправился в горнолыжный центр неподалёку от Сталегорска. Даша поспешила следом, надеясь наверстать упущенное и продолжить знакомство. Благо, что для участников соревнований по дзюдо подъемник был бесплатен, а прокат горнолыжного оборудования предоставлялся с большой скидкой. На горнолыжном склоне она не рассчитала свои силы. До этого она скатывалась только в Москве. Горнолыжные трассы в столице были небольшие. Друзья порой приглашали её посетить «настоящие горнолыжные курорты», но у Даши не было времени, а на Розу Хутор не хватило денег. Ну и пусть в Москве трассы небольшие. Даше казалось, что она освоила горнолыжную технику и управляла движением лыж изящно скручивая бёдра. Посчитав, что техника горных лыж освоена, она начала пробовать сноуборд, поскольку тот был более популярен среди её друзей.

Уральские трассы оказались раз в пять длиннее, да и перепад высот раз в пять больше. Даша разогналась до невиданной ранее скорости и обнаружила, что уже не может управлять лыжами. Она летела по прямой, скорость росла и росла. Было очень страшно. Лыжи, взятые в бюро проката, ходили ходуном, казалось, что могут сами по себе свернуть или разъехаться. «Что же я наделала!?» – ругала она себя. Когда Даша долетела до конца трассы, она несколько минут не могла прийти в себя. Ноги дрожали. От напряжения во время спуска она не заметила, кто были те люди, которые её обгоняли. Может среди них был президент? Второй раз она спускалась медленнее, прилежно делая зигзаги от одного края трассы до другого. Но после участка с крутым спуском она опять разогналась и больше не могла управлять лыжами. Девушка все-таки сделала движение бедрами чтобы перекантоваться, но её откинуло на спину. И она на спине пролетела по небольшим кочкам метров пятьдесят, а то и больше.

Президент лихо остановился около неё и спросил всё ли у неё в порядке. Один из сопровождающих президента на ходу подобрал потерянную лыжу и, ещё более лихо остановившись, обдав Дашу фонтаном снежных брызг, подал ей потерянную часть снаряжения. Даша так ничего и не ответила. Президент улетел вниз. Даша, пеняя на свою некоммуникабельность, продолжала осваивать горнолыжную трассу. У неё уже начало вроде получаться, но начали уставать мышцы бёдер и после ещё нескольких спусков забились до острой боли. Даша перебралась в фойе административно-бытового комплекса и массажировала себе ногу. Попила кофе с бутербродом в кафе и несколько раз выходила к подъемнику проверить не закончил ли президент кататься. Прошло несколько часов, президент всё ещё не закончил катание. Даша устала и когда услышала объявление, что автобус со спортсменами уходит в Сталегорск, она отправилась в месте с ними.

В отеле она попыталась в интернете найти информацию про президента и про турнир. Поисковик Гугл на слово «Путин» выдал несколько контекстных подсказок, типа: «Путин краб» и «Путин ест детей». Посчитав это проявлением мировой информационной войны Даша перешла на поисковик Яндекс. В итоге она узнала, что турнир был организован не просто так. И не просто так его посетил президент России. Именно для того и был организован этот турнир, чтобы приехал президент. Дело в том, что незадолго до того, Российские Железные Дороги объявили негласный бойкот Сталегорскому металлургическому комбинату, и тот страдал от нехватки коксующихся углей. Для решения вопроса в Сталегорск был приглашен президент, а поводом был организованный турнир по дзюдо. В итоге вопрос был решён, и бойкот, в котором железнодорожники не признавались, был снят.

Вроде бы никакого отношения к заговору против Даши это мероприятие не имело, как и не имело никакого отношения к Вратам в Ад. Даша убедила себя в том, что она излишне подозрительна. И вот тебе… Оказывается Междуречье находится относительно недалеко от Сталегорска и ещё ближе от горнолыжного центра.

