Чтение онлайн

— И храбрость Конана, — добавила Ниса.

— Да. Да, конечно, — сказала волшебница рассеянно.

Она открыла серебряную шкатулку и задумчиво разглядывала содержимое. Ее взгляд становился все более отрешенным. Язык нервно облизывал губы. Правая рука нежно гладила чеканную окантовку маленького ларца.

Ниса быстра подскочила и выхватила шкатулку из рук госпожи. Отступая назад, она спрятала ее за спину.

— Это мое! — по-звериному зарычала Зеландра, ее пальцы сжались в кулаки. — Отдай немедленно или умрешь!

Девушка спокойно смотрела на хозяйку. Их взгляды скрестились, и тут Зеландра опустила глаза. Она с изумлением смотрела на свои сведенные судорогой руки.

— Прости меня, Ниса. Ты настоящий друг, — голос волшебницы стал тихим и невнятным.

— Все в порядке, госпожа, — сказала Ниса мягко. — Вот, возьмите.

Молодая женщина протянула шкатулку, которую Зеландра надежно закрепила на прежнем месте.

— Присядьте и отдохните, — обратилась волшебница к своим спутникам. — Мне понадобиться некоторое время, чтобы приготовить целебный бальзам для ваших ожогов.

Варвар забрался в седло и задумчиво раскачивался на спине верблюда. Он хмурился, и его лицо было мрачнее тучи. Его терзали мысли о долгом переходе через пустыню. До намеченной цели было еще далеко, а воды оставалось крайне мало. Ведь большую ее часть он вылил на себя, чтобы хоть как-то защититься от огненного демона. Конан нюхал воздух и вглядывался в горизонт в надежде обнаружить малейший признак водного источника. Если оазис, помеченный на карте Зеландры, не будет найден, то весь отряд ждет неминуемая гибель от жажды.

Одинокий стул и несколько пустых ведер составляли обстановку небольшой комнаты. В центре, в каменном полу была вырублена полость, заполненная сейчас горячей водой. В этой импровизированной купели нежился Этрам-Фал. Над темной водой витал аромат Изумрудного Лотоса, который колдун с наслаждением вдыхал расширенными ноздрями. Стигиец развлекал себя иллюзорными видениями, которые он сам и создавал на краю маленького бассейна. Вот, на сером камне расцвел дивный, серебристый цветок. Его лепестки мерцали в полумраке, как полированная сталь. Из раскрывшегося бутона вырвался язык алого пламени, который тут же рассыпался тысячами искр. Те, в свою очередь, закружились в водовороте, чтобы породить в своей сердцевине контуры прекрасного женского тела. Из огня проявился образ госпожи Зеландры, ее обнаженная фигура извивалась в сладострастном танце перед жадным взором Этрам-Фала.

Маг устроился поудобней в своей ванне, наблюдая как крошечная фигурка, виляя бедрами, простерла к нему руки в бесстыдном призыве. Потом, призрачная Зеландра начала ласкать свое тело с таким неистовством, что под конец разорвала руками свою зыбкую плоть и пропала в туманном, кроваво-красном облаке.

Этрам-Фал довольно рассмеялся. Его смех повторило гулкое эхо. Колдун дождался, когда предмет его вздыханий исчезнет окончательно, и вернулся к более серьезным делам. Он ссутулился и отхлебнул воды, щедро приправленной лотосом, смакуя губами горьковатый вкус.

Исследование легендарного наследия Ситрисса открыло ему не мало тайн, но все же оставались некоторые любопытные моменты. Например, он понятия не имел, как работала древняя магия, и какова природа цветка. Изумрудный Лотос был уникальным гибридом, сочетавшим в себе свойства растения, гриба и хищного зверя. Этрам-Фал изучал различные циклы его странного существования. Размышляя над его кормлением, чтобы оно проходило безопасно, колдун пришел к выводу, что очередного коня следует спускать с балкона на веревках. Шестеро его воинов это и проделали, и лошадь приземлилась возле самого Лотоса, который оставался неподвижным пока не ощущал кровь от ран животного. К лотосу можно было бы приближаться в любое время и собирать соцветия, при условии, что он не чувствует запах крови. Но как только это создание учуивало хоть каплю крови, все изменялось в мгновение ока. Лотос, подобно разъяренному льву, кидался на подраненное животное и оплетал его своими побегами. Когда от несчастной лошади оставалась только высушенная оболочка, колдовское растение вновь замирало. На его стеблях появлялись новые, быстро распускающиеся, яркие соцветия. Этрам-Фал не раз задавался вопросом — что будет, если дать Изумрудному Лотосу слишком много пищи? Его аппетит казался безграничным, и новая порция свежей крови добавляла ему силы и роста.

