Чтение онлайн

Чиновники Госдепа и руководители Пентагона были вынуждены помериться силами с политическими консультантами и советниками Трумэна в Белом доме, во главе которых стояли Кларк Клиффорд и Дэвид Найлс [36] . Последние привлекли к внутренней борьбе давних личных друзей президента. Особое значение имела организованная ими встреча Трумэна с его давним другом Эдди Джекобсоном, с которым почти тридцать лет назад они были партнерами в галантерейной лавке в Канзас-Сити. Джекобсон должен был попросить президента встретиться с признанным сионистским лидером Хаимом Вейцманом, непревзойденным мастером убеждения, который, как считалось, мог уговорить любого политического лидера принять его точку зрения [37] . Вейцман был отправлен в Вашингтон Бен-Гурионом и ждал возможности встретиться с президентом. Нажим на администрацию был настолько явным, что Трумэн заявил о своем нежелании встречаться с представителями израильского лобби и сионистских организаций, отказался он и от встречи с Вейцманом. Но 13 марта 1948 г. Джекобсон посетил Белый дом и умолял Трумэна встретиться с Вейцманом и подтвердить признание государства. Позже Трумэн признавал, что «старый друг Эдди» сыграл поистине решающую роль в выработке им позиции по еврейскому вопросу – именно он все-таки уговорил президента встретиться с Вейцманом. В четверг 18 марта 1948 г. состоялась эта решающая встреча. Президент твердо пообещал Вейцману, что США будут поддерживать идею разделения Палестины, а он обеспечит признание нового еврейского государства.

Противоборствующая сторона решила сделать последний решительный шаг. Уже на следующий день представитель США в Совете безопасности ООН Уоррен Остин, сторонник линии Маршалла, в обход президента выступил с заявлением о необходимости отложить реализацию плана разделения Палестины. Вместо этого предлагалось после выхода Британии из Палестины установить там временный международный режим опеки под эгидой ООН. Заявление не получило предварительного утверждения Трумэна, однако он был вынужден смириться с самим этим фактом, так как предпочел не вступать в еще большую конфронтацию с пользующимся большой популярностью госсекретарем Маршаллом. Большинство дипломатов в ООН, как и Маршалл, считали, что установление опеки ООН, которая должна заменить британский мандат, является единственным средством предотвращения кровопролития в Палестине. Они знали, что соседние арабские страны концентрируют свои военные силы на границах ишува. Госдеп все еще пытался убедить Трумэна не давать дипломатического признания еврейскому государству после ухода англичан и предостерегали президента от откровенно односторонней поддержки евреев и Израиля.

Исполком Еврейского агентства, в ответ на американское предложение об опеке, на заседании 23 марта постановил, что немедленно по окончанию действия мандата будет создано еврейское правительство, которое возьмет власть в свои руки. Через несколько дней Еврейское агентство и Сионистский совет приняли решение о создании временного правительства (Национальная администрация) и временного парламента (Национальный совет). Эти органы новой еврейской администрации начали действовать еще до окончания мандата. В это время Моше Шерток (Шарет) [38] находился в Вашингтоне. Маршалл и Дин Раск уговаривали его убедить руководство ишува отложить провозглашение. На этот период Маршалл предлагал передать контроль Комитету по наблюдению за прекращением огня, который был бы сформирован СБ ООН [39] . Шерток, вернувшись в Тель-Авив, предложил объявить о создании правительства, но отложить провозглашение государства. Бен-Гурион и его сторонники отвергли это предложение.

12 мая 1948 г. в Палестине состоялось заседание Национальной администрации – главного органа самоуправления ишува, на котором обсуждалось требование Маршалла отложить провозглашение государства и объявить прекращение огня на три месяца. Маршалл предупредил, что если еврейское руководство не поддержит его требования, то «пусть они не обращаются к Соединенным Штатам в случае арабского вторжения». Заслушав мнение военных руководителей Исраэля Галили и Игаэля Ядина, руководство ишува 6 голосами против 4 при участии 10 из 13 членов приняло решение отклонить предложение США. Лидеры еврейской общины в Палестине резко выступили против плана Маршалла и Остина. Бен-Гурион так прокомментировал это заявление: «Американское заявление нанесло больше вреда ООН… чем нам. Изменение американской позиции показывает, что США капитулировали перед арабским терроризмом. Но это не изменит ситуацию здесь (в Палестине. – Т.К.) и не помешает образованию Еврейского государства» [40] . Бен-Гурион распорядился, чтобы его представители в ООН приняли план раздела, но не позволяли себя втянуть ни в какие обсуждения или соглашения, определяющие новые границы будущего еврейского государства.

Представители СССР также отвергли план опеки ООН и потребовали, чтобы резолюция о разделе Палестины была выполнена. По мнению известного автора, специалиста по истории сионизма В. Лакера, предложение об опеке было нереалистичным: ООН не располагала полномочиями даже для надзора за осуществлением раздела Палестины. События в самой Палестине развивались своим чередом и подталкивали к естественному разделению [41] .

