Чтение онлайн

Ночь они провели в дороге. Утро потратили на отдых лошадей, после чего снова пустились в путь. Место кучера занял Найррул, и Летару оставалось только тоскливо наблюдать за тем, как небо затягивается серой плёнкой и как сквозь неё просачиваются первые капли дождя. Убийца старался убедить себя, что он сможет разобраться с печатью как-то иначе, нежели бросив семейку Лит. Он же не может оставить им Нэйприс. Но как избежать этого? В Альмуне у него будет всего два дня до осады. И хорошо бы ему не пришлось потратить это время на охрану высокородных.

"Девчонка не перестаёт общаться со столичными связными", — Летар старался не смотреть Мэлоди в её карие глаза, но мельтешение рук привлекало внимание. — "О чём они говорят? Готов ли Альмун принять императрицу и возвести её на престол?"

Судя по угрюмым лицам Лит, ответ был неудовлетворительный.

— Какая гнетущая тишина, — Кирион решил разбавить атмосферу. — Летар, помнится ты задолжал мне одну историю. Как насчёт рассказать её сейчас?

Убийца вздохнул.

— Позже.

— Ты обещал.

— Я помню, — огрызнулся Летар. — Позже.

— Зачем тебе его история? — с вызовом спросила Нэйприс, вступившись за убийцу.

— Наложение печати стоит мне дней жизни, — ответил Кирион. — А веселья не даёт совсем. Я хотел что-то взамен. И судя по реакции Летара, я угадал с тем, что попросить.

— Ищешь веселья? — переспросила девушка.

— В нём смысл нашей скоротечной жизни. Много ли веселья можно получить на Архипелаге? С одной стороны взбалмошная молодёжь, пытающаяся освоить неподвластные им навыки и неизменно терпящая неудачи. Они хватаются за фолианты, листают страницу за страницей, отравляются сказками и рвутся к недостижимому. Колдовство одной рукой или вовсе без рук, управление энергией на больших расстояниях, кража энергии, создание золота, ясновидение, обращение эльфийского старения вспять, даже воскрешение… Они теряют годы магии на бесплодные попытки освоить неосваиваемое. С другой стороны старичьё, боящееся поднять руки, потому что их можно уже и не опустить. Нудящее, вечно недовольное, отрешившееся от магии. То ли дело человечья империя! Вы не удивляете. Не доказываете. Магия и жизнь идут сами по себе… А ещё у вас много целителей, — он вперил взгляд в Летара. — Нам эта магия обходится невероятно дорого. Вам наоборот. Ваши целители живут дольше всех, так ведь?

— Любое боевое столкновение доказывает обратное, — Летар покачал головой.

— Вот и прекрасно, — пробурчала Мэлоди, отвлёкшись от своей задачи.

Летар раздул ноздри. Терпение кончилось. Колдунья его доконала постоянными замечаниями.

— Хватит! — рявкнул он. — В чём твоя проблема с магами, спасающими чужие жизни?

— Зарабатывающими на этом деньги? — уточнила Мэлоди. — К чему сантименты, когда за исцеление платят золотом.

— За любую магию платят золотом, таков закон установленный высокородными, — прорычал Летар. — Что ты пытаешься доказать?

— Что вы испортили мне жизнь! — выкрикнула колдунья.

Летар непонимающе моргнул. Объяснений от колдуньи не последовало, и он кивнул на Нирэйна.

— О чём она?

Братец Лит изобразил болезненную гримасу и прижал ладонь ко лбу. Сейчас он явно пожалел, что его горло уже здорово.

— Отец подозревал мою сестру, — он сделал ударение на последнем слове, — в том, что она не от него. Это долгая, личная и неприятная история.

Летар вытаращился. Слова произвели эффект, будто в его голову только что подкинули горящих углей. Пожар мысли разросся мгновенно.

— И целители?..

Нирэйн отнял руку от лица и вперил в Летара свои светло-зелёные глаза:

— Подтвердили его догадку. Все они.

— Как? — деловито уточнил убийца. — Основываясь на чём? На её выдающейся магии?

— На цвете глаз. У зеленоглазых родителей не бывает темноглазых детей.

