Изумрудная песнь
Шрифт:
– Ч-что? – не поверила своим ушам Нера. – Я что?
Переспросила и бросила взгляд за широкую спину орка. Где-то там, отброшенный в высокую траву, лежал ее лук. Или то, что от него осталось, если учесть с какой силой бурвадег вырвал его из ее руки.
– Говору, тэ сдаласи? Илу станием дратьсэ ещу?
От жуткого акцента этого дикаря резало слух, но говорил он вполне сносно и вряд ли путал слова. Просто смысл его слов был ей совершенно не ясен. Ведь зачем спрашивать сдалась ли она, если сам всего мгновение назад оставил ее без оружия? Или что же, он пытается узнать станет ли она сопротивляться если ему вздумается оставить ее в живых? Но это тем более глупый вопрос, во-первых потому что она никогда не перестанет сопротивляться, даже если окажется связанной, парализованной или все вместе, а во-вторых потому что бурвадеги – налетчики, жестокие убийцы, и всем известно, что они никогда не не берут пленных.
– Почему спрашиваешь? – спросила Нера дерзко вздернув нос. – Боишься проиграть? Может мне тебя еще предупредить перед тем как удар из-под тишка нанести?
Орк посмотрел на нее странно, будто на самую распоследнюю дуру, и пожал плечами, снисходительным тоном сообщив:
– Хочиеши дратьсэ – будем дратьсэ. – А потом добавил что-то уж совершенно непонятное. – Всие равноэ будеши мояэ.
Нера успела только вскрикнуть, когда, сказав это, орк резко схватил ее за руку и дернул на себя, впечатав эльфийку в свою грудь, точно в каменную стену. Огромная лапища прижала ее к нему так, что Нера не могла и шелохнуться, пока другая с треском дернула в сторону ворот легкого платья, разрывая его от плеча до пояса, одним махом оголяя маленькую, вздернутую грудь с тугой горошиной розового соска.
Глава 5
Увидев это, Нерандиль вскрикнула от ужаса и стала биться в каменных руках орка, словно маленькая рыбка, выброшенная на берег. Но разве могла она хоть что-то противопоставить силе этого великана, чья толстая оливковая кожа была невосприимчива к магии?
Упираясь в мощные плечи руками, эльфийка прошептала заклятье, заставившее листья вихрем взвиться с земли. Зачарованный вихрь набирал обороты, закручиваясь вокруг их сцепленных тел, вырывая клочья травы из земли вместе с кусками почвы и мелкими камнями. Все это кружилось и выло, хлестая неприятеля по оголенной коже, норовя попасть в глаза, рот и ноздри – заставить бурвадега ослепнуть, оглохнуть и выпустить ее из своих цепких лап хоть на мгновение. Вот все чего Нера пыталась добиться этим нехитрым заклинанием.
Но куда уж ей было до толстокожего орка. Тот только прорычал что-то на своем наречии, явно раздасадованный такой магической помехой своим планам, а после, высвободив одну из рук, сорвал со своего пояса какой-то маленький мешочек и швырнул под ноги.
Он разорвался с легким хлопком, стоило орку наступить на него, и в воздух, гонимые магическим вихрем, поднялись темные мерцающие частицы какого-то порошка. Их было так много, что на секунду даже свет скрылся от глаз кровных врагов, а в следующее же мгновение вихрь стих, растеряв весь магический запал.
– Что? – закашлявшись от порошка прохрипела Нера, чувствуя, как магическая сила буквально истекает сквозь ее пальцы, уходя в землю – Что ты сделал?
Бурвадег рассмеялся и расцепил руки, позволив девушке упасть в невысокую траву в своих ног. Возвышаясь над ней, в миг ослабшей и неспособной видеть ничего дальше пары шагов из-за порошка попавшего не только в нос и рот, но даже засыпавшего бедняжке веки, он схватился за пряжку своего ремня и принялся неторопливо расстегивать его, глядя на поверженную эльфийку.
– У менияэ свойе фокусый, Арана.
– Отойди от меня, слышишь! – завопила она, замирая от ужаса, – Лучше просто убей! Как хочешь убей, только не так… прошу… пожалуйста… – прошептала Нера, смотря снизу вверх на нависшую над ней огромную фигуру.
