Чтение онлайн

— Добрый господин, — проблеял паромщик срывающимся голосом. — Нам грозит опасность.

Не услышав ответа, Песурис собрал в кулак остатки храбрости.

— Очнитесь, господин. Вода кишит огромными крокодилами!

Фигура на носу оставалась неподвижной.

Тогда Песурис, отдавшись на волю богов, с еще большим усердием повел свой паром, к темнеющим впереди каменным плитам причала, полностью игнорируя и мрачного спутника, и чудовищный эскорт.

Наконец, судно благополучно достигло доков, и тут на перевозчика нахлынула такая волна абсолютного ужаса, что отставшие крокодилы показались незначительным пустяком.

Человек на носу встал, сжимая в руке обнаженный меч. Песурис, как подрубленный, пал на колени, ожидая неминуемого удара. Из его глаз хлынули слезы.

— Сжальтесь, господин, — умолял он. — Я никому не скажу об этой поездке. Пощадите!

Высокий незнакомец прошел мимо дрожащего коленопреклоненного паромщика. Размазывая слезы, Песурис с облегчением увидел, что пассажир не собирается убивать его и, покинув лодку, уже ступил на каменные ступеньки дока. Вся береговая линия казалась противоестественно тихой. На соседнем пирсе мерцал одинокий факел. Человек в белых одеждах быстрым движением вложил меч в ножны и сдвинул с лица подобие накидки. Не удостоив вниманием пораженного Песуриса, он начал подъем наверх.

— Господин, — вдруг окликнул его перевозчик.

Высокий мужчина остановился, медленно обернулся и посмотрел сверху на Песуриса, который съежился, но продолжал:

— Господин, кто — Вы? Что Вы ищете здесь?

Ссохшаяся кожа туго обтягивала лицо незнакомца, придавая сходство с черепом. Плоть местами потрескалась и стала отходить от кости… В слабом свете ближайшего факела был хорошо заметен белесый шрам. Бескровные губы на миг разжались и сжались вновь, будто их владелец забыл человеческую речь.

— Смерть! — с усилием произнес Галбанд и, развернувшись, побрел вверх по лестнице в ночь.

Темнокожий дарфарец T'Кера спускался вниз по неровному склону скалы, с которой вел наблюдение в течение всего утра. У подножья, в тени огромных валунов возились с лошадьми двенадцать мужчин разбойного вида.

Неб-Хот — вожак маленькой шайки, щурясь на полуденном солнце, с нетерпением ожидал своего разведчика, чтобы расспросить о результатах наблюдения. Он прихлебывал теплую воду из кожаного бурдюка и делал красноречивые жесты T'Кере, чтобы тот поторопился.

Это был худощавый человек явно стигийского происхождения. Его смуглое от природы лицо потемнело еще больше под палящим солнцем пустыни. Он был облачен в пыльный бурнус, перехваченный в талии широким поясом, за которым были заткнуты ятаган и три кривых кинжала. Взгляд темных цепких глаз ощупывал приближающуюся фигуру T'Керы, который, спеша, громко шаркал ногами по каменистой земле.

Дарфарец приблизился и почтительно коснулся татуированного лба, почтительно приветствуя своего вожака.

— Великий вождь! По караванной дороге недавно проехал отряд всадников, затем свернул, направляясь вглубь пустыни.

Неб-Хот посмотрел на чернокожего с сомнением.

— Эй, Телмеш, иди-ка сюда и помоги разобраться, не путает ли чего наш Т'Кера.

Тот, к кому он обратился, вышел, позевывая из тени пятнистого валуна.

— Я не путаю и говорю правду, — толстые губы Т'Керы раздвинулись, обнажая подпиленные зубы.

— Тогда это, наверное, должно быть какие-то сумасшедшие! Или нет?

Дарфарец стушевался под пристальным, насмешливым взглядом Неб-Хота. Т'Кера был отличным шпионом и незаменимым бойцом, прошедшим множество стычек, но сейчас испытывал неловкость от недоверия вождя. Он опустил глаза и поскреб наголо обритую голову.

— Они едут прямо в открытую пустыню, — продолжил дарфарец. — Их всего четверо. И двое из них — женщины.

— Вот как? — Неб-Хот дружески хлопнул по плечу разведчика. — Это становится уже интересно.

— Остальные грабители, бросив заниматься своими делами, навострили уши, чтобы лучше слышать то, что рассказывал Т'Кера. Меж тем, подошел Телмеш. Этот шемит был отъявленным головорезом, но в то же время рассудительным человеком. Неб-Хот часто использовал его для определенных вещей, и тот считал себя ценным членом банды. Сейчас он выжидательно стоял рядом, прикрываясь рукой от палящих лучей. На его плече была заметна старая татуировка в виде золотого павлина.

— То, что утверждает Т'Кера настораживает, — задумчиво произнес Телмеш. — Думаю, что не стоит их преследовать. Только колдуны способны оставить наезженную дорогу ради поездки в пустыню.

— Там — две женщины, — повторил Т'Кера, и ропот одобрения пронесся среди суровых мужчин, сгрудившихся вокруг.

— Я бы не советовал…, — начал Телмеш, но его слова потонули в гуле возбужденных голосов.

Неб-Хот поднял руку, требуя тишины.

— Братья мои! Что заставляет путников блуждать в безводной пустыне? Являются ли они некромантами, ищущими мудрость среди раскаленного песка? Или просто они глупцы, которые не знают ничего о коварстве здешних мест и делают последнюю ошибку в своей никчемной жизни?

Кровожадные крики раздались со всех сторон. Некоторые из бандитов вытащили клинки и зловеще потрясали ими. Шемит Телмеш выглядел встревоженным, но попридержал язык.

— Внимательный Т'Кера говорит, что среди них есть две женщины! Хороший приз для одиноких мужчин, обделенных вниманием со стороны прекрасного пола! — торжественно провозгласил вожак.

Дикие крики восторга сотрясли знойный воздух. Все разбойники, как один кинулись седлать лошадей. Неб-Хот тоже поднялся в седло и поманил пальцем растерянного Телмеша.

— Взбодрись! — улыбнулся стигиец. — Если они окажутся красотками, то я предоставлю тебе право первого выбора.

Телмеш согласно кивнул и направился к своему чалому коню.

Неб-Хот гарцевал на лошади, наблюдая за действиями своих людей. За все время удача ни разу не отворачивалась от него. Везение и напор сделали его бесспорным лидером шайки. У него был нюх на добычу, и, кроме того, он всегда на шаг опережал отряды стигийских воинов, посланных за его головой.

Скоро копыта гулко застучали по камням, поднимая клубы пыли. Банда устремилась в низину, огибая скалистый хребет, чтобы грабить, насиловать и убивать.

После того, как вещи в седельных сумках были отсортированы, каждый из четверки путешественников, так или иначе, обзавелся защитой от горячего дуновения пустыни. Зеландре и Нисе досталась пара капюшонов из хлопка, которые были незамедлительно прилажены к походной одежде. Конан и Энг Ших, напротив, испытали некоторые затруднения. Кхитаец долго не мог найти что-либо подходящее. Наконец, он просто обернул старую тунику вокруг лысого черепа в некотором подобии тюрбана. Из верхней одежды он выбрал из собственных запасов просторный шелковый халат с вышитыми извивающимися драконами. Киммериец был более удачлив, ухватив из вороха вещей полотняный бурнус, вполне пригодный для путешествия через пески.