Чтение онлайн

Нэйприс склонила голову набок, задумавшись.

— По-моему, случайность нужна, чтобы в любой ситуации оставался шанс на победу. Даже если расклад категорически не в твою пользу.

— Ты пытаешься меня поддержать, — вздохнул Летар. — Но на деле, победа — обоюдоострый клинок. Если кто-то победил, значит кто-то проиграл. Точно так же, как я проиграл Дерасу Каасу декаду назад из-за слепого случая. Но почему так произошло? Ради чего? Тебе не кажется, что побеждать должен тот, кто сильнее? Разве нет справедливости в праве сильного?

— Ты иногда бываешь таким дураком, — прыснула Нэйприс, и Летар растерянно вскинул брови. — Летар, ты от рождения величайший маг, естественно тебе по нраву право сильного. Людям попроще оно не нравится нихрена. Именно поэтому столько людей уповает на святую удачу в любом деле. Может, и тебе стоит? Выгляни за окно, вдруг там радуга?

Летар вперил взгляд в единственные волнующие его цвета — рыжий и зелёный — и подавил желание покачать головой. В словах Нэйприс было зерно истины. Убийце пора было завязать с ненавистью к случайностям, совпадениям и удаче. Его жизнь теперь зависела оттого, что Дерас Каас случайно выберет фатальную для себя нить вероятности, не разглядев подробностей из-за дракона.

"Дракона, которого мы нашли случайно".

— Ты лучшая, Нэйприс, — пробормотал убийца. — Но мне пора. Пойду разыщу кого-нибудь из Лит и выбью разрешение допросить пленника.

***

Летар никогда не замечал, как резко меняется отношение к человеку, когда у того есть все нужные документы. Люди вокруг сразу становятся сдержаннее, вежливее, да и доброжелательнее. Убийце оставалось только гадать, как им удаётся так балансировать между разумным гостеприимством и отталкивающим подхалимажем.

Хотя местами такое гостеприимство было совершенно излишним. Стоило Летару показать дежурному гвардейцу бумагу, подписанную сразу двумя старшими чинами после императрицы — графом и генералом, — как дежурный растянулся в улыбке и выдал гениальную фразу: "чувствуйте себя как дома". Вне всякого сомнения, фраза была бы менее остроумной, не происходи дело в казематах гвардии.

Не разделяя любви своего благородного покровителя к словесным баталиям, Летар пропустил образчик вызывающей вежливости мимо ушей и пошёл дальше.

Темница была тесной, сырой и полноценных факелов здесь не водилось. Похоже, со своими врагами семейство Лит испокон веков обходилось без церемоний. Мысль об этом потянула за собой схожую: а как к врагам относится Дерас Каас? Жив ли ещё Кирион? Если жив, то насколько реально будет отыскать его и убедить отдать запасы огнелиста? Как именно Дерас видит эту нить вероятности?

"Пустые вопросы".

Летар подошёл к нужной камере. Стоявший рядом страж повторно проверил бумаги, коротко кивнул и пустил визитёра внутрь.

Запах затхлости и плесени с размаху ударил в нос, но камера была далеко не худшей из тех, что мог представить себе Летар. Раненый наёмник лежал на скамье и выжидающе смотрел на вошедшего. Летар сохранял молчание, испытывая терпение заключённого. Надолго того не хватило.

— Что тебе надо? — простонал заключённый. — Я уже рассказал всё гвардии… Ты пришёл казнить меня? Прямо здесь? Тогда позволь уйти без боли, — в голосе сквозила обречённость. — Ударь в… хотя, — взгляд его прошёлся по непроницаемому лицу Летара. — Ты и сам знаешь.

Летар прислонился спиной к запертой двери, склонив голову.

— Ты рассказал всё, что гвардия хотела знать, — согласился он. — Но я не гвардия. Расскажешь мне то, что хочу знать я, и возможно выберешься отсюда.

"Навлеку ли я гнев Лит этим обещанием?"

Наёмник недоверчиво нахмурился.

— Допустим.

— Что случилось с Килем, хозяином трактира наёмников? Описывай как можно подробнее.

Лицо заключённого приняло отсутствующее выражение, и он упорно молчал, в течение нескольких минут обдумывая ответ.

— Я не могу говорить о деталях с полной уверенностью, — начал он вспоминать, — но за несколько дней до осады столицы Килю заказали всю императорскую семью на очень круглую сумму и поставили ему печать. Он направил на это дело всех, кого смог. И, к счастью, меня в тот день не было в трактире, потому как все, кто его послушал, погибли. Странно, так как работка казалась простой — даже министров удалось подкупить, чтобы они подсобили… Честно говоря, боюсь представить, сколько им забашлял Киль. А может министры и сами рады были такому повороту событий, в конце концов, при отсутствии наследников и удачном стечении обстоятельств они могли взять власть в свои руки… Аж до осады.

— Оставь политику кому похуже нас с тобой. Что случилось с Килем?

— Нас с тобой? — переспросил заключённый и оживился, приняв сидячее положение. Недолеченные раны сразу же отозвались на это движение болью, судя по тому, как потемнело его лицо. — Так ты и впрямь убийца? Я-то думаю, с чего тебе знать о Киле?

Летар покрутил пальцем в воздухе, навивая воображаемую пряжу на веретено. Собеседник отряхнулся, опомнившись.

— В день неудачного покушения на императорскую семью к Килю заявилось какое-то двухметровое демоново отродье и отсекло руку вместе с печатью. Все склоняются к версии, что это был заказчик, и он, таким образом, весьма символично разорвал контракт. Киль же и рта не раскрыл касательно личности визитёра до самой смерти, которая наступила на следующий день после осады.

— Его убили?

— Нет. Печать подействовала. Он тогда спустился вниз, на первый этаж трактира, и как раз что-то поручал своему пацану на побегушках, когда его культя стала чернеть. Очень быстро. За пару секунд вся рука стала чёрной, а за ней и всё тело. Как только чернота накрыла его с головой — он умер. Упал на землю, затрясся, пустил пену изо рта. Зрелище не из приятных даже для меня, хотя я многое повидал. Кто-то заорал, что Киля прокляли, но я-то знал, в чём дело.

"Лишнее подтверждение тому, что печать рабочая. Теперь либо я, либо Дерас".

— Вот как, — выдавил Летар. — Пена с кровью? Сильно трясся?

— Пена чёрная, трясло как будто его изнутри жрут, — насупился заключённый. — Обделался он моментально.

— Агония, — заключил Летар. — Почти обыкновенная. Мало что говорит мне о механизме смерти от печати… И что теперь с трактиром?

— Всё ещё используется, но уже в качестве выхода из столицы. Как только Макз взял город, он сразу запер врата, а его хренов маг стал проводить отсевы. Провёл и тут же смылся в свою башню, да так, что его больше не видел никто. Сука. Естественно, наш брат попал под раздачу сильнее всего, наёмных убийц никто не любит. Те, у кого на руке нашли печать, были казнены сразу. Кто раньше работал на имперских дворян — туда же, в одну яму. Остальным, кого смогли найти, предложили выбор — либо смерть, либо работу.