Изродок
Шрифт:
– Здравствуйте, Ирина Сергеевна!
– крепко обнял он меня.
– Здравствуй-здравствуй, Белый!
– пыталась я найти подходящий тон. Нейтрально-шутливый, что ли? Господи, ну какой же нейтрально-шутливый! Это же кошмар какой-то! Захватило дух от его близости, и словно не было всех этих лет, словно вот вчера мы с ним сидели у меня в квартирке… Я потрясла головой и выскользнула из его объятий.
– А я, знаете, как здесь оказался, сразу - сюда. Правда, пока зайцем добирался…
– Макс, и у тебя тоже…?
– перебила его Алена.
– Да… все пропало, - обернулся он к Алене.
Вот, Ирина Сергеевна, мы теперь простые смертные. Приютите на первых порах?
– О чем разговор? Давайте, садитесь за стол, «простые смертные».
– Спасибо! Я был уверен, что… - он запнулся, глядя на меня.
«Понял» - решила я и стала краснеть. Я и тогда была для него… ну не старовата, но все таки. А теперь… Да нет, я еще очень даже ничего… Но не для него.
– Сколько же времени прошло за мою… командировку?
– А вон, посмотри, - кивнула я в сторону подошедшего к нам Максима- младшего.
– Это… он?
– облизнул Максим Белый пересохшие губы.
– Да. Уже ходит в первый класс. Знакомьтесь. Максимка, это твой тезка - Максим. Наш с папой хороший знакомый. А это мой сын - Максим Евгеньевич.
– Почему Евгеньевич?
– Потому, что его отец и мой муж - Евгений Николаевич, - ответила я, твердо глядя Максиму в глаза.
– Вот как… Кстати, а Евгений Николаевич он как, мою просьбу выполнил?
– Нет. Мы ничего твоего не взяли. Своими милами…
– Ай, - отмахнулся Максим. Я о том… ребенке.
– А-а… Придет, расскажет. Да вы садитесь, садитесь.
«Может, еще все наладится» - начала успокаиваться я, глядя на то, как спокойно Максим отнесся к отрицанию его отцовства. Или отложил выяснение отношений до полного кворума? Да нет. Просто мальчишка. Не понимает пока. Или, наоборот, понимает больше, чем я.
– Нам бы умыться с дороги, а? А там и твой журналист придет.
– Евгений уже не журналист. Писатель.
– Ого! И про что он пишет?
– Первых три книги - про тебя. Про вас. Ну да это потом. Вон там у нас летний душ. Вода нагрета. Алена, поедем, найдем для тебя что - нибудь подходящее. А Максиму…
– Дождусь Евгения.
– Да ладно тебе стеснятся-то. Найдем и для тебя.
И он перестал стеснятся. Так освоился, что, когда Алена плескалась под душем, а Макс-младший засел за уроки, согреб меня в объятия и… Нет, я вырывалась и даже прошептала, что закричу. Не закричала. В своей стихии мальчишка. Но я, я? Что же это будет, Господи? А может и ничего не будет. В смысле продолжения этому поцелую. Ностальгия у мальчишки. Быстро остынет. Тем более - сверстница рядом. Бедная девочка. Так его любит. По глазам вижу -любит, а он… А я…
Я все- таки оттолкнула Максима и позвала сына. Типа, будем все - таки мог бы и помочь.
Алена, наверное, что-то почувствовала. Мы, женщины всегда чувствуем происходящее между чужими сердцами. Особенно, когда это касается и наших сердец. Поэтому на вопросы отвечала односложно. А на вопрос, как они теперь без своих способностей-то, вдруг прошипела: «Ну и хорошо, а то я бы кое- кому…». Я сделала вид, что не поняла.
Евгений все-таки задерживался. Вновь националы блокировали дороги. За стол сели без него. Молодежь, к моему удивлению, не отказалась от предложенного вина. Постепенно вошли во вкус и ели с аппетитом явно изголодавшихся людей. Доброжелательно отвечали на вопросы Макса- младшего. Этому они явно понравились. Особенно, как я поняла, Алена. А в таких случаях он начинал распушать хвост. Гены есть гены.
– У меня вот что есть!
– похвалился он, расстегнув рубашку.
– Вот это да!
– искренне удивилась Алена, посмотрев на крест, затем на Максима - старшего. А я думала, что он там…
– В каждом мире свой, - ответил Макс.
– Значит, здесь он не… совсем… использован, - подбирала слова Алена.
– Значит, здесь… еще…
– Конечно, Ал.
– Что вы там какими-то загадками разговариваете, - обиделся ребенок и как всегда в минуты раздражения, потерял контроль - мысленно отодвинул от себя тарелку и вилку. Немного сильнее, чем требовалось - вилка звякнула на полу.
– Это взрослые, разговоры. Ты ешь давай, - ласково успокоила его Алена, так же мысленно подвигая к нему тарелку.
– Придет пора, мы все объясним, а посудой кидаться нехорошо, - вычитал сына Макс, также мысленно поднимая ложку и водружая ей на стол.
Как ни странно, первым это переварил ребенок, взвизгнув «Круто!». Затем, посмотрев друг на друга, рассмеялась молодежь.
«Начинается» - вздохнула я. «Вот тебе и простые смертные. Значит, продолжение следует?»
Уважаемые, дорогие мои читатели! Роман закончен. Спасибо всем, кому хватило терпения практически в течение года следить за моими героями. Спасибо за поддержку и теплые слова! Извиняюсь перед теми, кто так долго ждал «хэппи-энда». Он планировался в третьей книге, затем - в четвертой. Но реалии жизни, наверное, отразились и на сюжете. Даже окончание этой книги предполагало два варианта. Вначале я выбрала трагический. Пока приходится констатировать - продолжения не удались. В утешение себе, а, может, и кому из вас могу пообещать, что вот отдохну - и возьмусь за совсем другой вариант продолжения первой книги, такой же светлый и добрый. А стоит ли отслеживать дальнейшую судьбу моих героев - не знаю. Может, врал служитель Тьмы и дочь моего незадачливого героя - не Зверь? И может, он вообще врал насчет дочери? Неравнодушные - пишите, советуйте.