Даша была неподалёку от Междуречья ещё зимой. Прошло с тех пор всего четыре месяца. И что же? Она уже попала в этот подозрительный подземный город. Она просто попала! Всё идет по плану? Только кто посвятит её в этот план? Её изучают. А что потом? Потом попросят открыть Врата в Ад, и все погибнут, кроме неё, а её засушат на мощи!!! Но кто её засушит, если все погибнут? Под такие мысли Даша, голодная и немного замерзшая, уснула в процедурном кабинете на неудобной реанимационной кровати. Ночью ей снились беспокойные сны, которые она быстро забывала.

На третий день проживания в лаборатории начались тесты. В лаборатории собрались начальница лаборатории Марина Витальевна, главный врач, и трое ассистентов. Все в сиреневых медицинских блузах и брюках. Взяли у Даши кровь из вены. Провели УЗИ и МРТ-диагностику. А потом несколько раз отправляли на запись энцефалограммы. В ходе записи ассистент Павел стучал в шаманский бубен. Иногда вместо этого включали запись музыки или барабанного ритма. Дашу просили сосредоточить внимание на ритме или музыке. Ассистент Иван делал вокруг Даши манипуляции предметом, похожим на металлическую выбивалку для ковра. Марина Витальевна смотрела на монитор компьютера и диктовала какие-то числа.

– Азимут Бэ, сто тридцать девять и шесть. Азимут Цэ, сто семьдесят два и ноль…

Ассистентка Галя на другом компьютере что-то набивала. Иногда просила повторить.

В перерывах исследований Марина Витальевна откровенно разглядывала Дашу. Ассистенты тоже поглядывали с любопытством на неё, хотя уже старались делать это скрытно.

Периодически люди в сиреневых медицинских костюмах уходили совещаться в ординаторскую комнату. Как правило совещались тихо. Но иногда были слышны всплески эмоций.

Даша подкрадывалась к межкомнатной двери и подслушивала, но разговоры были непонятными.

Тесты заняли пять часов и вечером она отправилась в предоставленную ей комнату, а на самом деле процедурный кабинет, также смежный с лабораторией. Вечер и ночь были в подземном сооружении понятиями относительными. Окон в комнатах не было. При выключении яркого офисного освещения оставались неяркие голубые лампы, наподобие ночников.

Реанимационная кровать была с кнопками и обладала шестью степенями свободы. Можно было отрегулировать высоту расположения ног и головы и даже изгиб спины. Но удобной позы для сна не удавалось достичь. Даше не спалось. Её мысли крутились вокруг результатов тестов. Какие результаты уже получили? Будут ли из неё выкачивать кровь? Нет ли об этом информации в лаборатории?

Дверь в лабораторию открывалась легко. Даша осторожно вошла и начала пересматривать оставленные на столе бумаги в свете телефонного фонарика. Ничего понятного она там не обнаружила и уже когда собиралась уходить услышала шаги в коридоре. Девушка быстро вернулась в свою комнату и прислушалась. Какие-то люди по очереди с интервалом в несколько минут вошли в ординаторскую. Даша по голосу узнала Марину Витальевну. Та поздоровалась с Андрюшей, то есть с главным врачом и начала пояснять ему итоги. В какой-то момент она посоветовала Андрюше пока не сообщать Олежке о сегодняшних результатах. Сообщим позже. Разговор закончился. Андрюша ушел. Марина Сергеевна позвонила приглушенным голосом по стационарному телефону кому-то и затем начала перелистывать бумаги.

Затем в ординаторскую тоже кто-то вошёл. Даша услышала приглушенный голос Павла. Слышимость оставляла желать лучшего. Тем не менее, Павел явно пару раз упомянул имя Даши. Чтобы услышать побольше она опять перебралась в лабораторию.

– Марина! Не увиливай! Палыч сказал, что у нас успех! Калинкина оказалась полноценным кондактором.

– Пока еще рано об этом говорить.

– Почему это рано? Иван с Галей тоже считают, что у нас успех!