Между тем ситуация в Палестине продолжала обостряться. Лидеры еврейской общины приняли решение провозгласить независимое государство 15 мая 1948 г., как только кончится мандат Англии, и обратиться к странам мира с призывом признать его. В свою очередь, арабы активно разрабатывали планы административного управления всей Палестиной, готовили вооруженные формирования. Военные части окружающих Палестину арабских государств постепенно перемещались на ее территорию. 8 мая Клиффорд сказал президенту, что вероятность практического создания еврейского и арабского государств в самое ближайшее время очень высока, и США должны быть готовы к тому, чтобы быстро действовать в новых условиях. Поручить это Государственному департаменту Трумэн не мог, поэтому он попросил Клиффорда подготовить предварительные материалы для разработки возможной реакции США на провозглашение еврейского государства [42] .

12 мая состоялось решающее совещание американского руководства по палестинскому вопросу. От лица сторонников признания нового государства выступал Клиффорд, который призвал США в случае провозглашения нового еврейского государства признать его как можно скорее, главное – до того как это сделает Советский Союз. Клиффорд предложил даже публично объявить о готовности Белого дома признать новое государство еще до его официального провозглашения. По распоряжению Трумэна Клиффорд вместе с представителями Еврейского агентства в Вашингтоне стали срочно готовить документы для признания. Как выяснялось, никто не знал, какие документы и бумаги для этого нужны. Ситуация была уникальной – надо было готовить признание государства, которого еще не было. Наконец какие-то документы были приготовлены, но место для названия государства в них оставалось пустым, так как никто еще не знал, как оно будет называться.

Трумэн все еще надеялся, что государственный секретарь Маршалл изменит свое мнение. Вечером 14 мая США Маршалл позвонил президенту страны и сказал, что хотя он и не может поддержать позицию президента, но не будет публично выступать против. «Это, – сказал Трумэн, – все, что нам нужно» [43] .

14 мая 1948 г. Давид Бен-Гурион зачитал Декларацию о провозглашении государства. Он объявил: «Наше государство будет называться Государство Израиль». В официальный документ, созданный в Вашингтоне, Клиффорд вписал от руки название новой страны «Государство Израиль» [44] (см. копию письма).

15 мая 1948 г. Бен-Гуриона разбудили ночью и сообщили, что президент Трумэн признал еврейское государство. Как только было получено подтверждение факта признания Соединенными Штатами Израиля, министр иностранных дел переходного правительства М. Шерток (Шарет) подготовил послание остальным правительствам, включавшее Декларацию независимости и создание временного правительства. Телеграммы были посланы в СССР, Францию, Канаду, Австралию, Южную Африку, Польшу, Чехословакию, Гватемалу, Новую Зеландию, Швецию, Данию и Бельгию. Бен-Гурион предложил также послать телеграммы в арабские страны [45] .

Фотокопия постановления президента Трумэна: признание Израиля 14 мая 1948 г. Написано рукой президента.

Таким образом, борьба, развернувшаяся в американской столице осенью 1948 г. по вопросу признания Израиля, закончилась поражением оппонентов Трумэна. Президент подписал заявление о фактическом – де-факто – признании нового государства всего через одиннадцать минут после его официального провозглашения. Он одним взмахом пера положил конец усилиям Форрестола, Маршалла, Кеннана и других высших чиновников предотвратить или, по меньшей мере, отсрочить это решение. Он приказал немедленно информировать о признании свою делегацию в ООН. Однако, если США первыми признали Израиль де-факто, то СССР сразу принял решение не только о фактическом, но и о полном признании нового государства, т. е. о признании его де-юре. В ноябре 1948 г. Г. Трумэн был переизбран на второй срок.

Следует еще раз подчеркнуть, что в данном случае имело место исключительно личное президентское решение. Многие специалисты, американские и израильские, объяснявшие мотивы принятия Трумэном такого решения, искали их не только в плоскости политических интересов президента, но и в ценностной, этической и духовной сфере. Известно его знаменитое высказывание: «Я верил в Израиль до того, как он был создан, я верю в него и сегодня. Я верю, что его ждет славное будущее – он будет не просто еще одним суверенным государством, но воплощением величайших идеалов нашей современности» [46] . «Это почти уникальный случай в истории американской дипломатии, – подчеркивал израильский автор Бар-Он, – очевидно, что тут были также вовлечены весомые политические и электоральные соображения, но при этом трудно освободиться от впечатления, что если бы Трумэн не руководствовался базовыми этическими мотивами… чистые политические аргументы не затмили бы доводов национального интереса» [47] .

Авторы ряда научных исследований по истории американо-израильских отношений считали, что большую роль сыграли решимость и упорство Клиффорда и Найлса, а также таких еврейских лидеров еврейской американской общины, как раввина Уайза, Сильвера и других, поднявших свой голос за создание Национального еврейского дома, который предоставит приют и защиту выжившим в Холокосте беженцам. Они считали это этическим долгом американской нации по отношению к еврейскому народу, который недавно был брошен на произвол судьбы [48] . Многие авторы писали, что Трумэн воспринимал «еврейскую проблему как базовую человеческую проблему», и это заставило его в течение двух лет, предшествовавших решению, предоставить особый статус уцелевшим жертвам Холокоста, находившимся в лагерях беженцев в американской оккупационной зоне в Германии; поддержать эмиграцию в Палестину 100 000 изгнанников из Европы, несмотря на сопротивление Британии, и признать Израиль [49] .