Изобретение
Шрифт:
— Ты сам как? Выглядишь не очень, — заметил Л. — Температура есть?
— Поднимается, Л, — ответил капитан. — Мы все заболеем в ближайшее время.
— Тогда нам срочно нужны документы, особенно Дэниелу, — произнес Л.
— Мы не сможем отправиться все. Дэниелу плохо, кто-то должен остаться с ним. Джима тоже знобит… Вы с Люси сможете провернуть это сами?
— Попробуем. За завтра должны справиться, Мэтт.
Мэтт бросил на него уставший взгляд.
— Ты-то как? — спросил он.
— Пока хорошо.
— Ну и славно. Надеюсь, пронесет.
— В случае чего — незамедлительно звоните, — произнес на прощание Л.
Он телепортировался к двери квартиры Люси и остановился.
Что же будет, когда они заболеют все? Как скоро они смогут оправиться от болезни?
Правильно ли он поступал, постоянно находясь в тесном контакте с Люси и увеличивая тем самым вероятность ее заражения?
Однако не видеться с ней представлялось невозможным, и в конце концов Л решил тщательнее следить за ее и своим состоянием.
* * *
На следующий день Люси и Л удалось провернуть то, что у обычных людей заняло бы месяцы. Действуя сообща, с помощью внушения и хорошо подвешенного языка они буквально создали с нуля пятерых земных граждан. Но даже Люси и Л пришлось изрядно постараться и посетить великое множество мест, чтобы сделать все документы в один день.
Когда в руках у них была стопка новых, свежих паспортов, Л подытожил:
— Ну вот, теперь мы граждане Земли!
— Теперь вы граждане Великобритании, — возразила Люси. — И нам еще многое нужно оформить.
Только к вечеру они, справившись со всеми задачами, вернулись домой.
Поднимался ветер.
Его порывы со свистом врывались сквозь щель приоткрытого окна.
В номере гостиницы стояла полутьма. Прикроватная лампа освещала немыслимый беспорядок из множества самых различных вещей, которые путники привезли с собой: всевозможные приборы, одежда, обувь, принадлежности для похода…
Мэтт, Стив, Джим и Дэниел спали, однако было видно, что их сон тревожен.
«Вот и все, — подумал Л. — Болезнь одолела всех».
Однако, что насчет его самого? Что насчет Люси? Почему они до сих пор были здоровы?
Осторожно, стараясь наступать на свободные от вещей участки пола, он подошел к каждой из кроватей. Следя за тем, чтобы не разбудить товарищей, он измерил температуру каждому.
Состояние Дэниела по-прежнему оставляло желать лучшего, однако уже можно было сказать, что он идет на поправку, — жар спадал.
«Надо спросить о его самочувствии завтра», — заключил Л.
Что касалось остальных, то болезнь у них только начиналась.
«Нужно еще немного подождать, чтобы это пережить».
Ему необходимо было срочно искать работу, иначе средств на провизию, жилье и лекарства у них не останется. У него на уме уже были соображения, куда ему лучше податься. Сейчас надо было как можно скорее заняться тем, что получалось у него лучше всего, а мечты и желания оставить на потом.
Он поднялся с края кровати и, оглядев еще раз комнату, покинул ее.
— Люси?
Она подняла голову. Глубокие тени от век лежали на ее освещенном желтым светом лице.
— Когда ты болела в последний раз?
Она облизала обветренные губы, такие же желтые в тусклом свете лампы, как и ее лицо.
— Не помню, — пожала плечами она. — Очень давно.
— Вспомни, — сказал Л. — Подумай.
Она нахмурилась. Кисть вертелась в ее обмазанных черной краской пальцах.
— Я и вправду не помню, — наконец произнесла Люси. — Я… Не знаю. Может, спросить у матери?
Л кивнул.
— Спроси.
— А ты?
— У меня был жар много лет назад, еще до полета. Но это, скорее, напоминало забытье. Тогда был тяжелый период в работе, и я практически… не спал.
— Да, я помню, — откликнулась Люси.
Л обратил на нее пристальный взгляд.
— Люси, а сколько ты обычно спишь?
— М-м… До встречи с тобой я спала очень мало…
— В часах?
Люси посмотрела ему в глаза.
— Два. Максимум три часа.
Л медленно прошел по комнате и уселся на кровать, тихо скрипнувшую в тишине. Сложив руки на груди, он задумался.
Люси продолжила рисовать.
— Что ты рисуешь? — спросил Л.
Люси отодвинула от себя планшет с рисунком. На бумаге черной краской было изображено небо с сотнями звезд, белыми точками рассыпанными по нему. К середине листа все они были искажены и вытянуты, закручиваясь к центру. Это было похоже на искривление пространства при телепортации, однако не на планете, а в космосе.
— Интересно, — произнес Л, разглядывая рисунок. — Что это?
— Вроде червоточины, — ответила Люси. — Быстрый способ путешествовать через космическое пространство.
— Но разве мы можем путешествовать сквозь космос вот так?
— Возможно, эти агенты могут, — усмехнулась Люси. — Но это не значит, что мы никогда не сможем перемещаться таким образом.
Л встал с кровати и, взяв стул, уселся рядом с Люси.
— Мы сверхлюди, Люси, — молвил он, глядя в ее удивленные глаза. — Ни у кого, кроме нас, нет того, чем мы обладаем. Мы выносливы, сильны, мы можем долго не спать и не есть. Мы не болеем. Мы обладаем тем, что обычному человеку покажется сказкой.
— Но почему?
— Мы узнаем это. Я чувствую, что мы это узнаем.
* * *
Еще неделю Л тщательно подготавливал документы для устройства на работу. Необходимо было не упустить ни одной детали из его придуманного прошлого на Земле. Кто поверит здесь в то, что он потратил десятки лет, обучаясь в лучшем вузе Кодора, работая в передовых компаниях по разработке космической техники и конструируя фотонную ракету!
Тем не менее, он претендовал на высокую должность в Европейском Космическом Агентстве. Центр космических исследований и технологий располагался сравнительно недалеко от Лондона — в Нордвейке, Нидерландах. И хотя ему было неважно, насколько далеко от нынешнего дома он будет работать, Л все же позаботился о жилье вблизи будущего места работы во избежание лишних вопросов.
Бумаги были, безусловно, необходимы, однако перед Л стояла задача, которая была намного важнее документов.
На каком уровне находятся земляне? Какими знаниями располагают? Какое оборудование используется для работы? Каковы этапы работы над проектами? Со всем этим Л предстояло ознакомиться в ближайшее время.
Как выяснилось, при кажущейся схожести жизни землян и метанианцев, все же, зияла огромная пропасть между уровнями развития обеих цивилизаций.
Здесь, на Земле, люди только вступали в эпоху компьютеризации, тогда как на Мете вовсю пользовались совершенным оборудованием, сводящим трудозатраты к минимуму.