Летар покосился на кареглазую Мэлоди, с концами ушедшую в себя.

— Херня, — сказал он, не отводя взгляд.

— Прости? — переспросил Нирэйн.

— У зеленоглазых родителей могут быть темноглазые дети, — сказал Летар. — Это редкость, но вероятность существует. Ваши целители никчёмные ублюдки.

— Это всё очень мило, но откуда тебе знать? У нас были лучшие… — Нирэйн не договорил.

Мэлоди вскинула голову и встретила взгляд убийцы. А затем подняла руки. Вспышка истины ударила Летара почти мгновенно.

— Почему ты думаешь, что у зеленоглазых родителей может быть кареглазый ребёнок? Хочешь завоевать моё доверие?! — разрушительный настрой Мэлоди заполонил всё вокруг, даже Витилесса округлила глаза и ничего не предприняла.

— Потому что, — Летар втянул воздух, выигрывая время, но ответ был один и никак переиначить его не удалось бы: — Я. Лучший. Целитель. В истории, — раздельно проговорил он. — Был.

— Как?.. — осеклась колдунья.

Аура всеобщего потрясения окутала убийцу. Прежде чем Мэлоди решила снова обвинить Летара в том, что он каким-то образом лжёт под заклятьем истины, убийца продолжил:

— Кирион. Настало время сказки на ночь, — он втянул побольше воздуха в грудь. — Чуть меньше двух декад назад по империи серпом прошлась эпидемия эльфской чахотки. Она получила своё название, распространившись с востока континента на запад. Разговоров только и было что о кознях остроухих. И в мою деревню пришла чахотка, заразив всех, включая моих родителей и меня. Я бы так и умер, если бы в этой сказке не появился эльф… Ты говорил про цену магии. Эльф из моего прошлого знал о ней всё. Он был старцем, но не перестал использовать магию. Он чутко чувствовал энергию, что для вас, похоже, неудивительно. А вот что было удивительно, так это то, что он был целителем.

Летар перевёл дух и продолжил:

— Откуда он пришёл — я не знаю. Но он почувствовал мой потенциал. Исцелил меня. Я умолял его исцелить ещё и родителей, но эльф только качал головой. Потом он забрал меня в свою хижину. Вдали от городов и деревень, от дорог и полноводных рек. Он был умудрённым опытом отшельником, увидевшим во мне перспективного ученика. И я оправдывал его ожидания. Годами, за время которых он научил меня всему что знал. Для него была непомерной цена магии. Для меня существовала лишь цена неопытности. Цена молодости, цена глупости. Сперва я не умел исцелять и потерял родителей… Затем я научился исцелять, как никто из ныне живущих. И все равно потерял своего наставника.

— Что произошло? — севшим голосом спросил Кирион, заворожённый рассказом.

— То, что лишило меня магии и превратило в убийцу.

Летар едва разлепил глаза спросонья и осмотрел сегодняшнее убранство хижины эльфа. Ему потребовались годы, чтобы полностью свыкнуться с тем, что каждую ночь хижина меняет свой вид на что-то новое. Бывало Летар не засыпал всю ночь, чтобы увидеть момент превращения, но из раза в раз метаморфозы хижины избегали внимания юнца.

Как бы то ни было, сейчас она стала бревенчатым одноэтажным домом. Обустроенным аскетично, а значит сегодня наставник собирается провести большую часть дня снаружи. Скорее всего, предаваясь какому-нибудь бессмысленному занятию вроде наблюдения за облаками или рыбалки. Летар не мог его винить. Волосы эльфа поредели, лицо и руки покрылись морщинами. Он всё реже обучал Летара на практике и всё чаще участвовал в тренировках вербально. А потому юному магу приходилось осваивать стихийную магию почти что в одиночестве. Сразу всю. Никаких полумер, никаких ограничений. Если любимое дело не старит тебя раньше времени — занимайся им с рассвета и до заката, с заката и до рассвета. Хватай сразу все возможности и выворачивайся наизнанку в стремлении стать лучше. Рассуждая в таком ключе, Летар уже освоил всё, что эльф мог поведать ему об исцелении. Теперь на очереди вся остальная магия в мире!