Вряд ли он хоть что либо знал о севори ишааль – единении половин и том, что ни одна эльфийка не может возлечь с тем, кто не предназначен ей пресветлой богиней Лантишан.
– Убейть? – нахмурился орк и медленно опустился перед сжавшейся эльфийкой, выставившей вперед руку, будто та могла защитить ее от него, – Ты мояэ Арана, нутратак дур марабрак. Яэ не хочую тебяэ убейть. – Сказал тише и вдруг схватил руку Неры и жадно прижал к своим полным губам, прикрыв глаза, от удовольствия.
Это было так пошло и так… возбуждающе, что Нерандиль даже не смогла заставить себя зажмуриться, отвернуться чтобы не видеть с какой животной страстью он припал к ее руке. Все происходило словно не с ней, а с какой-то другой девушкой и при том явно не эльфийской крови. Ведь чтобы истинный потомок пресветлой богини Лантишан позволила грязному орку прикоснуться к себе не в бою, а после даже не скривилась от отвращения – это было немыслимо!
Большая ладонь медленно опустилась в траву возле ее талии и с хрустом придавила зеленые стебельки к земле. Орк надвинулся над ней, словно подавляя волю своей природной мощью, гипнотизируя своими ледяными, затягивающимися, будто омуты глазами. Или может быть дело было вовсе не в нем, а в том странном порошке, которым он нейтрализовал магию и ослабил эльфийку.
Нера замерла не в силах даже отвести от него взгляд. Внезапно она поймала себя на мысли, что ей хочется разглядывать его, узнать каждую черточку волевого лица, но что хуже в тысячу тысяч раз – хочется протянуть руку вперед и узнать, каковы на ощупь длинные черные волосы орка, спускавшиеся ему до самых плеч и горяча ли его оливковая кожа.
– А теперэ? – спросил он тихим, каким-то обволакивающим голосом, словно отдававшимся в самом ее сердце и вибрировавшим в ее собственных легких, – все ещу хочеши дратьсэ?
То ли запас обидных слов и острот иссяк на языке у Неры, то ли просто в горле пересохло от волнения, но все что она смогла сделать в ответ на это – приоткрыть рот и прохрипеть жалкое “нет”.
В ответ на это орк словно с цепи сорвался – его горячие, полные губы ударились в ее и захватили их, сметая всякое сопротивление. Мужчина жадно впился в ее рот поцелуем, таким страстным и беспощадным, что Нера не смогла удержаться и рухнула в траву, увлекая за собой орка. Его язык скользнул меж ее губ и нежно прошелся по небу девушки, заставив ее дрожать и задыхаться от накативших ранее неизведанных чувств – сумасшедшего возбуждения, от которого в один миг закружилась голова и что-то стало сладко ныть между ног.
Большая горячая ладонь с неожиданной нежностью скользнула по ее обнаженной коже, сжимая в горсть маленькую грудь, двумя пальцами сдавливая тугую горошину розового соска. Причиняя сладкое наслаждение, заставившее непроизвольно свести ноги вместе, сжать их, в попытке унять это странное ноющее ощущение. Но оно только стало острее.
Бурвадег что-то прорычал ей в губы и вдруг опустил руку ниже, достаточно резко разведя ее ноги в стороны и снова нежно скользнув пальцами по внутренней стороне бедра, одновременно поднимая ногу Неры чуть выше.
Дрожа и задыхаясь не то от ощущений, не то от осознания происходящего, девушка жалобно всхлипнула и отстранилась, высвобождаясь из власти этого развратного поцелуя.
– Не надо… – прошептала она едва касаясь губами его губ.
Его горячее дыхание обжигало ее лицо и девушке пришлось открыть глаза чтобы снова заглянуть в его черные омуты. Теперь в них плясали яркие огоньки. Не сводя с нее глаз, орк поднял руку чуть выше по ее бедру, пальцами коснувшись там, где никто и никогда ее не касался и эльфийка охнула, ощутив его прикосновение, словно сотни маленьких электрических разрядов прошедшихся по обнаженной плоти.