Чтение онлайн

– Три, сэр, – отчеканила она.

– Почему их так называют? – Грозный глаз вновь отошёл обратно к доске и принялся что-то яростно на ней писать, так сильно нажимая на мел, что тот неприятно скрипел и крошился.

– Потому что они непростительные! – произнесла Грейнджер с такой интонацией, что даже Гойлу стало бы понятно, что она явно против такой магии. – Использовать любое из них…

– Это всё равно, что купить билет в один конец до Азкабана! – прорычал Грозный Глаз, наконец, закончив надпись. Из-за широкой спины преподавателя Маргарет видела только конец записи. Мужчина обернулся к классу и, тяжело опираясь на посох, подошёл к первой парте, за которой сидели Поттер, Уизли и Грейнджер. – Верно! Министерство считает, что вам ещё рано изучать подобные заклятья, а я считаю иначе! Вы должны знать чему противостоите, вы должны быть готовы!

Хмури вновь вернулся к доске и стал что-то записывать.

– Вы должны найти другое место, куда будете приклеивать свою жвачку, мистер Финниган! – рявкнул он. Все ученики тут же обернулись к гриффиндорцу, а тот тихо охнул.

– С ума сойти – этот старик может и затылком видеть, – тихо произнёс Симус, потрясённый таким быстрым разоблачением.

– И слышать, что говорят на задних партах тоже! – стремительно развернувшись, Грозный Глаз метнул кусочек мела, что держал в руках в Финнигана – гриффиндорец едва успел увернуться.

Драко насмешливо ухмыльнулся впервые за урок. Маргарет тоже позволила себе лёгкую улыбку, глядя на пунцового гриффиндорца. Всеобщее веселье вновь прервал окрик учителя:

– Уизли!

– Да? – сдавленно ответил рыжий, поднимаясь из-за парты. На Хмури он смотрел со страхом, а оттого выглядел весьма комично, хотя никто и не подумал смеяться.

– Назови заклятье, – преподаватель склонился к мальчику, вызывая у того ещё большую панику.

– Ну, - робко начал Уизли, боясь даже поднять взгляд.
– Отец говорил мне об одном… оно называется Империус… кажется.

– О да! – с чувством произнес Хмури. – Твой отец должен его знать. Заклинание Империус доставило Министерству неприятностей в свое время.

Грозный Глаз, к великому облегчению Уизли отвернулся от него и заковылял к своему столу, открыл один ящик и достал стеклянную банку. Внутри бегали три здоровенных черных паука. Уизли отклонился подальше и вскоре, вовсе опустился на место – он смертельно боялся пауков. Грозный Глаз поймал одного и посадил себе на ладонь так, чтобы всем было видно, затем направил на него волшебную палочку и негромко сказал:

– Энгоргио! – паук на его ладони увеличился и стал даже больше тарантула. На этом Хмури не успокоился и, не убирая палочки, произнёс ещё одно заклинание, – Империо!

Паук спрыгнул с ладони и завис на тонкой шелковой нити, раскачиваясь взад и вперед словно на трапеции. Он напряженно вытянул ноги и сделал нечто вроде заднего сальто, затем перекусил нить и приземлился на стол, где принялся беспорядочно кувыркаться. Уизли отодвинулся на стуле как можно дальше, не отрывая взгляда от паука, который, повинуясь движению палочки, принялся отбивать чечётку, встав на две задние лапы. Маргарет тоже не могла оторваться от этого зрелища, но её обуревал не страх, а интерес.

Все засмеялись, наблюдая за тем как управляемый волей учителя паук, скачет от парты к парте. В какой-то момент паук запрыгнул на голову Креббу, который испуганно зажмурился и попытался смахнуть членистоногое.

– Не бойся, - почти добродушно прокаркал Грозный Глаз, искривив рот в подобии усмешки, - он совершенно безобиден!

После паук перепрыгнул на Парвати, которая сидела за партой сразу перед Драко. Малфой засмеялся ещё громче, наблюдая за попытками гриффиндорки смахнуть «подарочек».

– Чего смеёшься? – рявкнул учители, глядя на слизеринца обоими глазами. Паук тут же прыгнул Драко на лицо. Маргарет испуганно дёрнулась, тут же заслужив взгляд магического глаза Хмури.

Все засмеялись - все, кроме Грозного Глаза. Он вновь стал мрачно серьёзен, словно бы это не он только что заставлял паука прыгать на учеников. Преподаватель медленно вернул членистоногое обратно к себе на стол.

– Думаете, это смешно, да?
– прорычал он, глядя на всё ещё веселящийся класс, кто из учеников даже кивнул в подтверждении собственного настроения. – А понравится вам, если я проделаю то же самое с вами?

Смех мгновенно умолк.

– Полная управляемость, - тихо заметил профессор Хмури, как показалось Маргарет, чуть ли не смакуя слова. Паук тем временем, вновь принялся перекатываться по столу.
– Я могу заставить его выскочить из окна, утопиться или запрыгнуть в горло кому-нибудь из вас…

Уизли била дрожь, но не только он был напуган. Дафна вцепилась в рукав школьной мантии Греты и была бледнее обычного. Драко тяжело дышал, с опаской поглядывая на преподавательский стол, и едва сдерживал желание немедленно покинуть класс.

– Были времена, когда множество колдуний и волшебников были управляемы при помощи заклятия Империус, - продолжал Грозный Глаз, и Маргарет поняла, что он говорит о тех днях, когда Волдеморт орудовал в полную силу.
– Вот была забота у Министерства - попробуй-ка разобраться, кто действует по принуждению, а кто по своей воле. Но заклятие Империус можно побороть, и я научу вас как. Правда, не всякому это дано. Человек должен обладать необычайной силой воли, а она есть далеко не у каждого. Так что предпочтительнее не подставлять себя этому заклятию. ПОСТОЯННАЯ БДИТЕЛЬНОСТЬ!
– рявкнул он, и все подскочили.

Хмури поднял кувыркающегося паука и бросил его назад в банку.

– Ещё кто-нибудь из вас знает какое-нибудь противозаконное заклятье?

В воздух опять взлетела рука Мисс Всезнайки и, к удивлению Маргарет, – Невилла. Единственным уроком, где мальчик поднимал руку, была Травология, которая была его любимым предметом. Да и сам Невилл, похоже, был ошарашен собственной смелостью.

– Я тебя слушаю, - сказал Хмури, переводя свой волшебный глаз на Невилла.

– Есть ещё одно заклятие – Круциатус, - сказал Невилл тихо, но очень внятно.

Хмури пристально посмотрел на Невилла, в этот раз обоими глазами.

– Твоя фамилия Лонгботтом?
– спросил он, опуская свой волшебный глаз в журнал, чтобы уточнить своё предположение. Невилл нервно кивнул, похоже ожидая, что Хмури спросит ещё что-нибудь, но тот промолчал, покосившись на гриффиндорца нормальным глазом. Повернувшись лицом к классу, он достал из банки второго паука и положил его на стол. И это членистоногое подверглось увеличению. «Раздувшийся» паук лежал, не шелохнувшись, должно быть слишком перепуганный, чтобы бежать.