До колдуна все же дошло, что перекармливать Лотос столь же безрассудно, как и морить голодом. Он должен получать крови ровно столько, сколько необходимо для поддержания его цветения. Со слишком разросшимся Изумрудным Лотосом справиться могло оказаться гораздо сложнее. Маг один раз наблюдал в течение почти часа, как Лотос перемещался по залу, по замкнутому кругу, волоча за собой труп лошади, пока не выпил все соки без остатка.

Он никогда не бросал тела своих жертв. Они становились частью его. Теперь Лотос представлял собой массу из переплетенных ветвей, острых шипов, пышных изумрудных цветков и гниющих останков. Кошмарное растение достигало роста взрослого мужчины, а его отростки заполняли почти весь круглый зал. Этрам-Фал знал, что со временем большая их часть отомрет и отторгнется от основного ствола, когда закончится процесс цветения. Тогда Лотос затаится, терпеливо ожидая следующей жертвы. Однако в голых костях мертвых животных останутся черные споры чудовищного создания.

Хотя колдун считал, что вполне может контролировать лотос, но так и не разобрался, как Ситриссу удалось его создать. Даже опытный маг, достаточно осведомленный в волшебных растениях не готов был ответить — как свойства цветка, животного и гриба смешались в этом чудовище?

Этрам-Фал сидел в горячей ванне и искал ответы. Капли пота падали со лба в зеленоватую воду.

Очевидно, легенды не лгали. Скорее всего, Ситрисс действительно заключил сделку с Темными Богами. Если это было так, то древний маг был человеком безграничного мужества и огромных навыков в тайном искусстве. Так или иначе, но вопреки всем законам природы Изумрудный Лотос появился на свет. Интересно, когда он первый раз зацвел, и кто был первым, собравшим странный урожай?

Размышляя о достижениях Ситрисса, Этрам-Фал невольно восхищался его могуществом. Неудивительно, если он и вправду овладел тайной вечной жизни. По сравнению с ним весь цвет магов Древний Стигии должен был казаться ничтожной кучкой тараканов. Человек, чья мощь приравнивалась божественной, стоял невообразимо выше их жалкого мирка.

Этрам-Фал глубоко вздохнул. Он также желал возвыситься над всем миром. Лотос многократно увеличил его способности и обещал в дальнейшем сделать властелином мира. Зачем ломать голову над его происхождением, лучше продолжать пользоваться его плодами.

Стигиец откинулся назад, в теплые объятия купели. Глаза его сверкали алчным блеском. Теперь его заботило кормление. В следующий раз это не должна быть лошадь. Спуск с высоты был слишком хлопотным. Этрам-Фал вспомнил человека, которого скормили чудовищу много веков назад. Именно пинок по его ребрам помог ему добыть споры Лотоса. Колдун улыбнулся посетившим его мыслям.

Тяжелые шаги за пределами комнаты вернули мага из царства приятных грез в реальный мир. Одеяло, заменявшее дверь, откинулось в сторону, и на пороге возникла мощная фигура капитана. Ат, задыхаясь, ввалился в место отдыха чародея.

— Мой господин, я… — начал высокий воин.

— Что это такое? — перебил его Этрам-Фал. — Я не делал никаких срочных распоряжений, чтобы любой мог вот так вломиться и нарушить мой покой, — колдун приподнялся из ванны и сверлил воина взглядом, от которого у бедняги свело в животе.

— Повелитель, помилуйте, я не осмелился бы потревожить Вас без веской причины.

На миг воцарилась зловещая тишина. Этрам-Фал разглядывал Ата, в тусклом свете волшебного шара и словно думал, что сделать с наглецом.